С точки зрения Садреддина Ширази, связь между душой и телом подобна связи между формой и материей в философии Ибн Сины. С одной стороны, душа нуждается в теле и зависит от него – как в той форме, о которой говорилось, так и в плане индивидуализации и множественности. С другой стороны, она способствует становлению тела, ибо тело зависит от души в силу того, что оно представляет собой особую структуру с определенным составом, подготовленным для того, чтобы душа владела и управляла им. Как только разрывается связь между телом и душой, в теле начинается энтропия и оно распадается и уничтожается. Ведь, по его мнению, те силы души, наличие которых необходимо для сохранения такого состава или такого (телесного) смешения, то есть силы, которые непосредственно управляют телом, по сути, являются формой тела как такового. Собственно то, что тело является телом, то есть его актуальность, определяется наличием таких сил в телесной материи. Так что душа также является движителем того, что имеется в нем (теле), и участвует в причинности тела. В силу этого, душа и тело по причине взаимной непосредственной и онтологической связанности обуславливают друг друга, имеющаяся между ними связь – это истинная причинно-следственная связь[186]. Очевидно, что, принимая утверждение о наличии такой связи между душой и телом, мы должны принять, во-первых, следующее:
28. Душа исчезает вместе с исчезновением (смертью) тела. Гибель истинной причины обусловливает и гибель ее следствия, а ведь мы гипотетически предположили, что душа и тело обладают в отношении друг друга истинной причинностью. Так что гибель души или тела обусловливает гибель другого члена этого двухчастного соединения. Они могут существовать только вместе, а если не существует один из них, то не существует и другой. Разрыв связи между душой и телом приводит как к гибели тела, так и к гибели души. По словам Садреддина Ширази, душа в силу того, что она душа, и тело в силу того, что оно тело, взаимно обусловлены, и гибель одного из них обусловливает гибель другого[187]. Во-вторых, нам нужно принять следующее:
29. Душа – это материально-телесное существо. Таковой душа является в силу того, что она душа, ибо под материально-телесным подразумевается явление, зависящее от материи и физического тела, когда без них невозможно существование. Гипотетически мы предполагаем, что душа именно такова.
А теперь важный момент состоит в том, что утверждения о том, что душевная связь (с телом) – это субстанциальное качество души, а, следовательно, душа обладает связанным с телом бытием и является телесным явлением, не относятся только лишь к периоду телесности души. И тогда, вероятно, Мулла Садра должен согласиться, что:
30. Душа даже в нематериальном состоянии обладает связанным бытием в отношении тела. Мулла Садра, с одной стороны, говорит о нематериальности души, а с другой стороны, соединение души и тела в единой природной видовой форме понуждает его принять связанность бытия души в отношении тела. С третьей же стороны, очевидно, что душа до смерти, даже уже обретя нематериальность, всегда находится при теле, а потому охватывается этим сочетанием. Таким образом, наш философ должен признать, что до смерти душа даже в стадии нематериальности обладает связующим бытием в отношении тела.
Отсюда становится ясной разница между утверждениями о телесном возникновении души и о душевной связи, как субстанциальном качестве бытия души, хотя оба эти утверждения предполагают ее материальность и телесность. Первое высказывание относится к состоянию души при возникновении, но не говорит о том, в каком виде она пребывает, и именно поэтому говорят: «Душа телесна по возникновению и духовна по пребыванию». А второе высказывание охватывает также и состояние пребывания.
Согласно сказанному, можно понять, что Мулла Садра в рассматриваемом вопросе имеет дело с двумя противоречащими друг другу утверждениями. С одной стороны, говорится, что душевная связь является для бытия души субстанциальной характеристикой и обусловливает материальность души и, соответственно, ее гибель происходит вместе с гибелью тела. С другой стороны, утверждение о нематериальности души недвусмысленно отрицает ее материальность и «позволяет» ей остаться и пребывать после гибели тела, причем она может иметь как умопостигаемую, так и идеальную (подобийную) нематериальность. Чтобы выйти из этого противоречия, мы должны принять, что душа – это единая реальность, имеющая многочисленные ступени на пути дифференциального (ступенчатого) субстанциального движения. А потому:
31. Душа – это реальность с дифференцированными ступенями. Это все тот же строй дифференциального движения, который обнаруживается и вовне и, согласно которому, истина одного бытия всегда едина, но имеются ступени в его движении, каждая из которых обладает своими особенностями и установками. Это же явление наблюдается и у души, хотя и в меньшем масштабе. Соответственно, душа – это также единая реальность с дифференцированными ступенями, для каждой из которых имеется свое установление[188].
Вопрос о наличии ступеней движения души, основанный на понятии первичности бытия и его ступенчатости, является третьим фундаментальным вопросом в антропологии Божественной мудрости, который оказывает большое влияние на эту тему и, в частности, позволяет отбросить противоречие между двумя приведенными выше утверждениями следующим образом:
32. Душа на некоторых своих ступенях отстранена от материи, а на других – материальна. Очевидно, что если бы душа была простой и не имеющей ступеней реальностью, она не могла бы быть и нематериальной, и материальной. Но если мы говорим, что у нее имеются дифференцированные ступени, каждая из которых определяется собственным установлением, отличным от других ступеней, то нет никакого противоречия между тем, что на некоторых ступенях душа нематериальна и не опирается на тело, не подвержена гибели вместе с гибелью тела, а на других – материальна, зависит от тела и гибнет вместе с его гибелью. Так как у души есть силы, с помощью которых она управляет телом, и – как мы покажем далее – эти силы представляют собой