Мои плечи опустились.
Это было уже десятое сообщение от Кейда за сегодня.
Я знала, что причиняю ему боль.
Я знала, что разрываю его на части, потому что сама разрывалась на части. Быть вдали от Кейда убивало меня, и каждый раз, когда я слушала его голосовые сообщения или читала хотя бы одно из отправленных им сообщений, рана в моем сердце становилась только шире.
Дрожащими руками я передала телефон Молли, позволяя ей прочитать все самой.
— Ты думаешь, что поступила правильно? — спросила Молли, вернув мне телефон. — Сбежав и приехав сюда? Оставив его одного рядом с этой тварью, чтобы она вцепилась в него своими когтями?
— Это не совсем ее вина.
— Эмили Макаллистер — токсичная, двуличная сука, — выпалила Молли. — Я ведь помню ее, Кенни. Я проводила достаточно времени в Престоне каждое лето и помню ее. — Молли брезгливо сморщила нос. — Она всегда тебе завидовала. У этой девчонки были серьезные проблемы — и, судя по всему, до сих пор.
— Молли…
— Я видела Кейда на свадьбе твоего папы и Шэрон, — продолжила Молли. — Он был в ужасном состоянии, Кенз — просто пустая оболочка. И я отлично помню, как Эмили изо всех сил пыталась привлечь его внимание.
Я уставилась на кузину.
— Правда?
Молли кивнула.
— Никогда не видела его таким потерянным, как в тот день. Будто внутри него ничего не осталось. Ничто его не интересовало. Он был как ходячий зомби. Твое отсутствие повлияло на него сильнее, чем ты когда-либо узнаешь. Он был сломлен, Кенз, — прошептала она. — Полностью уничтожен.
— Я не знала этого.
Молли пожала плечами и слегка улыбнулась.
— Я знаю, ты думаешь, что жизнь продолжилась, пока тебя не было, и для большинства из нас это так, но не для Кейда. Во многом, я думаю, он пострадал больше всех, — продолжила она. — Он не мог это отпустить. Он винил себя.
— Я скучаю по нему, — призналась я. — Очень сильно.
— Ты всегда можешь вернуться, Кенни. Это не обязательно конец для вас.
— Нет. — Я покачала головой, сдерживая слезы. — Я не могу вернуться.
— Из-за Эмили?
Я открыла рот, чтобы ответить «да», но Молли не дала мне сказать.
— К черту Эмили, — сердито заявила она. — Да, ситуация у вас ужасная, но Кейд любит тебя. Этот парень любит тебя больше жизни. И что с того, что у Эмили будет его ребенок? — Молли нахмурилась и закатила глаза. — У тебя достаточно большое сердце, чтобы полюбить и этого ребенка, потому что он будет наполовину от Кейда.
— Это не так просто, Молли, — начала я, но она снова перебила меня.
— Ой, да ладно, — фыркнула она. — Кензи, я знаю тебя. Я знаю Кейда. Я проводила с вами лето за летом, и я точно знаю, что большинство людей за всю свою жизнь никогда не испытают той любви, которая есть между вами. Он облажался? — продолжила она. — Да, и очень сильно, — подчеркнула она. — Но он не сбежал от своих ошибок и ответственности перед Эмили, так с чего ты взяла, что он сбежит от тебя — от девушки, которую он любит?
— Он не хочет этого, — прошептала я, накрывая живот руками.
— Может, Кейд заслуживает того, чтобы ему дали шанс самому принять это решение, — тихо ответила Молли.
Кейд
Почти неделя прошла с тех пор, как Митч и Кензи покинули Престон, и каждый день с тех пор был для меня настоящим адом.
Я не мог есть.
Я, черт возьми, не мог нормально думать.
Вся моя жизнь будто встала на паузу, пока я ждал ответа от девушки, которую любил, надеясь, что она даст мне знать, что с ней все в порядке. Но ответа не было.
Маккензи не отвечала на мои звонки, и каждое мое сообщение оставалось без ответа.
— Маккензи, пожалуйста, — прошипел я в телефон, расхаживая по кухне. — Ответь на этот чертов телефон, малышка.
Я знал, что она не ответит, но должен был верить, что один из этих звонков окажется тем самым.
— Скажи мне, что я еще увижу тебя, — умолял я. — Пожалуйста…
Звук хлопнувшей входной двери прокатился по дому, и я вздрогнул.
— Ты нужен нам завтра, Кейд.
Эзра ворвался на кухню, размахивая руками и тараторя, как сумасшедший, и я быстро сбросил вызов.
— От этой игры зависит будущее многих из нас, чувак. Ты не можешь нас подвести.
Наша школьная футбольная команда была одной из немногих в округе, которая тренировалась круглый год.
В Престоне футбол был почти таким же священным, как и церковь. Каждый год, во вторую субботу мая, Престон Хай и еще три школы из соседних городков играли в то, что называли Бим Боул.
Победители проходили дальше и в конце мая — на выходных после выпуска — боролись за кубок Бим Боул, и это было довольно важным событием в этих краях.
— Мне плевать, — прошипел я, швырнув телефон на столешницу. — К черту игру, — добавил я, уставившись на лучшего друга. — У меня есть вещи поважнее, Эз.
Например, тот факт, что моя бывшая девушка беременна, а Кензи пропала…
— Ну, мне не плевать, — резко ответил Эзра, и в его голосе прозвучала боль. — Я надеюсь свалить к черту из этой дыры.
Я видел боль в его глазах.
— Ты же знаешь, какие люди приходят на такие игры — скауты; ты знаешь, какие ставки, Кейд.
Да, я знал, насколько высоки ставки, и все равно мне было все равно.
— Ты основной квотербек, черт возьми, команда нуждается в тебе, — взревел Эзра. —Ты мне нужен, чувак. Просто сыграй эту чертову игру, а потом можешь снова вернуться к своему нытью и страданиям.
Вина зашевелилась внутри меня, разъедая мою решимость.
— Ладно, — пробормотал я с усталым вздохом.
***
Мы выиграли игру, и в честь выхода в финал Бим Боул команда решила завалиться в бар на неблагополучной стороне Престона — в такой бар, где