Сабли клыч особого внимания не привлекли. Оружие вполне приличное, но до булата не дотягивавшее. Кинжалы бебуты тоже были им под стать. А вот извлечённый из пояса пленника небольшой нож заставил парня удивлённо хмыкнуть. Длиной чуть больше ширины ладони, с рукоятью, обшитой сыромятной кожей, обоюдоострый клинок был выкован из настоящего булата. Никакой гарды, просто узкая полоска бронзы, отсекающая клинок от рукояти, и такое же небольшое навершие на ней.
В умелых руках такой нож может наделать серьёзных бед. Удивлённо вертя его в пальцах, Матвей заглянул в простые, кожаные ножны и, чуть пожав плечами, сунул нож за голенище левого сапога. В правом лежал его собственный нож. Пристраивать его сразу за спину на пояс при посторонних он не решился. И так за ним числилось слишком много странностей. Заметив его жест, Ахмет-хан недоумённо выгнул бровь и, кивая на сапог, поинтересовался:
– Не хочешь носить его так же, как турок?
– После попробую, – не стал скрывать парень. – Думаю, не самый верный способ.
– С чего? – удивился толмач.
– Ты знаешь. Турок знает. Его кто-то научил. Выходит, способ известный и, случись чего, сразу найдут. Тут подумать надобно. Оружие толковое, так что носить его надо так, чтобы и дотянуться было не сложно, даже связанным, и найти было непросто.
– Однако, – удивлённо хмыкнул толмач. – Придумаешь, научи. Мне в моём деле такие ухоронки весьма полезны могут быть. Я спросить хотел. За сколько пистолет продашь? – вдруг сменил он тему.
– Тебе-то это убожество зачем? – растерялся Матвей. – Тяжёлый, большой, так просто не спрячешь. Одна радость, обоймы большие, да приклад имеется.
– Вот потому и решил купить, – туманно отозвался Ахмет-хан.
– Думаешь, где-то схрон себе сделать и, случись что, к нему идти? – чуть подумав, предположил Матвей.
– Вот в который уже раз убеждаюсь, тебе в нашей службе самое место, – одобрительно усмехнулся разведчик. – Я после того нашего с тобой разговора долго думал. Прав ты. Во всём. Непонятно что в стране происходит. И разобраться в этом отсюда я никак не могу. Выходит, мне нужно быть готовым к самым разным неожиданностям. Потому и хочу у тебя пистолет купить. Сам понимаешь, такое оружие для схрона больше, чем обычная винтовка, подходит.
– Патронов к нему маловато, – напомнил Матвей, задумчиво ероша чуб.
– Патроны я найду. Тут, если знаешь, у кого спрашивать, всё купить можно. Так что, продашь?
– Так забирай, – помолчав, махнул парень рукой. – Мне он всё одно только для коллекции, а тебе, может, и пригодится.
– Матвей, тут оружие серьёзных денег стоит, – растерянно напомнил толмач.
– И чего? Думаешь, я ради выгоды стану со своего три шкуры драть? – вдруг возмутился Матвей. – Забирай. Даст бог, не понадобится. Но ежели что, глядишь, и выручит. Только помни. Пружины в обоймах долго сжатыми держать нельзя. Иначе патрон при подаче перекосить может. Так что хоть раз в месяц разряжай их, чтобы пружины отдохнули. А лучше посменно их заряжай. Одна снаряжена, вторая пустая.
– Благодарствую, запомню, – внимательно выслушав совет, кивнул толмач. – И ты в таком разе запомни. Вздумаешь из страны уходить куда, иди в Тегеран. Я тебе после точное место укажу, где меня найти можно будет. Вместе с любой бедой управимся.
– Думаешь, придётся из станицы уходить? – насторожился Матвей, тут же сообразив, что офицер разведки вполне может знать гораздо больше, даже находясь за границей, чем простой казак.
– Непонятное что-то в стране происходит, – еле слышно отозвался толмач. – Я и сотником вашим говорил, и ещё при штабе осторожно вопросы задавал. В общем, доказать ничего не могу, но что-то назревает. Что именно, уж прости, не знаю, но разговор наш с тобой меня на всякие мысли натолкнул.
«Да уж, это не компьютерное поколение, – подумал Матвей кивая. – Тут люди привыкли на собственные мозги полагаться и аналитику умеют проводить серьёзную. Из кучи разрозненных слухов толковый вывод сделать, это уметь надо».
– Спаси Христос, Ахмет. Запомню, – отозвался парень, подвигая к нему оружие.
– Коней оставишь, или как? – поинтересовался толмач, забирая пистолет.
– Продам, дома свои добрые имеются, – отмахнулся Матвей.
– Будет случай, помогу. Всё одно сам с местными не сговоришься, – кивнул толмач, поднимаясь.
– Торопишься куда? – удивился Матвей.
– Нет.
– Так посиди. Вон, казаки воду вскипятили, сейчас чаю спокойно попьём, – кивнул парень на костёр.
– Чай, это хорошо, – усмехнулся Ахмет-хан, усаживаясь снова. – Ты вот ещё что скажи. Найдись тут толковая кузня и время, смог бы ещё один такой же нож отковать?
– Булатный? – уточнил Матвей. – Долгая история, но найдись всё нужное, можно. Но я б его немного другим сделал.
– Это каким же? – заинтересовался Ахмет-хан.
– Поуже и чуток потоньше. С ним в атаку не ходить. Это скорее оружие убийцы. А вот такого вида прятать было бы проще. Можно ещё хитрее сделать.
– Это как?
– Клинок сделать узким, как примерно шампур для шашлыка. Даже ещё чуть уже. И гибким. Без всякой рукояти. Тогда его можно будет в шов штанов или рукава сунуть. Но таким оружием особо учиться орудовать надо. Не простое это дело.
– Но ведь им тогда не ткнёшь.
– Верно. Им рубить удобно будет. И резать.
– Странное оружие получится, – задумался толмач.
– Странное, но неожиданное и опасное. Да и не для боя оно. Это уж так. Что называется, последний шанс. Купец один, что оружием торгует, так маленький «браунинг» назвал. Из тех, что ещё дамскими называют, – быстро добавил парень, сообразив, что слишком разоткровенничался.
– Гм, интересное название, – задумчиво оценил Ахмет-хан. – Но очень верное.
– Вот и я про то, – быстро кивнул Матвей, мысленно ругая себя последними словами. – А чего ты вдруг так всполошился? Или повод есть? – осторожно уточнил он.
– Ты местных реалий не знаешь, – нехотя вздохнул толмач. – Я ведь в этом походе вроде как нанятый. Мол, живу тут, языки знаю, вот и решили за деньги нанять. Вы уйдёте, а мной после многие заинтересуются. Особенно иностранцы. Вот и решил, что в моём положении нужно быть ко всему готовым.
– А в Тегеране ты с кем встречаешься, чтобы доложить, что узнал? Неужто прямо в посольство наше идёшь? – осторожно поинтересовался Матвей.
– С ума сошёл?! – возмутился толмач.
– А как тогда? Посла, да любого, кто там служит, приметить-то проще простого, – включил дурака Матвей.
– Есть местечко одно, где нужный человек мне записку оставляет. И ещё одно, где знак появляется, что для меня записка оставлена. Увижу знак – и к тому схрону иду. Записку взял, доклад оставил и ушёл. Иначе меня давно б уже головы лишили, – грустно усмехнулся Ахмет-хан. – Тут с этим просто.
«Будни нелегала», – хмыкнул про себя парень.
– А чего прежде схронов с оружием не делал? – задал