Итак, положение у меня хуже не придумаешь. Адриан надежно держит меня за шею, а Гавриил надавливает на нижнюю челюсть, чтобы напоить меня крепким напитком. А я тем временем закрываю глаза и молюсь, чтобы, выдержав это, я смогла реализовать свой замысел и сбежать.
Понимаю, Демон тянет время, чтобы осуществить какой-то свой план, о котором не хочет мне рассказывать. Он не доверяет мне, и я, если честно, тоже. Если он не вытащит меня из поместья, я сама найду другой способ.
Крепкий алкоголь резко обжигает горло. Покалывает на языке и разжигает крадущееся тепло в животе. Гавриил глоток за глотком вливает напиток мне в рот.
– Не будь такой жадной, – поддразнивает он меня. – Этот виски – один из самых дорогих в моей коллекции.
Подонок!
Когда стакан пустеет – а Гавриил растягивает этот процесс, словно мучая меня, – по коже разбегаются мурашки. Во всем теле разливается ощущение невесомости. Хотя нет, это ощущение необузданности, какого я никогда раньше не испытывала.
– Я увидел тебя пять лет назад в Румынии, когда был там проездом. У меня возникли дела в Бухаресте – хотел заключить сделку с албанской мафией и проверить их товар.
Прежде чем я успеваю осознать, что он на самом деле рассказывает мне больше обо мне самой, Гавриил возвращается к моему телу. Он закрывает мою нижнюю челюсть, когда я, моргнув, размыкаю веки и смотрю в его темные глаза. В огненно-красном свечении светодиодных ламп они напоминают пылающие красные радужки какого-то дьявольского существа.
Он обхватывает мою грудь, сминает ее и с наслаждением облизывает, несколько секунд посасывает правый сосок, а затем я остро чувствую его зубы. В поисках опоры тянусь к его волосам и вцепляюсь в них. Так крепко, что в какой-то момент Гавриил шипит от боли.
Я не сдерживаю улыбку, но он меня не отпускает, и почему-то, как бы странно это ни звучало, я на мгновение отдаюсь его прикосновениям. От алкоголя тело кажется легким, одурманенным и неуязвимым. Кто-то сзади проводит костяшками пальцев по моим лопаткам, а потом расстегивает молнию на платье. Гавриил все грубее массирует мою грудь.
– У нее самые лучшие сиськи, правда, Адриан?
И прежде чем я осознаю, что в следующую секунду черные татуированные руки – руки Адриана – сдавливают мою грудь, ладони Гавриила обхватывают меня за бедра, двигая меня взад-вперед по его твердому члену. Он прижимается ко мне плотнее, позволяя ощутить его размер и голод, а затем направляет мои руки к своему ремню.
– Что случилось в Румынии? – хочу знать я.
На то, чтобы сконцентрироваться на вопросе, уходит слишком много сил. Лишь сейчас я понимаю, что, скорее всего, нахожусь не только под действием их проклятого алкоголя.
Что… какого черта?
– Расстегни брюки, тогда продолжу.
Адриан одним движением снимает меня с коленей брата, и через мгновение я оказываюсь между раздвинутых ног Гавриила.
Несмотря на затуманенный какой-то дрянью рассудок, я все еще в состоянии относительно ясно соображать. Единственный вопрос – как долго это продлится. Мне нужно услышать всю историю, узнать все.
Мысленно перебираю возможные варианты и понимаю, что отступать уже нельзя. Я расстегиваю брюки Гавриила, после чего он достает свой эрегированный ствол и медленно потирает его в ладони.
– Скажи, как сильно ты хочешь мой член.
Ответ: ни капли, ублюдок! Настолько не в себе я не могу быть ни при каком раскладе.
Гавриил запускает руку в мои искусно уложенные в высокую прическу волосы, притягивает ближе к себе и проводит по моему рту кончиком головки. Меня разрывает изнутри от отвращения, оттого, что я нахожусь так близко к его члену. Да, я решила ему подыграть. Мне необходимо узнать больше о моем пребывании в Румынии. Узнать, что я там делала, как туда попала. Но стоит ли платить за это такую цену?
Они подмешали что-то в напиток, чтобы сделать меня послушной. С каждым мгновением контроль над собой все больше ускользает. Через несколько минут я превращусь в безвольную жертву братьев Волковых, с которой они смогут исполнить свои извращенные фантазии. Потому что мне слышно, как сзади Адриан тоже расстегивает брюки. Характерный звон пряжки ремня трудно с чем-то спутать. У меня учащается пульс, когда Гавриил наклоняет меня вниз и пытается заставить принять его член. Я с готовностью раскрываю перед ним губы, чем вызываю у него стон.
Всего на мгновение, Нурия. Всего лишь на мгновение.
Когда Гавриил расслабляется и откидывается назад, я собираю все оставшиеся силы и концентрацию и тянусь к карману его брюк. Нажимаю на рычажок складного ножа, чтобы раскрылось лезвие, и со всей силы вонзаю клинок ему в бедро. Все происходит так быстро, что мой мозг еще не успевает обработать вопль Гавриила, а я уже выдергиваю нож из его ноги, разворачиваюсь и бросаюсь с ним на Адриана.
Знаю, меня ждет смерть. Но я не могу. Я просто не могу играть в эту больную игру, как, наверное, делала раньше, чтобы уберечься от насилия.
– Ах ты грязная шлюха, что ты наделала? – рычит Адриан.
Мой первый удар не достигает цели. Я диким выпадом замахиваюсь на младшего Волкова, задеваю его клинком и, пошатываясь, поднимаюсь. Гавриил держится за ногу, выкрикивая проклятия, и тоже пытается встать, спрятав свой мерзкий член, но снова и снова падает обратно на диван. Он теряет чертовски много крови.
Поскольку Адриан, похоже, безоружен, он уворачивается, но только для того, чтобы перехватить мою руку. В этот момент Делтон, стоящий чуть дальше у барной стойки, оглядывается на нас. Вот он, мой шанс! Я разворачиваюсь и бегу к двери.
– Поймай ее! – орет Гавриил. – Поймай ее сейчас же!
– Далеко она все равно не уйдет, – замечает Адриан, который теперь стоит у меня за спиной и удерживает обеими руками. Я изо всех сил пытаюсь вырваться из его хватки, неистово бью его ножом по руке. Из порезов обильно хлещет кровь, и наконец он отпускает меня, а я с силой отталкиваю его и отчаянно дергаю дверь на себя.
Адриан словно одержимый барабанит в дверь, которую я тут же заперла снаружи вставленным ключом.
Что я наделала? Что, черт возьми?
«То, что необходимо было сделать! – успокаивает меня внутренний голос. – Беги! Если не выберешься отсюда, тебе конец! Или даже хуже…»
Тяжело дыша и с бешено колотящимся пульсом, я шатаюсь на каждом шагу. Коридор, освещенный оранжевыми светодиодными лентами, расплывается перед глазами.
– Немедленно открой дверь, ты, паршивая шлюха! – орет Адриан.
Я наспех натягиваю лямки платья обратно на плечи и бегу дальше. Покачиваясь, опираюсь рукой с окровавленным клинком о стену справа, на которой висят