Нет причин предполагать что-то плохое, но неспособность понять, что же происходит, не давала мне покоя.
И пока я пребывал в необычном для себя задумчивом состоянии, передо мной вдруг появилось блюдце. Пальчики, которые его поставили, принадлежали одетой в наряд европейской горничной Асахине-сан.
— Прошу, десерт к чаю.
В блюдце был «огура ёкан»[61] и деревянная вилочка. Цену улыбки Асахины-сан невозможно выразить в денежном эквиваленте, но ради неё я готов выпить сколько угодно чашек чая. Но увы, она уже светила остальным присутствующим, которым тоже подавалась своя порция. Ти разглядывала в блюдце коричневый кирпичик, будто увидела нечто инопланетное.
И вот точно в тот момент, когда «Команда SOS» с гостьей сделали перерыв на чай…
«Вам письмо!»
… Компьютер на командирском столе известил о том, что пришло третье послание Цуруи-сан.
* * *
Харухи зачитывала письмо Цуруи-сан, словно профессиональная программа озвучивания текста, созданная для имитации её голоса.
Всем приве-е-ет! Вторая история получилась длинновастенькой, так что я решила дать вам побольше времени. Надеюсь, я вовремя черкаю?
Вы, разумеется, уже догадались. Мы с подругой ухватились за возможность заскочить на деревенский праздник и слинять от няньки. Хорошо, что в тот день работал именно он.
На горячих источниках мы были в купальниках — там так полагается, так что можете по этому поводу не беспокоиться.
Что нам было за то, что мы не явились на банкет? Да ничего не было. От светского приёма там одно название, а фактически просто собрались наши родственники, а нас туда пригласили для разогрева.
Работка непыльная — наряжаешься и улыбаешься всем подряд — вам тоже надо как-нибудь попробовать. Наверное, догадываетесь, почему мы с подружкой удрали. Кто ж на такую нудятину добровольно подпишется?
Что дальше было? Ну, побег наш был недолгим.
Сходим мы с поезда на нужной станции, а там нянька стоит и лыбится в тридцать два зуба. Мы такие: да ладно! Стоим обалдевшие, не знаем, что делать.
А знаете, в чём было дело? На нас таки были трекеры. Самые новые — каких ещё никто никогда не видел. Сколько в бане не парься, мочалкой не трись — всё равно не избавишься. И что ещё хуже, глазом их вообще увидеть невозможно.
Я до сих пор не знаю, где конкретно он на мне находится. Я бы написала об этом больше, но там всё такое сверхсекретное, так что извиняйте.
Теперь понятно, почему нас тогда почти не стерегли. Мы-то думали, что это мы таки умные — слинять смогли. А у них просто всё было на шаг вперёд продумано. В следующий раз надо будет готовиться тщательнее. Теперь-то у меня мотивации добиться своего выше крыши. Потом расскажу, что получилось.
Короче, не бойтесь, приложенная к этому письму история — последняя.
Ну, вы в курсе что я с батяней что-то типа турне совершаю, и вот, опять еду с одного места на другое. Случай, о котором я хочу рассказать, произошёл совсем недавно, можно сказать только что.
Мне показалось, что он довольно интересный, так что мне сразу захотелось о нём рассказать, но я подумала, а чего я вам просто так простыню текста вывалю? Лучше я вам сначала чего-нибудь ещё про другие поездки напишу. Так что предыдущие истории можете считать вступлением.
Итак, внимайте моей третьей истории о моих похождениях. Чао!
* * *
Интересно, где я?
Начинаю я с этой любопытной мысли, но продолжения её не ждите.
Сразу говорю: для вашего удобства писать я буду так же, как и первую историю: то есть все свои слова авторской речью, чтобы вам не надо было подозревать ничего лишнего.
Так что отныне всё, что начинается с тире — это слова не мои, а кого-то ещё, и я гарантирую, что больше не буду с этим ничего мухлевать.
Короче, сижу я, скрестив руки, и выглядываю в окно на заднем сидении такси. Солнце скоро сядет.
Кроме меня и водителя в машине больше никого нет. Это не нанятый автомобиль, а обычное такси, которое ожидало меня на выходе из гостиницы, в которой я остановилась.
Мы едем на очередной званый приём, который проходит в другой гостинице. Как меня это достало.
Кстати, есть причина, по которой сегодня я еду одна: мне так захотелось.
В обмен на то, что у меня отняли счастливые дни школьной жизни, и я согласилась сопровождать папаню в его деловой поездке и со всеми подряд ручкаться, мне удалось выторговать себе во время этих поездок как можно больше личного времени. А то быть со своим папаней и на банкетах, и в такси по дороге на них как-то слишком.
Но мне пришлось согласиться и на ещё одно условие — потому-то я теперь и сижу скрестив руки и в окно пялюсь.
И одежда, и обувь, и вообще всё, что на мне одето с ног до головы, было мне предписано батей, и такой наряд уместен разве что на церемонии вручения «Оскара».
А поскольку мне никакой статуэтки не светило, чувствую я себя жутко неуютно и на батяню дуюсь.
Условием свободы передвижения стало дорогущее платье и пристойное поведение и банкете.
И должна заметить: на этот раз у меня нет никакого плана побега.
Меня даже припугнули, объяснив, чего мне будет стоить, если я отсюда смоюсь — поскольку предстоял не просто приём, а важная презентация. Да и трекера я так и не нашла, так что действительно интересовалась информацией по этой теме.
И моя семья, и семья моей подруги из-за нас изрядно вложились в технологию микротрекеров GPS, а на выходе исследования неожиданно дали многообещающие плоды. Кажется, по-английски это называется «serendipity»[62]. Свезло, короче.
Куча умников думали-думали, как меня с подругой перехитрить, как трекер сделать как можно меньше, а потом вдруг начали развивать гипотезу совсем в другом направлении, не имевшем отношения к их непосредственной задаче — так что они написали научную работу и забыли о ней; а другой умник её нашёл, прочитал, и он-то как раз этим направлением