— Да Господи, — надулся парень, — с тобой невозможно разговаривать.
— Ит, я в душе не ебу, как проводят обряд у вас, — Мелисса развела руками, — а о наших порядках тебе рассказать не могу. Если ты забыл, мы по разные стороны баррикад.
— Когда я возглавлю свой Ковен, то покончу со всем этим, — мрачно сказал Итан. — Сколько можно? Четыре века грызни на пустом месте…
— А вот и нет! — пылко перебила Мэл и ткнула в него обличительным перстом. — Вы подмазываетесь к тем, кто когда-то отправлял наших сестёр на виселицу! И ради чего? Чтобы жить в шикарных домах, ездить на крутых тачках и играть в грёбаный гольф! Скажи, Ит, ваше бабло стоит чувства собственного достоинства?
Это не помешало ей яростно вгрызться в огромный бургер, купленный на то самое «бабло». Девушка стала жевать, не смущаясь соуса, стекающего по её подбородку, а её оппонент в споре задумался. Джудит отметила, что себе парень заказал просто кофе и салат, который теперь рассеянно ворошил вилкой.
— Мы выживали, — изрёк Итан, — только и всего. Понятное дело, пришлось идти на какие-то жертвы. Как, кстати, вам живётся с «чувством собственного достоинства», но без электричества?
— Иди нахер, — с набитым ртом потребовала Мэл.
— Конечно-конечно, — усмехнулся парень, — вот он — твой главный аргумент.
Мелисса скорчила физиономию, но сытный приём пищи заметно снизил её рвение обмениваться колкостями. Проконтролировав, чтобы поела и Джудит, девушка расслабленно откинулась на кожаное сидение. До этого момента она служила своеобразной преградой между девочкой и Итаном, и, лишившись её, Джудит смутилась. Ей стало неловко, но она зря переживала: осторожно покосившись в сторону парня, она убедилась, что смотрит он только на Мэл.
— Как ощущения? Чувствуешь себя падшей, набив брюхо на грязные деньги северян? — поддел он. — Ай-ай-ай, ты предала свои идеалы за фастфуд!
— Я тебя ненавижу, — беззлобно сказала она и шлёпнула Итана по коленке.
Воцарилась тишина.
Ладонь Мелиссы там и осталась, сжав бедро парня через ткань, а он и не думал возмущаться таким положением дел. Его рука покоилась на спинке сидения, заключая Мэл в подобие разомкнутых объятий и поглаживая прядку светлых волос над её ухом.
Джудит остро ощутила неуместность своего присутствия, но не могла оторвать взгляд, даже рискуя быть уличённой в бесстыдном подглядывании. Несомненно, если Аманда Макбрайд залезет ей в голову и найдёт там эту картину, будет беда.
Джудит нельзя было видеть, как влюблённо смотрят друг на друга эти двое.
Часть вторая
Глава шестая
Мир III, 2012 год.
Джудит сбавила шаг, чтобы снять плащ, в котором она быстро взмокла, а заодно насладиться звуками вечернего леса. После недавнего дождя воздух был насыщен влагой, и дышать стало тяжело — от густых ароматов цветения и сосновой смолы кружилась голова. Ветерок принёс запах дикого жасмина, росшего в низине возле шоссе.
— Эй, — позвала девушку Мелисса, выбившаяся вперёд. — Чего ты там застряла?
— Я… — с запинкой начала Джудит, — может, пойду домой? Соберу трав по пути, да и кто-то же должен прикрыть тебя в случае…
— Не тупи, — оборвала Мэл.
Она вернулась, шурша ковром из иголок под ногами, и схватила подругу за локоть. Джудит проглотила свои возражения, сдавшись. Она знала, что будет лишней, но спорить с Мелиссой было невозможно. Более упрямую ведьму, чем она, было не найти.
— Я буду вам мешать, — Джудит всё-таки нашла в себе смелость проговорить это вслух, хотя и вышло невразумительно: голос звучал тихо и слабо.
— Брось! — фыркнула Мелисса. — Праздник — он для всех праздник, раз «старшие» сёстры отрываются, то и нам полагается немного веселья.
— Угу, — промычала девушка.
Она разгладила плащ, перекинутый через руку, и огляделась по сторонам: в мягком сумраке лес выглядел сказочным и таинственным. Между проплешин красноватой земли, местами прикрытой иголками, лежали облачка розоватых цветов горца. Ветер путался в соснах, и где-то кричала какая-то птица. Джудит постаралась её опознать: не то каролинский крапивник, не то легендарный красный кардинал. Девушка склонялась к последнему.
Вскоре на смену песни насекомых, ветра и птиц пришли звуки цивилизации: стрёкот шин проехавшего автомобиля, человеческие голоса и музыка, доносящаяся из открытых дверей забегаловки. В этот раз они не отправились туда, а двинулись сразу к мотелю.
Мэл извлекла телефон, чтобы уточнить, в каком номере их ожидают.
Джудит вздохнула, заметив у подруги предмет, строго-настрого запрещённый в стенах дома ведьм.
— Ты опять за своё? — спросила она. — А если Аманда…
— Аманда-сё, Аманда-то, — передразнила Мелисса, закатив глаза, — а как мне прикажешь отправлять сообщения? Голубиной почтой? Не парься, Джуд, я не самоубийца, чтобы хранить его под подушкой. Я прячу его в лесу.
— О… — понимающе протянула Джудит.
Отлучки Мэл участились, и Джудит догадывалась, что служит тому причиной, но старалась об этом не думать. Думать было слишком опасно. За минувшие годы они с подругой неплохо усовершенствовали свою тактику сокрытия мыслей от всеведущей Верховной ведьмы, но девушка остерегалась, что однажды даст сбой и этот отлаженный механизм. Аманда была очень искусна в своём ремесле, и заподозри она что-то неладное, никакие ухищрения её не остановят.
Джудит боялась даже строить догадки, что ждёт их после разоблачения — и её, покрывавшую тёмные делишки подруги, и Мелиссу, продолжавшую тайные встречи с колдуном с «вражеской» стороны. Безусловно, молодые люди любили друг друга, но Мэл также подстегивало и стремление хоть как-то выразить протест против надоевших ей правил. Одним из важнейших из них, на минуточку, был запрет иметь любые связи с мужчинами.
Скорее всего, если кто-то узнает, их обеих отправят на костер: и Мелиссу, и Джудит за компанию.
— Ты трусиха, — словно прочитав её мысли, сказала подруга, — просто расслабься, Джуд!
Конечно, она не владела телепатией, но тревога была слишком отчётливо написана у Джудит на лице. Но она порывалась остаться дома вовсе не из опасений за свою жизнь.
Дверь распахнулась. Мелисса бросилась Итану на шею, и они поцеловались, а Джудит несмело ступила в номер и застыла у входа, дожидаясь своей очереди. Она могла бы убежать и затеряться в лесу, блуждать там в одиночестве до глубокой темноты, но трудно было устоять перед уготованными ей дружескими объятиями.
Жизнь, полная лишений, научила её довольствоваться малым.
Наконец молодые люди разъединились, и Мэл взялась прикрыть дверь, так и манившую Джудит пуститься в бесславное бегство. Итан обнял и её, похлопал по плечу и оглядел с ног до головы.
— А ты подросла, — подметил он, — и стрижка хорошая, тебе идёт.
— Спасибо, — застенчиво проблеяла девушка