Когда я была уверена, что больше не вывернусь наизнанку, я с трудом поднялась на ноги и поплелась обратно в кровать, даже не потрудившись почистить зубы. С удачей, мой вонючий рот заставит Колтона проблеваться в ответ.
— Полегчало, дорогая тётушка? — подмигнул он, когда я снова забралась под одеяло.
— Немного, маленький племянничек, — саркастично ответила я. Не было смысла злиться или оставаться злой на Колтона. Он был слишком обаятельным, напоминал мне игривого щенка лабрадора — много шума, мало толку, с виляющим хвостиком и глупой мордашкой.
— Так, на чём мы остановились? — спросил Колтон, затем добавил: — Ах да, ты думаешь, что твой муж тебя больше не любит.
— Ты так мягко это сформулировал, Кольт, — сдавленно выдохнула я, чувствуя, как его слова пронзают меня насквозь.
Кольт поднял руки.
— Если тебе нужна была деликатность, то стоило позвать Логана, — с виноватым видом добавил он, а затем продолжил: — Ты должна понять, что Ноа вырос в мафии. Он был вскормлен насилием и ложками питался ненавистью. За всё детство он не испытал ни капли любви.
— О, мерзкая аналогия, — поморщилась я.
— Но правда, — серьёзно ответил Колтон. — Есть заводчики бойцовых собак, которые больше заботятся о своих псах, чем о Ноа заботились его родители. И они, по крайней мере, не избивают своих собак после выигранных боёв.
— Это было ужасно, правда? — Закрыв глаза, я заставила себя не вспоминать, как Ноа терпел побои. — Я не знала, что такое ненависть, пока не встретила семью Деннисов.
— Он хочет этого ребёнка, Тиган, — весело заверил меня племянник моего мужа. — И её маму.
— Кольт. — В моих глазах собрались слёзы. — Я… — Потеряв дар речи, я лишь протянула руку и похлопала его по плечу. — Я…
— Не плачь, — предупредил он, откинувшись назад. — Я не умею обращаться с гормональными женщинами.
— А вдруг я окажусь плохой матерью? — всхлипнула я, пытаясь взять себя в руки. — А вдруг я не справлюсь?
— У тебя есть бьющееся сердце?
— Ну… да.
— И работающая матка? — с невозмутимым лицом спросил он.
— Вроде бы?
— Тогда ты справишься, — отрезал он.
— Быть родителем — это не просто уметь рожать, Колтон Картер, — возразила я. — Взгляни хотя бы на родителей Ноа. Или на моего отца…
Зазвонил телефон Колтона, прервав момент, и он тут же вскочил.
— Запомни эту мысль, — сказал он с подмигиванием, прежде чем провести пальцем по экрану и поднести телефон к уху. — Чарисса! — мурлыкнул он. — Как поживаешь, детка?
Я покачала головой, снова почувствовав лёгкую тошноту, слушая, как Колтон заигрывает с девушкой, выходя из моей больничной палаты.
Я ещё не успела избавиться от одного Картера, как тут же появился другой, готовый занять его место.
— Кэм? — моргнула я, заметив его встревоженный вид. — Ты в порядке?
Он выглядел не в порядке. Вернее, он выглядел ужасно. Кэмерон Картер, которого я знала, всегда был безупречно одет, чисто выбрит и носил выражение "я — сама сексуальность". Но сейчас передо мной стоял совершенно другой человек.
— Не совсем, — неожиданно признался Кэм, чем поверг меня в замешательство.
— Эм… — В отчаянии пытаясь найти подходящий ответ, я предложила: — Ты хочешь… ну, поговорить об этом?
Мой рот приоткрылся от удивления, когда Кэмерон ответил:
— Да, Тигс, чёрт возьми, хочу.
Окей. Неуверенно я похлопала по матрасу, чувствуя себя неловко и крайне некомфортно. Я ждала, пока старший из племянников моего мужа сядет на мою кровать.
— Что случилось, Кэм?
— Это… сложно, — начал он, но тут же резко вскочил и начал нервно расхаживать по комнате. — Очень, чертовски сложно, — добавил он на ходу. — Ты даже не представляешь.
— Попробуй объяснить, — ответила я, заинтригованная.
— Ты знаешь, что случилось с моими родителями, — пробормотал он. — Что случилось с моей матерью?
— Да, — кивнула я, хотя мне бы хотелось этого не знать. Эта история кошмаров мне была не нужна. — Что с этим?
— Я встретил женщину. И она… — Он снова замолчал и провел рукой по лицу. — Она потрясающая, — продолжил он. — Добрая, невероятно умная и чертовски красивая…
Звук распахивающейся двери моей палаты заставил меня вздрогнуть, а Кэма — резко замолчать. Я повернула голову в сторону шума, и мое сердце замерло в груди, когда я увидела темноволосую женщину в дверном проеме.
— Черт возьми, — выдохнула я, свесив ноги с кровати. — Ты вернулась.
Хоуп Картер улыбнулась:
— Привет, Большая Мамочка.
Я встала и, пошатываясь, шагнула вперед.
— Навсегда? — спросила я, не заботясь о том, как отчаянно это звучало.
Моя подруга медленно кивнула:
— Навсегда.
Через секунду я оказалась в объятиях, которых мне так не хватало последние шесть месяцев.
Восемь недель спустя
Октябрь
Боулдер, Колорадо
ГЛАВА 3
Ноа
— Ноа, уходи, — говорит мне отец. — Убирайся сейчас же. Пожалуйста… пока еще можешь!
— Нет. — Мне четырнадцать, и я напуган сильнее, чем когда-либо, пока иду рядом с отцом сквозь темноту и дождь. Спустя годы я пожалею, что не послушал его предостережение, но сейчас я этого не знаю. Как я могу? Я молод, предан и смотрю на единственного защитника, которого когда-либо знал.
Я хочу сказать ему так много всего. Я знаю, что другого шанса не будет. Я хочу накричать на него и маму за их чертову глупость. Вчера ночью они украли у Джорджа партию первоклассного героина.
Идиоты.
Я знаю, что нас ждет, и хочу заплакать. Я думаю, что это был бы идеальный момент, чтобы разрыдаться. Но я никогда не плакал. Даже в детстве. Меня ждет кошмар, мой отец обречен, а я все равно ничего не чувствую. Со мной явно что-то не так.
Наконец я решаюсь сказать:
— Я не брошу тебя, папа.
— Тебе стоит его послушать, мальчик, — раздается хриплый голос Джорджа Денниса впереди.
Он идет в нескольких шагах от нас и явно наслаждается этим моментом.
— Нет смысла умирать за грехи родителей.
Ложь, хочу зашипеть я. Меня отсюда не выпустят. Это ловушка. Я знаю этот сценарий слишком хорошо.
У Джорджа Денниса нет ни малейшего намерения