— Да, ты таков, Кайл, — согласилась Линда, тяжело дыша.
Моя голова резко поднялась, и я прищурился на женщину, которая последние одиннадцать лет вытаскивала меня из передряг.
— Да, я бремя, или да, я трус?
— Да на первое, а по второму ещё суд не вынесен, — ответила Линда, прислонившись к столу, не отводя взгляд. — Вердикт зависит от того, выйдешь ли ты наконец из этой комнаты. Она покачала головой и подошла ближе. — Ли рассказала мне, что произошло с Дэвидом… и есть только одна вещь, которую я не могу понять…
— О, да? И что же? — спросил я устало.
— Я не понимаю, почему ты прячешься от женщины, которая так глубоко влюблена в тебя, что провела почти весь день, переживая за тебя, волнуясь о тебе и, честно говоря, плакала, потому что ты её оттолкнул.
— Мне стыдно за себя, — тихо признался я. Я был собой отвратительно недоволен. — Я месяцами давил на неё по поводу её матери… не слушал её мольбы и точку зрения… — голос сорвался, я зажмурился, наполняясь раскаянием. — Ли… сегодня она заступилась за меня, Линда… эта девочка боится собственной тени, а она защитила меня… даже когда я был неправ. Все те разы, когда я давил на Ли по поводу её мамы, дразнил её… Боже, я никогда не ставил себя на её место.
Пока не сегодня.
Я открыл глаза и уставился на Линду.
— Как, черт возьми, я могу это ей компенсировать? Почему она всё ещё со мной?
— Кайл, — усмехнулась Линда, подходя ко мне и гладя руку. — Она с тобой, потому что любит тебя. И ты исправишь всё, просто обняв её. Всё, чего хочет эта бедная девочка, — это ты. Всё просто, парень.
— Звучит так легко, — пробормотал я.
— Это так же легко или трудно, как ты сам решишь, — ответила она, отодвигая меня и открывая дверь. — Иди к своей семье. Я устала, хочу поспать перед следующей драмой. Я уже слишком стара для этого.
— Линда, подожди, — сказал я, схватив её за руку. Внутри меня росло новое чувство тревоги, а взгляд на её измождённое лицо лишь усиливал его. — Что с тобой? Ты больна, Линда?
— Со мной всё в порядке, Кайл, — она улыбнулась… фальшиво до чертиков. — Перестань волноваться за меня, ладно? — тихо рассмеялась. — Я же говорила, ты морщины себе заработаешь.
— Ты врёшь мне? — прошептал я, глядя на её бледное лицо, запавшие глаза. Она лгала. Я знал это. Она могла отрицать это сколько угодно. Что-то было явно не так, и я чувствовал себя идиотом, что она была у меня дома, разбиралась с моими чертовыми проблемами, когда выглядела так устало…
— Я когда-либо тебе врала? — потребовала она, упрямо положив руки на бёдра.
— Нет, но… — голос сдулся, когда Линда схватила меня за руки и крепко обняла.
— Тогда перестань сомневаться, — сказала она хриплым голосом. — Я люблю тебя, Кайл Картер, и я чертовски горжусь тем, каким человеком ты стал.
Я держал её в объятиях, сдерживая ощущение надвигающейся тревоги.
— Я тоже люблю тебя.
Ли свернулась клубком на нашей кровати. Я стоял в дверях и смотрел на неё. Она всё ещё здесь. Я потерял контроль, а она всё ещё здесь. Ради меня…
— Принцесса, — прошептал я.
Её голова резко поднялась, она села, глаза не мигая, вытирая щеки тыльной стороной руки, глядя на меня. Свет из коридора за моей спиной освещал её заплаканное лицо.
— Ли… — я пожал плечами и опустил руки. Подошёл ближе. — Мне так жаль, дорогая…
Но я не успел сказать больше ни слова, потому что Ли вскочила с кровати и бросилась в мои объятия.
— Ты в порядке? — всхлипывала она, целуя мою шею. Хватая меня за лицо, она поцеловала меня сильно. — О, Кайл. Я так переживала… Я люблю тебя. Так сильно люблю.
— Я тоже люблю тебя, — шептал я у её рта, поднимая на руки и возвращая на кровать. — И мне так чертовски жаль, что напугал тебя, — бормотал я между поцелуями, опуская её на кровать и ложась рядом. — И что заставил тебя встретиться с мамой…
— Я прощаю тебя, — задыхаясь, сказала она, целуя меня страстно. — Я понимаю. Слёзы впитывались в моё лицо, пальцы скользили по волосам, руки тянули за шею ближе к себе. — Просто… отпусти всё, Кайл. Вся боль с твоим отцом. Выпусти её… Я на твоей стороне, — пообещала она, целуя губы, шею, щеки… — Я всегда на твоей стороне и никогда не забудь этого.
Боже, я тонул в её любви…
— То, что ты со мной делаешь, — пробормотал я у её шеи. — То, что заставляешь меня чувствовать… Я отстранился, посмотрел на неё. — Это как если бы в моё сердце воткнули раскалённый прут, и всё, что я чувствую — это жжение. Я смахнул слёзы с её щеки большим пальцем. — Самое странное — я хочу ещё. Я хочу боль, Ли. Хочу всё. Эта тяга… она как наркотик. Я не ошибался, когда сказал, что ты меня разрушишь, — признался я. — Спасибо, Ли… что осталась со мной. Что любишь меня.
— Я буду с тобой всю жизнь, — пообещала она, глядя на меня своими прекрасными серыми глазами. — И я хочу, чтобы ты знал, что я так горжусь тобой, Кайл. Я горжусь каждой частью тебя. Я не могла бы любить тебя сильнее, если бы пыталась.
— Боже, Ли, — я сдавленно произнёс. — Нет ничего на этом чертовом свете, что трясло бы меня так, как ты, дорогая.
— Пожалуйста, не отталкивай меня снова, — прошептала она. — Никогда. Я серьёзно, Кайл.
— Не буду, — поклялся я, касаясь её носа своим. — Моя маленькая Тейлз.
Мой телефон завибрировал на тумбочке у головы. Я аккуратно перекатил Ли на спину, затем дотянулся до телефона.
— Да, — пробормотал я, потирая глаза свободной рукой, и глянул на будильник: 04:25.