1. Качество, когда постепенно меняется цвет, форма, либо температура тела и т. д.
2. Количество, когда постепенно меняется объем тела (по мнению античных философов, считающих тело монолитным, а не сформированным из атомов расширение и сжатие тела относилось к количественному движению).
3. Пространство, когда тело перемещается из одной точки в другую.
По мнению же Ибн Сины и философов после него, помимо перечисленных категорий, движение происходит также в категории положения. Например, когда сферическое тело вращается вокруг своей оси. Говоря коротко, движения бывают либо качественными (кайфи), либо количественными (камми), либо пространственными (айни), либо конъюнктурными (вад’и). Однако главным вопросом, вокруг которого не утихают споры, является возможность субстанции (джавхар) стать расстоянием движения. То есть может ли субстанция стать расстоянием движения? Предшественники Садреддина Ширази во главе с Ибн Синой считают невозможным движение в субстанции. Однако Ширази верит в возможность этого и решительно отстаивает свою позицию[76].
Единство расстояния движения и времени
Теперь перед нами встает другой вопрос, а именно, являются ли движение и его расстояние вовне двумя отличными друг от друга явлениями? Предшественники Садреддина Ширази признавали отличие, однако сам он убежден в обратном. Уже было сказано, что время, которое является размером текучей протяженности, а в известном смысле и самой текучей протяженностью, не является чем-то отличным (амр мугайир) от текучей протяженности движения, являющейся его самостью и воплощением. Другими словами, время – это не что иное, как сама текучая протяженность движения. Следовательно, существует одна внешняя действительность, которая, исходя из контекста, соответствует как понятию движению, так и понятию время. Также известно, что расстояние в своей самости имеет текучую протяженность. Исходя из этого мы должны заключить, что существует одна простая внешняя действительность, которая является как референтом понятия категории, так и референтом понятия времени. Теперь мы должны ответить на следующий вопрос, а именно, являются ли протяженное и текучее расстояния и движение вовне одной действительностью, или же они две соответствующие друг другу действительности? Ответ Ширази отрицательный. Он убежден, что вовне существует только одна действительность, которая является как референтом понятия движение, так и референтом понятия категория[77]. Эта же действительность выступает референтом понятия времени. По мнению мыслителя, ум делит одну простую действительность на четыре вещи, или проще говоря, видит ее в виде четырех вещей:
1. Самости, заключенной в какой-либо категории, как например цвет, форма и температура, заключенные в категории качества, размер, заключенные в категории количества, и т. д.
2. Течения (струения) и сменяемости.
3. Непрерывности и соединенности.
4. Размера.
На первый взгляд ум воспринимает каждое из них в качестве отдельной действительности. И даже дает каждому свое название. Так, категорию называет «расстоянием», течение (поток) – «движением», соединенность и непрерывность – «протяженностью», а размер – «временем». Таким образом, он не обнаруживает в расстоянии движение, в движении протяженность, а в протяженности – время. Исходя из этого, ум считает расстояние самостно отличным от движения, движение лишенным протяженности, а протяженность – лишенной времени. В итоге он заключает, что вовне время является акциденцией протяженности, протяженность акциденцией движения, а движение акциденцией категории. Иными словами, он выявляет синтез из нескольких акциденций. Но после тщательного анализа ум добирается до истины, и узнает, что все эти акциденции и действительности существуют только в нем самом, а вовне имеет место быть только одна объективная действительность, соответствующая упомянутым четырем понятиям[78].
Итак, по мнению Ширази, движение тела в акцидентной категории или, проще говоря, движение в акциденции, означает слияние (хулул) текучего референта (мисдак) категории с телом. И напротив, слияние текучего референта акцидентной категории с телом означает движение тела в категории.
Из всего сказанного можно заключить, что движение в категории, будь то субстанция или акциденция, означает существование индивида и текучего референта категории, что в свою очередь означает движение в ней (категории).
Глава 7. Субстанциальное движение
То, что прежние философы допускали возможность движения только в четырех акцидентных категориях (качество, количество, пространство и положение), по мнению Ширази, означает, что только эти четыре категории могут иметь текучий индивидуум (фард саййал), который иногда внедряется (хулул) в тело, и тогда мы говорим, что тело находится в состоянии движения в них, а иногда их непрерывный/постоянный индивидуум (фард мустамирр) становится акциденцией тела, и тогда мы говорим, что оно неподвижно. Исходя из данного положения, мы можем сказать, что когда Ширази говорит о том, что движение может происходить и в категории субстанции, то он имеет в виду то, что эта категория также имеет текучий индивидуум и референт. Иными словами, движение в субстанции – это осуществление (тахаккук) референта и текучего индивидуума субстанции, будь эта текучая субстанция форменной субстанцией (джавхар сури) или природой (таби’а), пребывающая в теле, или все тело, включая первоматерию (хайула’) и форму (сура).
Имея общее представление о текучем индивидууме категории, несложно представить текучий индивидуум субстанции. Например, лист бумаги, лежащий перед нами уже не тот, что был перед нами несколько мгновений назад, и не тот, что будет перед нами несколько мгновений спустя. В каждый новый миг мы видим перед собой новый лист бумаги. Иными словами, прежний лист обращается в небытие, а вместо него появляется новый лист. Цикл исчезновений и возникновений продолжается ежесекундно. Но это не означает, что исчезнувшая бумага и возникшая отдельны друг от друга, а лишь то, что существует одна внешняя действительность, которая целокупно не может существовать в каком-либо мгновении, но только во всем времени своего существования. В первой половине времени своего существования наличествует первая половина бумаги, в третьей – третья, в четвертой – четвертая и т. д. Таким образом, в каждом мгновении, являющемся гипотетическим фрагментом времени, наличествует гипотетический фрагмент бумаги, отличающийся от последующего фрагмента, наличествующего в последующем мгновении. Эти гипотетические фрагменты и есть возникающие и исчезающие бумаги, которые не отделены друг от друга. Говоря проще, упомянутая бумага помимо трех известных устойчивых пространственных измерений имеет еще одно – текучее, познаваемое лишь с помощью разума. Четвертое измерение по причине своей текучести не может целокупно наличествовать в одном мгновении[79].
Приведем простой пример. Представьте, что вы сложили бумагу таким образом, что она поместилась у вас на ладони. Вы полагаете, что держите в руке всю бумагу целиком и полностью (основываясь на пространственные измерения). Но если вы посчитаете бумагу не трехмерным объектом, а четырехмерным, то получится, что в руке у вас только гипотетический фрагмент бумаги, который является трехмерным объектом. Она не та бумага, которая была у вас в руке мгновением раньше и не та, которая будет мгновением позже. Только