На сегодняшнем банкете они собираются объявить о своих достижениях, так что мероприятие, ясное дело, важное.
Там должны собраться все большие шишки, умники, основатели проекта; они будут пить за успех предприятия и укреплять связи.
Вообще, мне прочитали лекцию о сущности новой технологии, но я там поняла от силы процентиков десять. Они там то ли гены используют для произведения вычислений, то ли ещё что-то такое же фантастическое. И назвали всё это чем-то типа ДНК-компьютера.
Короче, поняла я мало что, но то, как народ возбудился, чувствовала, что и стало одной из причин, по которой теперь еду на то место. Ну, где-то третьей причиной.
Первая причина — возможность повидать старых друзей, а вторая — встретить новых людей, которых только на таких мероприятиях и можно увидеть.
Батяня опять вырядил меня по своему вкусу, но всё-таки я могу снова встретиться со своей подружкой, так что в целом довольна. Жаль только, что ещё и школу пришлось на несколько дней пропустить.
Вот с такими мыслями я дальше пялюсь в окно автомобиля.
Судя по карте в моей голове, такси сейчас едет строго на север. По обе стороны широкой дороги стоят высокие здания; вид не самый живописный.
Поворачиваюсь к противоположному окну — картинка аналогичная, разве что с шумом проносятся встречные автомобили и внутрь салона между зданиями пробивается свет заходящего солнца. Оно слепит глаза, и я отвожу взгляд.
Есть что-то замечательное в том цвете, в который окрашиваются небеса на закате. И в запахах, которыми полон воздух, когда лето уже на пороге, после того как дождь смочил раскалённый асфальт. Если кто-то решит переписать заново «Записки у изголовья»[63], пусть напишет и об этом.
Я с тоской смотрю на последние лучи уже почти летнего солнца, пока оно совсем не скрывается за горизонтом. Наступают сумерки, и такси прибывает к месту назначения.
Это красивейший роскошный отель, на пару классов выше того, в котором я остановилась. Насколько знаю, и презентация, и последующий банкет состоятся в его самом просторном зале.
Я оплачиваю такси, выхожу и делаю на лице подходящую случаю физиономию.
Ко мне тут же подбегает носильщик, но я улыбаюсь и говорю, что багажа у меня нет, а потом интересуюсь у него, как пройти на сегодняшнее мероприятие. Сказав ему спасибо, я сразу туда и иду, стараясь не шагать слишком широко. Батяня вечно предъявляет претензии к моей походке, мол, так только дети ходят. А мне пофиг. Как хочу, так и хожу.
Вскоре я подхожу к банкетному залу. До начала презентации время ещё есть, но здесь уже шумно и людно. Расставлены круглые столы, а на них, кажется, уже стоит алкоголь.
Я натягиваю декоративную улыбку и захожу внутрь.
Надо поскорее найти и поприветствовать батиных деловых партнёров и прочих людей, которых я давно уже знаю по его работе. Обычно я нормально общаюсь со стариканами, с которыми общается мой отец, так что проблем не предвидится.
Когда меня представляют незнакомому человеку, мне надо быть предельно вежливой. Ну, я уже привыкла.
Когда с этим покончено, я иду искать друзей.
— Цуруя-сан.
Я тебя ещё не искала, а ты уже нашлась!
— Давно не виделись.
После поклона девушка улыбается, но как-то холодно.
Платье на ней шикарное, неброских тонов, сидит так, будто она в нём родилась. Я немного залипла разглядывая подругу. Её изящный вид и аура как будто раскрашивали бесцветный воздух вокруг неё. На меня же платье надели насильно, и я с ней не иду сейчас ни в какое сравнение. Впрочем, я каждый раз об этом думаю.
Я отвечаю на приветствие, а подошедший официант мне как новоприбывшей предлагает грейпфрутовый сок. На вкус действительно стопроцентный.
Подруга же тоскливо покачала в руке стакан с мутноватой жидкостью.
— Хорошо, что мы с тобой встретились. Мне здесь поговорить практически не с кем.
Ну да, люди нашего возраста на такие приёмы не хаживают. Есть одна наша общая знакомая, но, я слышала, её сегодня не будет. Хотя их семейство тоже связано с этим проектом, от сегодняшнего банкета она каким-то чудом отвертелась. Завидую.
Пока мы рассказываем друг другу, что у нас в жизни нового, начинается презентация.
Свет тусклеет, на экран над подиумом проектор подаёт изображение, звучит симфоническая музыка, а диктор начинает пафосный спич.
Пока нам показывают и кратко объясняют суть проекта, а народ на это иногда радостно реагирует, я успеваю прикончить второй стакан грейпфрутового сока.
Музыка, подогревавшая возбуждение публики, замолкает на кульминационной ноте, после чего снова зажигается свет.
Под гром аплодисментов на подиум поднимается тощий старый дядька. В презентации его называли руководителем проекта.
Теперь объяснениями занимается он, и он же отвечает на вопросы публики. К моей истории всё это не имеет отношения, так что пропущу. Хотя звучало довольно забавно: со всем этим нагромождением научной биологической терминологии казалось, что он хочет втянуть нас в какую-то аферу.
— Богачи собрались, чтобы вложить свои капиталы и стать ещё богаче. Если проект окажется успешным, на рынке появятся новые продукты, в какой-то мере способствующие прогрессу человечества, но их-то интересуют только деньги, — едко заявляет моя подруга.
Вдруг ни с того, ни с сего — видимо, чтобы поднять людям настроение — произносится тост. Отовсюду слышен звон бокалов, в зал начинают заносить блюда, и презентация переходит в банкет. Надеюсь, хотя бы еда здесь приличная.
В зашумевшем зале люди начинают обмениваться визитками.
Такие сборища как раз и существуют для установления новых связей. Батяня тоже должен быть где-то тут, но я не спешу его искать.
Посреди всего этого мне слышно, как в одном углу изредка кто-то весело смеётся.
Я оборачиваюсь в ту сторону и вижу мужчину, который помоложе моего отца, но и на моего сверстника явно не тянет.
Кажется, нас когда-то друг друг представляли, но имени его не помню.
Подруга замечает, куда я смотрю:
— Ты, наверное, не в курсе, но он мой дальний родственник: из семьи брата моего дедушки по отцовской линии. Я