— Я не знаю, какие тебе нравятся, — признался он, пожав плечами, прежде чем протянуть мне цветы. — Так что я купил розы. — Он снова пожал плечами и прочистил горло. — Думал, с розами не прогадаю.
— Они прекрасны. Спасибо, — выпалила я, жестом приглашая его войти. — Дай мне только поставить их в воду, и я буду готова.
Когда я вошла на кухню, я поставила цветы на столешницу и глубоко вдохнула, стараясь успокоиться. Затем я взяла два чемодана, которые уже стояли наготове на кухонном столе.
С одним в каждой руке я вернулась в коридор.
Когда Ноа увидел чемоданы, его лицо озарила широкая улыбка.
— Это значит то, что я думаю? — спросил он хриплым голосом.
Я кивнула и протянула ему чемоданы.
— Я хочу домой.
***
Ноа
— Ты тихая, — заметил я, наблюдая, как Тиган ковыряет еду на тарелке вилкой. Я знал, что ужином в «Chez Kreme» я не искуплю все свои грехи, но я надеялся, что идея свидания не заставит её передумать возвращаться домой.
— Просто устала, — ответила она с лёгкой улыбкой. Она потянулась за бокалом вина, но тут же передумала и взяла стакан воды.
— Вино плохое? — я сделал глоток пива. — Я могу заказать тебе что-то другое.
— О, нет. — Её щёки вспыхнули. — Просто… — она тяжело выдохнула и тихо сказала: — Привычка. Я привыкла отказываться от алкоголя.
И вот так над нами повисла тёмная туча.
Эйнин…
— Торн, я так сильно тебя люблю. — Мне всегда было сложно подбирать слова и выражать свои чувства, но ради Тиган я старался. Она заслуживала этого. Она была той девушкой, которую я когда-то обожал, а теперь женщиной, с которой я поклялся провести свою жизнь. Партнёршей, с которой меня связывала нерушимая связь. Больное звено в цепи, что мы оба несли на своих плечах. Но мы несли её вместе.
— Я сделаю тебя счастливой снова, — пообещал я. — Даже если мне придётся умереть, пытаясь.
— Ты уже это делаешь, — прошептала она, накрывая мою руку своей и сжимая. — С тобой я чувствую себя… в безопасности.
— Хорошо, — я глубоко сглотнул, чувствуя, как ком застрял в горле. — Потому что ты в безопасности. — Перевернув её ладонь вверх, я сплёл наши пальцы. — Я всегда буду рядом, чтобы заботиться о тебе.
— Я знаю, почему я жива, — вдруг сказала она, ошеломляя меня. — Из-за тебя. Потому что где-то глубоко внутри была часть моей души, которая отказывалась сдаться. Та самая часть, что цеплялась за каждое воспоминание о тебе с момента нашей первой встречи и до той минуты, когда я ушла. — Вздохнув, она добавила: — Ты — причина, по которой я всё ещё дышу. Ты — причина, по которой я не сдалась. Ты — моя единственная причина. Мой единственный… всё.
Звук плача младенца прорезал наш маленький пузырь и заставил Тиган мгновенно замкнуться в себе.
Внутренне застонув, я быстро оглядел ресторан, и, конечно же, в трех столах от нас сидела женщина, кормящая грудью своего ребенка.
Я наблюдал, как моя жена смотрела на нее, и слезы, наполнявшие ее глаза, разрывали мне сердце.
— Ты… — прошептала Тиган, подняв на меня взгляд. — Ты тоже это чувствуешь, да?
— Да, — ответил я, и в моем голосе звучали невыплаканные эмоции. Впервые она признала мою боль. Мои чувства. — Я… сломан.
— Прости, — прошептала она, опустив взгляд на свою тарелку. — За то, что перешла ту дорогу. — Она моргнула, сдерживая слезы. — За то, что не уберегла твою дочь.
В этот момент стены моего хладнокровного фасада рухнули.
— Я хочу помочь тебе, — сказал я. — Скажи мне, как.
— Наполни меня, — всхлипнула она. — Держи меня, люби меня и никогда не отпускай.
— Я боюсь давить на тебя, — признался я. — Я до черта боюсь снова тебя потерять.
— Этого не случится, — прошептала она. — Я нуждаюсь в тебе больше, чем ты когда-либо сможешь понять.
— Тогда пошли, — сказал я. Отодвинув стул, я бросил салфетку и несколько пятидесяток на стол, затем потянулся за рукой жены. — Я везу тебя домой.
***
Тиган
— Я держу тебя, — Ноа утешал меня, пока я цеплялась за него в темной парковке ресторана. В его голосе звучала грубая, полная эмоций нежность. — Я здесь, Торн.
Его руки зарылись в мои волосы, притягивая меня ближе, заставляя чувствовать себя в большей безопасности, чем за последние месяцы.
— Я здесь.
Вид той женщины в ресторане ударил меня в самое сердце.
Я почти физически ощущала ту пустоту, которая засела во мне, глядя, как она кормит.
Я бы отдала что угодно, чтобы поменяться с ней местами, хотя бы на день.
— Это так тяжело, Ноа, — призналась я, крепче вцепившись в его рубашку, впитывая в себя всю его силу. — Куда бы я ни пошла, что-то или кто-то напоминает мне о ней.
— У меня то же самое, — признался он, его голос был рваным, таким же сломанным, как и мой.
Деревья громко качались над нами. Холодный горный воздух жалил мне лицо, делая всё происходящее еще более реальным.
— Я люблю тебя, — всхлипнула я, наконец сломавшись, отпуская всё, что копилось внутри.
Прижавшись щекой к его груди, я слушала, как бешено стучит его сердце.
— Я так влюблена в тебя.
Это было далеко не сбалансированно. Это было нездорово. Но мне было плевать.
Я любила его так сильно, что не знала, что с этим делать.
Все эти годы. Вся эта боль. Все ссоры. Все слёзы.
Я пережила их с Ноа.
Он женился на мне.
Он заботился обо мне.
Я никогда не забуду его за это.
Ноша ответственности, которую мы оба несли за потерю нашей дочери, была почти невыносимым грузом.
Но мы несли его вместе.
Мы разделяли боль.
Мы были командой.
Мы были едины.
Стоя в объятиях мужа, я почувствовала, как внутри меня просыпается нечто, что я так долго не ощущала.
Желание.
Я крепче обняла его за талию, сжимая, притягивая к себе, словно хотела раствориться