15 глава
Инга
Я буквально вылетела из кабинета Владимира, не оглядываясь. Дверь захлопнулась за спиной, отрезая меня от него, от той безумной, обжигающей правды, что обрушилась на меня за последние минуты. Воздух в коридорах казался разреженным, а шаги гулко отдавались в голове, сливаясь с бешено колотящимся сердцем. Я старалась идти ровно, с достоинством, словно ничего особенного не произошло, но внутри меня бушевал настоящий шторм.
Гнев, стыд, унижение — эти чувства переполняли меня, смешиваясь с какой-то дикой, непонятной дрожью, которую я не могла унять. Его слова, его взгляд, его прикосновения… Они до сих пор жгли кожу, въелись в память, и я чувствовала себя использованной, даже если это было «взаимно». Боже, как я могла позволить себе так потерять контроль?!
Мысли, что произошло у Александра, терзали меня. Я прекрасно понимала, что та демонстративная сцена была намеренной. Моё согласие на «что-то большее» — это был импульсивный, ядовитый выпад, брошенный в лицо Владимиру. Жестокая, глупая месть. Но зачем? Почему я сделала это? Назло ему? Назло себе? Я сама не могла понять мотивы своего поступка. Словно мной руководила какая-то неведомая сила, желание причинить боль, которая разъедала меня изнутри.
И видео… Слова Владимира, его искренняя ярость, его клятва, что он не присылал этот компромат. Это пронзило меня. Я ошиблась. Ошиблась в своём главном обвинении. Его негодование казалось слишком настоящим, чтобы быть игрой. Я видела в его глазах боль и непонимание. Значит, кто-то другой решил сыграть в эту подлую игру, используя меня как пешку.
Но даже осознание собственной ошибки не заглушило иррационального гнева, что клокотал во мне. Он, мой босс, этот чертовски властный и притягательный Владимир, посмел прикоснуться к «чужой женщине»! Да, в тот момент в квартире Александра я была уверена, что это Алекс, но он-то знал, что это не так. Знал, что я — объект его желания, и всё равно воспользовался моментом, моей растерянностью, моей слепотой. Это было его подлое вторжение, его игра без правил. Он переступил черту, и это заставляло меня дрожать от возмущения.
А прикосновения… Я стиснула зубы, пытаясь отогнать воспоминания. Как же это было… иначе? С Алексом всё было легко, привычно, безмятежно, но без искры. Его поцелуи усыпляли разум, но тело оставалось отстранённым, словно на автопилоте. С ним я чувствовала себя в безопасности, но без настоящего, пронзительного трепета. Это было комфортно, но не зажигало.
Но прикосновения Владимира… Боже! Даже сейчас, когда я шла по коридору, чувствуя себя опустошенной, его касания отзывались фантомной болью и невыносимым желанием. Его губы, его руки, его тело — всё это было взрывом, ураганом, который сметал остатки самообладания. Даже в кабинете, когда он просто обнял меня, я чувствовала его силу, его власть, его необузданную мужскую энергию. Я слишком доверилась его сильным рукам, его напору, его опасной харизме. Моё тело, предательски отвечая на каждую его ласку, словно сошло с ума, и это пугало меня до дрожи. Оно помнило то, что мозг пытался отчаянно забыть.
Я свернула за угол, стараясь ни с кем не столкнуться. Мне нужно было прийти в себя, разобраться с этим хаосом, который Громов устроил в моей душе. Я не знала, что буду делать дальше, но одно было ясно: так просто это не закончится. Ни его игра, ни моя борьба с собой.
Почти три недели пролетели, как один миг, или, скорее, как бесконечный, тягучий кошмар наяву. Каждое утро начиналось с отчаянной попытки убедить себя, что всё, что произошло в квартире Громова, было лишь дурным сном, но предательское жжение на коже и привкус его поцелуев на губах не давали забыть. Моё тело, столько лет спящее, теперь казалось живым, но этот вихрь чувственности, пробуждённый Владимиром, приносил больше боли, чем удовольствия.
Алекс… Он не терял времени даром. Эти три недели он буквально преследовал меня. Сообщения, звонки, настойчивые приглашения «заскочить на огонек». Я соглашалась лишь на обеды, да и то пару раз, вежливо ссылаясь на то, что с отцом приходится возиться, его состояние требовало постоянного внимания. Это была моя единственная надежная отговорка, мой щит от его настойчивости. Каждый раз, когда я видела его самодовольную ухмылку, внутри всё сжималось. Он, видимо, считал, что я «созрела», и это бесило меня до глубины души. Наивный идиот, который даже не догадывался, что его роль в этой пьесе была куда менее значимой, чем он себе представлял.
Приближалась пятница, а с ней — корпоративная вечеринка в «Громов Групп». Сама мысль о ней вызывала панику. Как я буду там находиться? Как я буду притворяться, что ничего не произошло, когда каждый взгляд Владимира будет пронзать меня насквозь? И как избежать Алекса, который, без сомнения, попытается прижать меня где-нибудь в уголке?
— Красотка, ты идешь на корпоратив? — спросила Алина, заваривая чай, и в её голосе звучало такое веселье, что мне захотелось просто застонать.
— Я не знаю, Алька. Может, притвориться больной? Или что-нибудь придумать? Отвлечься от внутреннего смятения.
— Ты что, Инга? Это же главное событие года! Все будут! И Громов, и Алекс… А ты что, хочешь, чтобы они подумали, что ты прячешься? Тем более после той «сцены» в кабинете? — Алина была непреклонна, и я знала, что она права. Прятаться — значило признать поражение.
— Хорошо, я иду. — Слова дались мне с трудом, но я почувствовала, как внутри меня что-то щелкнуло. Я не буду прятаться. Я покажу, что я не жертва.
— Уже получше! Мы просто обязаны устроить завтра вечером шопинг. Хочу чтобы ты сияла.
— Так уж и сияла! — смеюсь и стучу пальцами по столу.
— Да пусть все шеи свернут.
А вот этого мне хотелось меньше всего — привлекать к себе внимание.
— Не хочешь сиять, так хоть поешь нормально. Я тут достала… — Алина открывает холодильник и достаёт банку с оливами.
— Убери!
Я морщусь, отворачиваюсь. Оливки, которые я так любила. При одном только их виде к горлу подкатывает ком.
— Эй, что это с тобой? Не беременна ли? — усмехается Алина.
— Глупости! — резко отвечаю я, но сама чувствую, как лицо покрывается румянцем. — Я уже больше полутора месяцев пью таблетки. Пока не найду себе нормального мужчину, никаких детей!
— Так у тебя уже есть готовый! — подмигивает Алина, намекая на Владимира.
— Вот именно! Он! — рычу я. — Я его за эти недели видела от силы пару раз, да и то на совещаниях. Зато Алекс