— Ты игнорируешь меня, Истинный? — в его голосе прорезалось раздражение.
— «Веди себя как кел! Раздражение, презрение, показная утончённость» — проскрипела Нира. — «Иначе он не будет видеть в тебе равного».
— К чему спешить со словами, когда я только пришёл, и у нас ещё много времени, чтобы обсудить происходящее, — с этими словами я подошёл к лавке, упёр ногу в грудь одного из пустынников с пустыми глазами и толкнул его. Восходящий перевернулся и покатился по полу, но тут же подскочил, будто ничего не произошло. На его лице не дрогнул ни один мускул, а ведь попробуй я сделать нечто подобное даже с обычным воином в лагере Эллесара, и на меня моментально накинулись бы с кинжалом, невзирая на разницу в силе.
Я же сел на его место, закинул ногу на ногу, уперевшись руками в лавку позади. Я — плохой актёр, но сейчас постарался придать своему лицу максимально расслабленное выражение с нотками скуки. Когда я смотрел на пустынников, нос слегка морщился в презрительной гримасе.
— Разве ваш дом так скуден, что гостю не предложат освежить горло? — скучающим тоном спросил я. Высокомерием, что сейчас изливалось из меня, можно было остужать кипяток. При этом я заметил, как это подействовало на нейрограмму. В его глазах вновь появилась с трудом сдерживаемая радость.
Наполовину безумный дух или защитник этого города радовался моему присутствию. Но только до тех пор, пока я продолжал играть роль. Стоило мне заговорить о спасении пустынников, и он сразу же начнёт проявлять признаки раздражения. Мне же нужно хоть немного потянуть время.
— Запасы дома давно истощились, а эти… — нейрограмма бросил презрительный взгляд на «низших», — … эти бесполезны. Сколько бы я ни пытался учить их путям дома Энор, они способны воспринять лишь крохи. Правильно говорили: «Низшие только и способны плодиться и гадить». Но ради такого гостя мы что-нибудь найдём.
Кел посмотрел на одного из Восходящих со стеклянными глазами. Тот тут же развернулся и побежал к выходу. Я же поставил себе ещё одну зарубку. Контроль башен, телекинез и, похоже, ментальная индоктринация. Оставался вопрос, сколько таких бессловесных рабов в городе? В этом зале их было около трети, но я сомневался, что в городе будет та же пропорция. Скорее, намного меньше. Кел окружил себя безмозглыми марионетками. Плохо то, что у этих марионеток имелся доступ к скрижали и рунам.
Моё лицо искривила понимающая ухмылка.
— Воистину, низшие годны лишь на то, чтобы служить, но и с этим они справляются плохо…
Кел такие Кел. Всё то немногое, что рассказывала Анора, сейчас вживую разворачивалось передо мной. «Низшие» — как их называли Кел — Народы Единства безусловно не могли соперничать в силе с прародителями этого мира. Кел не требовались стигматы, чтобы управлять Звёздной Кровью, это право давалось им от рождения самой их сутью и строением тел.
«Низшие» же получили это право, когда началась Великая Охота, а в мир попали черви. Чтобы хоть как-то выдержать этот удар, аборигенам дали доступ к системе Восхождения и Звёздной Крови. Но никогда последние не сравнятся с Кел, древняя раса была в этом убеждена.
Нейрограмма неизвестного Кел-лорда отошла в сторону. Полы пурпурных одеяний стелились по полу, но я заметил, что за ними не оставалось следа. Каким бы чистым ни казался пол, но едва заметный след должен остаться. Нира права, то что я видел перед собой, не более чем проекция. Впрочем, это нисколько не умаляло её смертоносную силу. Вопрос оставался в том, насколько она велика?
— Итак, мой, поделись, зачем ты пришёл, и зачем тебе понадобились дополнительные силы? Та армия, что стоит за стенами, уже не так плоха по меркам животных…
Я лихорадочно соображал, что ответить, благо собеседник не торопил. Ему нравилась игра.
Сказать что-нибудь благородное об уничтожении Улья с червями? Нет. Подобная причина не подойдёт. Аркалор воспринимал Народы лишь как инструмент, как руны. А значит, и цель должна быть соответствующая. Личные амбиции, обогащение, Звёздная Кровь, Руны, власть, Слава.
— Круг Жизни из четырёх Древ — хорошее подспорье, когда дело касается силы, — уклончиво ответил я. Слегка приподнял одну бровь, усмехнулся. — Обладая властью, можно забыть об Охоте. Ты понимаешь, мой.
— Понимаю, — кивнул кел. — Только боюсь, ты опоздал. Не только твой взгляд упал на эти земли. Они уже давно принадлежат другим, тем, кто не захочет делиться.
— Триархия, — кивнул я, сразу осознав, о ком речь.
Таинственные правители Круга Жизни — выходцы из Вечности. В этом не было сомнений. То, что они не просто так держали в узде кингов с помощью Совета, тоже легко догадаться. О том, чтобы Народы Круга платили триархам, я не слышал, но говоря откровенно, никогда не изучал эту сторону политики. Ещё недавно она казалась мне бесконечно далёкой от насущных нужд.
В чём я не сомневался, так это в том, что все три Великих Дома Вечности не просто так держались за власть над Кругом, а значит, имели свой интерес. В чём он выражался, уже не так важно.
— Всё меняется, — пожал я плечами.
— Орден и Вечность стараются делать вид, что они друг для друга не существуют. Первые сидят возле Бреши и делают вид, что на что-то влияют, вторые заперлись в своём мире и притворяются, что Единства не существует. Но я понимаю тебя, оставить столь лакомый кусок трудно, пусть это и сопряжено с опасностью.
— Опасностью для тех, кто остался в Единстве? Кто рискует умереть каждый день, в отличие от неженок из Вечности, что погнались за вечной жизнью? Смешно. Они не осмелятся появиться, побояться высунуться. Не станут рисковать в том мире, где смерть настоящая, а не эфемерная.
— В Единстве есть силы, что готовы идти даже против Истинных, если им достаточно заплатить…
— Порой стоимость может превышать будущую прибыль, — скучающим тоном сказал я.
— И ты думаешь, что о тебе забудут? Нет, мой таинственный гость, этого не будет. Рано или поздно Вечность возьмёт своё, хотя бы попытается, ведь время в том мире течёт совсем иначе, чем здесь. К чему спешить, если тебе не грозит гибель.
— Жизнь пресна, когда её не подпитывает опасность, — я пожал плечами,