— Мне жаль, что она сделала это с тобой, — прошептала я.
Покачав головой, Кейд притянул меня к себе и крепко сжал.
— Дело не в том, что она сделала со мной. Дело в том, что ты делаешь со мной, — сказал он хриплым голосом. — Ты разрушаешь меня, Маккензи. Ты мне нужна. Мне недостаточно просто видеть тебя издалека. Ты должна быть рядом со мной. Меньшего я не приму. Я сделаю все, что потребуется, — пообещал он. — Я здесь надолго. Я не отступлю, Кенз. Обещаю.
Кто-то прочистил горло, и я вздрогнула от неожиданности.
— Эм… извините, что прерываю, — сказал Эзра, появившись будто из ниоткуда, с дурацкой улыбкой на лице. — Но мне нужно идти домой готовиться к игре, и хотя я с радостью остался бы послушать, как вы двое признаетесь друг другу в вечной любви, — протянул он, — меня уже начинает подташнивать.
— Да иди ты, — усмехнулся Кейд. — Сам найдешь выход.
Схватив меня за руку, Кейд почти затащил меня в дом и вверх по лестнице.
— Я не была в этой комнате целую вечность, — прошептала я, переступая порог его детской спальни. Воспоминания нахлынули на меня, и вместе с ними — еще больше любви к парню, чью руку я держала.
Я никогда его не разлюблю.
Это я знала точно.
— От тебя невозможно уйти, Кензи. — Кейд дрожал, как лист, когда подвел меня к своей старой односпальной кровати и сел.
— Мне нужно кое-что тебе сказать, — прошептала я, садясь рядом.
Он должен был узнать.
И я должна была понять, изменит ли это его чувства ко мне…
— Будто во мне что-то застряло. Как заевшая пластинка в голове, повторяющая тебя снова и снова, — продолжил он. — Ты — все, что я вижу, все, что я слышу… ты — это все, чем я являюсь, и все, чего я когда-либо буду хотеть. — Улыбнувшись, он добавил: — Казалось бы, за столько лет мое тело должно было успокоиться рядом с тобой, но нет.
Он поднял мою руку и прижал к своей груди. Я чувствовала, как его сердце колотится о ребра.
— Ты до сих пор делаешь это со мной.
— Я беременна, Кейд, — выпалила я и сразу же зажмурилась. — Прости.
Наступила тишина. Абсолютная тишина. Казалось, в комнате можно было услышать, как падает иголка.
Я не осмеливалась открыть глаза. Вместо этого я нащупала в кармане джинсов снимок УЗИ и, не глядя, протянула его ему.
Я почувствовала, как Кейд взял его у меня, только так я поняла, что он все еще рядом. Я даже не слышала его дыхания. В отличие от него, я дышала так, будто только что пробежала марафон.
— У меня пятнадцатая неделя, — каждую секунду молчания мое лицо все сильнее горело. — И это от тебя, — добавила я, сжимая покрывало. — Я не специально забеременела, клянусь. Я не пыталась удержать тебя или заставить остаться.
Слова лились из меня, как поток, я не могла остановиться.
— Я не думала о последствиях, когда мы были вместе. Я… я никогда не думала об этом раньше. Там… я была на контрацепции. Я знаю, что ты не хочешь детей, Кейд, и мне так жаль, что я снова разрушила твою жизнь…
Слова застряли у меня в горле в тот момент, когда я почувствовала, как ладонь Кейда легла на мой живот.
Я задержала дыхание — от удивления и тихой надежды.
Кровать рядом со мной прогнулась, и когда к его руке присоединилась вторая, я поняла, что он опустился передо мной на колени.
— Я чувствую это, — услышала я его голос, и воздух вырвался из моих легких. — Маккензи, посмотри на меня.
Открыв глаза, я посмотрела вниз — Кейд действительно стоял передо мной на коленях.
— Все, что я когда-либо говорил о детях, не относилось к детям с тобой. Ты — исключение из всех правил. Я люблю тебя. Я хочу всего с тобой. Детей, свадебные клятвы, ипотеку и белый забор… я просто хочу тебя. Тебя.
Мое сердце бешено билось, пока я смотрела на него.
— Кейд…
— Ты для меня — все, — повторил он, со слезами на глазах. — Ты даже не представляешь, сколько раз я видел тебя во сне беременной от меня. А теперь ты здесь. Этот ребенок — наполовину ты. Я, черт возьми, люблю это, — поклялся он. — Ты не одна в этом всем. Никогда. Пока я дышу.
В одно мгновение Кейд оказался рядом со мной, его рука лежала на моем животе, а взгляд был прикован к моему.
— Мы будем бороться, — сказал он, прижимаясь лбом к моему. — Будут моменты, когда ты будешь так злиться на меня, что захочешь уйти, но это будет того стоить. Все это. Слезы. Боль. Мы справимся, малышка. Вместе.
— Значит… мы правда это сделаем? — спросила я, не в силах скрыть радость, потеревшись носом о его. — Мы будем вместе?
— Мы всегда были вместе, Маккензи Мур, — ответил Кейд. — Мы просто этого не знали.
***
Престон Хай выиграли Beam Bowl.
Они буквально смели соперников с поля, и Кейд был невероятен. За все годы, что я сидела на трибунах и смотрела, как он играет, он никогда не был таким… живым, таким огненным, как сегодня. Каждый его пас и каждое действие были почти безупречны.
Атмосфера на поле после игры была безумной. Толпы людей хлынули вниз, чтобы праздновать своих героев. Несмотря на то, что с неба лил проливной дождь, и я промокла до нитки, я осталась у края поля, тихо поддерживая команду и наслаждаясь тем, как они празднуют победу.
Волнение пронзило меня, когда я заметила Кейда на другом конце поля — он шел ко мне, словно человек с четкой целью. Он поманил меня пальцем, и, конечно, я пошла, встречая его на середине поля.
Сорвав шлем, Кейд бросил его к моим ногам, сделал шаг вперед и обхватил ладонями мое лицо.
Он коснулся меня и все внутри меня ожило. Одно прикосновение, одна рука на моей щеке, и я уже не могла себя контролировать. Я стояла в его объятиях, пойманная и защищенная.
Кейд Мэтьюз.
Мой лучший друг.
Моя родственная душа.
— Какая