– Я собираюсь рассказать магистру Штерну правду о том, что произошло на испытании, как только он вернется в академию, – глядя в глаза Лео, призналась тихо. – Потребую, чтобы провели расследование в отношении мастера Дрейка. Но… честно скажу, шансов немного. По словам мастера Ливса, неоспоримых доказательств нет. Несколько синяков непонятного характера – вот и все, что я могу противопоставить слову заслуженного инструктора. Дракона допросить нельзя, его чувствует только наездник. А мое слово против слова мастера…
– Ты забываешь, что у нашего дракона два наездника. И я подтвержу твои слова.
– Мастер Дрейк рассказывает всем, что мы с тобой в сговоре. Лео… ты понимаешь, что это может плохо кончиться? Нельзя допустить, чтобы нам обоим разорвали связь с драконом. Если это случится, Игнивара могут признать неуправляемым и тогда он останется совсем один.
«Не допущу. Съем».
– Не разорвут, – поддержал крылатого Лео. – Мы разберемся. Зло получит по заслугам.
Хотелось бы мне в это верить.
***
О том, что произошло на глазах у доброй половины Академии Драконьего Союза, к концу дня знал уже весь остров Стермой. Слухи распространялись со скоростью лесного пожара, обрастая причудливыми подробностями. Везде, куда бы я ни шла, за спиной раздавались шепотки. Схолары косились, показывали пальцами. Некоторые опасливо отходили подальше, как будто сам воздух вокруг меня был отравлен ядом неудачи. Но чаще наоборот пялились во все глаза, нисколько не скрывая нездорового интереса.
– Я слышала, она пыталась убить наставника, когда он сказал, что не допустит ее к полетам.
– Нет-нет, это Гросс подстроил падение. А когда план не увенчался успехом, взбесился и набросился на мастера Дрейка.
– Почему не на Бернарди? Инструктору-то за что досталось?
– Да было за что…
– Точно! Игнивар узнал, что Бернарди переспала с инспектором Дрейком, и нажаловался Гроссу. А тот решил проучить соперника. Не зря же серебряного зовут драконом-сводником.
– Постой, Бернарди и Гросс встречаются? Вот уж новость…
– Такая красивая пара, мне бы так…
– Нет-нет, у них все совсем не радужно! В их отношениях точно есть кто-то третий. Но это не инспектор…
– А мастер Норт!
– Что-о-о? – Последнее окончательно переполнило чашу моего терпения. – Что за бред? Какой еще мастер Норт?! Вы еще магистра Штерна сюда приплетите, чтобы история окончательно утратила всякую связь с реальностью!
Сплетничающие первокурсницы, которых я застала врасплох, испуганно пискнули, но в следующее мгновение их глаза загорелись.
– Ну конечно! – потрясенно сообщила подругам одна из девиц. – Магистр Штерн! Вот кто на самом деле тогда управлял серебряным гигантом!
– И Гроссом тоже, – авторитетно добавила вторая.
– Крылатая, хочешь сказать, что Гросс – дракон-оборотень? – выпалила третья. – О-о, тогда это все-все-все объясняет…
Девицы уставились на меня, ожидая подтверждения своей безумной теории. Пришлось в грубой форме посоветовать им заткнуться и вернуться к учебе. Схоларки обиженно надулись, но нести чепуху про драконов с человеческой ипостасью – по крайней мере, при мне – перестали. А я осознала, что не в силах остановить несущуюся лавину слухов. И даже если сейчас рассказать правду, она просто превратится в одну из множества версий, о которых гудела вся академия.
Эйя, которой я пожаловалась на происходящее, лишь развела руками.
– А чего ты хотела? Все просто пытаются понять, что произошло. Сначала с неба падает тюк сена, потом – дракон, а чуть погодя – целый инструктор, повстречавшийся с кулаком твоего напарника. Волей-неволей задумаешься, что упадет следующим. Часы на главной башне? Обменный курс таллийского скудо к свенскому пеннингу? Самооценка красавчика Вальдо с третьего курса, который, ходят слухи, завизжал как девчонка, когда увидел несущегося в сторону трибун дракона?
Я поморщилась, ударив голой пяткой воду.
– Ну хоть ты-то не начинай.
Эйя фыркнула, перебрасывая на одно плечо мокрые русые волосы. В отличие от меня, она могла наслаждаться горячей водой и плескаться, сколько душе угодно. Мне же по настоянию лекаря пришлось воздержаться от купания как минимум на сутки, чтобы не усугублять последствия ушиба, хотя после инцидента с инструктором Дрейком отчаянно хотелось помыться. Так что оставалось лишь торопливо обтереться мокрым полотенцем и тихо беситься, сидя на краю купели, куда я сбежала в надежде хоть ненадолго спрятаться от вездесущих шепотков и взглядов.
Дождавшись, пока мне надоест устраивать миниатюрный шторм, подруга подплыла ближе, облокотившись на вымощенный плиткой бортик.
– Касс… Пожалуйста, хоть мне расскажи, что случилось на самом деле? Я же вижу, что тебя это гложет.
– Да что рассказывать… – Я махнула рукой. – Инструктор распустил руки в полете. Я не выдержала. Жаль, не подумала, что Игнивар по-своему все воспримет. Драконы такие чувствительные.
– Да уж, – согласно вздохнула Эйя, подумав, верно, о своей золотой молнии. Но в следующую секунду смысл моих слов дошел до нее в полной мере, и расслабленное выражение мгновенно слетело с лица. – Погоди, Касс, ты говоришь, мастер Дрейк к тебе домогался? В воздухе? Во время испытания?
Я кивнула.
– Сначала я списывала все на случайность. Ну, руки на талию положил вместо луки седла. Мало ли, может, ему так удобнее. Потрогал поясницу, когда показывал, как пригибаться. Но с каждым разом это напрягало все сильнее. А потом он схватил меня за грудь, да еще и так бесцеремонно, как будто имел на это полное право. И я поняла, что это уже слишком…
– Крылатая, это же просто ужасно! Касс… – Она посмотрела на мою повязку расширившимися от ужаса глазами. – Это он так тебя? Да?
– Нет. Я ударилась при приземлении. По большей части. Игнивар, почувствовав, что со мной происходит что-то не то, попытался выбросить его из седла.
– А надо было заодно и поджарить! – запальчиво сжала кулачки Эйя. – Теперь понятно, почему Лео так взбесился! Такое… у меня даже слов нет, чтобы описать, что я думаю об этом человеке! А ты… Касс, ты-то сама как, если не считать синяков? Хочешь, я попрошу Рана достать в Дракхавне те пирожные, которые тебе понравились? Ему-то, в отличие от нас, можно сколько угодно раз выходить за территорию академии. Или лучше пусть пойдет и тоже начистит этому Дрейку рожу!
– Нет уж, не надо, – остановила я пылкий порыв подруги. – Один уже устроил расправу без суда и следствия и теперь сидит в карцере в