Я решительно шагнул в её сторону. Каждый шаг отдавал уверенностью, которую я так долго прятал. Весь этот блестящий, шумный зал с его фальшивыми улыбками и показной роскошью вдруг стал для меня просто декорацией. Подойдя к ним, я остановился. Негромко, но властно, я произнёс:
— Инга, я ищу вас. Мне нужно с вами поговорить.
Алекс, который до этого с самодовольной улыбкой что-то шептал ей на ухо, резко обернулся. Его глаза сверкнули от удивления и злости. На его лице я увидел всё — и ревность, и вызов, и непонимание того, что я здесь делаю.
— Владимир! — он рассмеялся, но смех вышел неестественным. — Ты что, решил задержаться в нашем светском рауте? Не знал, что ты любитель таких мероприятий.
— А ты не знал, что я могу быть там, где захочу, и с кем захочу, — ответил я, не отводя взгляда от Инги.
Она молчала. Я видел в её глазах смятение, но в то же время и облегчение. Она, кажется, тоже устала от этой игры.
— Инга, я жду вас у выхода через пять минут, — сказал я, игнорируя Алекса. — У меня к вам деловое предложение, от которого вы не сможешь отказаться.
Алекс опешил. Он явно не ожидал такого прямого напора.
— А я здесь на что? Я же её сопровождаю! — возмутился он.
Инга посмотрела на меня, затем на Алекса, и я понял, что она сделала свой выбор.
— Хорошо, Владимир Иванович. Я подойду, — тихо ответила она и направилась к выходу.
Алекс стоял, сжав кулаки, но ничего не мог сделать. Он знал, что я не буду шутить. Он понимал, что я не из тех, кто отступит.
24 глава
Инга
Наступил тот самый момент, когда присутствие Владимира рядом ощутилось — точно спасательный круг для утопающего, за который хватаешься, не раздумывая. Неприкрытая навязчивость Алекса пересекала все допустимые нормы, и мне невыносимо хотелось кричать. Но корпоратив — не место для того, чтобы привлекать к себе излишнее внимание. Да и скандал здесь был бы сродни публичному самоубийству.
Алекс это прекрасно понимал. Он словно наслаждался игрой, наблюдая, как я мечусь между страхом и раздражением. Казалось, утренний диалог был для него не финалом, а своеобразным трамплином, чтобы вновь мобилизовать мысли и решительно выйти на абордаж. В этом было что-то болезненно упрямое, почти маниакальное.
Это вечное давление утомляло и сильно злило. Конечно, во многом виновата я — и то, что вела эту бессмысленную двойную игру. Моя попытка удержать контроль обернулась потерей равновесия. Попытка сидеть на двух стульях — оказалась небезопасной. В итоге я не смогла ни Владимира удержать на нужной дистанции, а наоборот, осознала, что это сжигающее влечение поглощает все мои мысли и рвёт меня на части, ни Алексу — открыто сказать: «Баста!».
Мне остро необходимо уединение перед столь важным разговором с Владимиром. Нужно хотя бы пару минут тишины, чтобы выдохнуть, вернуть себе контроль и снова надеть маску спокойствия. Всего несколько минут, чтобы привести мысли в порядок и ещё некоторое время продержаться на плаву, а потом сбежать домой, не оглядываясь, спрятаться в темноте квартиры и попытаться поверить, что этот вечер был всего лишь дурным сном.
Поспешно я пытаюсь найти хоть какой-то укромный уголок или просто раствориться в толпе. Но с отчаянием понимаю, что его зоркий, как у хищника, взгляд внимательно следит за моим передвижением. Это ощущение преследования, липкое и холодное, будто паутина, обволакивало меня с головой. Никуда не скрыться от этого несносного, настойчивого мужчины.
— Не желает ли наша ослепительная Инга отведать бокал шикарного шампанского?
Словно чёртик из табакерки внезапно появляется один из приближенных Алекса и слишком настойчиво пытается взять меня на абордаж. От его приторно-вежливой улыбки веяло расчётом и подлостью. Я моментально подозреваю сговор, потому что других, более логичных мыслей в моей голове больше не возникает.
— Прошу прощения, Михаил, но я спешу в дамскую комнату.
Мои подозрения были не беспочвенны, потому что многословный Михаил как-то вмиг сник и будто бы попытался искать поддержки у своего непосредственного начальника.
Я почувствовала, как внутри все похолодело. Выходит, Алекс готов пойти на всё, лишь бы помешать моим планам. И это уже не просто раздражало — это задевало за живое, вызывало глухой, вязкий гнев. Кажется, пришло время, подобно Золушке, сбежать с этого праздника. Ещё далеко не полночь, но это не имеет никакого значения.
— Да, конечно.
Наконец-то мой путь свободен, но в какой-то момент я незаметно посмотрела в сторону Алекса и внутренне ликовала: его отвлёк один из партнёров «Громов-групп». Момент — и я словно птица, вырвавшаяся из клетки. Прижимая к груди клатч, я спешу в самый тихий и отдалённый уголок праздничного зала. Внезапно руки чувствуют вибрацию телефона. Лишь спрятавшись от любопытных глаз, я извлекаю его и пытаюсь понять, что за неизвестный номер мне пытается что-то прислать. В мессенджере обнаруживаю несколько видеофайлов, которые открывать крайне небезопасно. Сердце моментально уходит в пятки.
И я бы, возможно, удалила их сразу же, но тут же пришло сообщение: «Вам будет интересно это услышать, Инга».
Я оглянулась, кажется, никому до меня нет дела. Но просматривать подобные видео, где рядом полно посторонних, — это верх глупости. Интуиция отчаянно кричала — не смотри! Но любопытство и страх всегда шли рука об руку. Поэтому я ищу совершенно другое уединение, ведь позже меня ждет Владимир, и я не могу, да и не хочу, избежать разговора — он для меня жизненно важен.
Свернув в укромный уголок в глубине ресторана, я извлекла крохотные наушники и, подобно тайному агенту, внимательно присмотрелась к видео. От изумления едва не вскрикнула.
— Привет, не занят?
Не слишком скромной, едва ли не эротической походкой в кабинет уверенно вошла Марина. Её фривольное, дерзкое поведение читалось не только в насмешливом выражении лица, но и в каждом жесте. Она будто заранее знала, что именно делает, и что это видео — не случайность.
— Ты что-то хотела? — Алекс склонился над столом, пристально изучая документы.
Марина торопливо обошла его сзади и наклонилась над столом, и это выглядело уж слишком откровенно для обычных рабочих отношений.
— Птичка на хвосте принесла довольно интересное видео. Кажется, я знаю, почему твоя милая и прекрасная Инга в последнее время так активно тебя «динамит».
— Ты соображаешь, что говоришь?
Довольно резко Алекс схватил Марину за руку