Я не мог представить, что значит сидеть в комнате с родителями девушки, которая ушла от меня к другому, разбила сердце и теперь приходится помогать организовывать её похороны.
— Можешь остаться в отеле, если так будет проще, — предложил я.
— Спасибо, брат, но я должен с этим столкнуться, мне нужен финал, — сказал Дерек, качая головой и отряхивая горло. — Кстати о столкновениях…
— Дерек, не надо, — предупредил я, напрягая плечи.
Я не мог сейчас с этим справиться.
— Линда звонит мне без остановки. Тебе придётся увидеть её, Кайл.
— Я не могу, — пробормотал я, блокируя чувство вины в груди.
— Ты должен, — настаивал он. — Она твоя дочь.
ГЛАВА 17
Кайл
Дверь открылась, и я напрягся.
В эту больничную палату без стука заходил только один человек, и от его появления у меня по коже побежали мурашки.
— Доброе утро, дорогая, — сказал Джимми Беннетт, подходя к Ли и поцеловав её в лоб.
Мне пришлось сильнее сжать руку Ли, чтобы сохранить спокойствие и не рухнуть со стула.
Хотя я оплатил ему перелёт сюда, мне всё ещё было невероятно тяжело сохранять собранность рядом с ним.
Этот мужик — сплошная грудь и кулак, и мысль о том, что когда-то он использовал свою силу, чтобы держать Ли в подчинении в детстве, вызывала во мне приступ ярости.
Каждый раз, когда я смотрел на его массивные руки и огромную грудь, во мне просыпалось безумное желание отплатить за те побои, которые он когда-то устраивал моей девушке.
— Картер, — кивнул он мне, подтянув стул с другой стороны кровати дочери, и усевшись, пристально посмотрел на меня холодными серыми глазами.
Я жёстко кивнул в ответ. — Джимми.
Джимми не любил меня.
Его неприязнь не требовала объяснений — она читалась в каждом его движении, в том, как он смотрел на меня, как сокол.
Можно было с уверенностью сказать, что моя злая энергия отвечала ему взаимностью.
— Есть новости? — спросил он, и я покачал головой.
Я знал, о чём он: Джимми тоже проверялся как донор.
— Ты не подходишь. Врач сказал мне это сегодня утром, — пробормотал он, снимая бейсболку и вытирая пот со лба.
Проведя рукой по щетинистому подбородку, он наклонился к Ли.
— Не бойся ни о чём, дорогая. Папа здесь, он тебя починит, — прошептал он, взял её руку и поцеловал её, затем уставился на меня. — Вижу, ты всё ещё не надел кольцо моей дочери на палец, парень.
— Это её выбор, не мой, — стиснул я скулы.
Я предлагал Ли выйти за меня замуж столько раз, сколько мог сосчитать; у неё были сомнения.
Джимми свистнул.
— Ну и ну, — сказал он, глядя прямо в меня. — Эта девушка умнее, чем я думал. Если она не собирается выходить за тебя, то нет причин, чтобы она оставалась здесь.
Он повернулся к Ли и улыбнулся.
— Ты поедешь с папой, правда, дорогая? Ты и моя внучка?
Я оттолкнул стул и вскочил.
— Тронешь мою дочь и ты труп. Ли может и простила тебя, но я не забыл, что ты с ней сделал. Ли и Хоуп остаются со мной.
Стул со скрежетом ушёл в стену за моей спиной, я не стал поднимать его.
Я стоял неподвижно, уставившись на седовласого отца-тирана, держащего руку моей девушки.
Ли поправится, и тогда мы вместе вернёмся и заберём Хоуп…
— Это лицемерно, малой, — проворчал Джимми. — Учитывая, что ты причина, по которой та сумасшедшая рыжая сука всадила две дырки в тело моей дочери.
Эти слова выбили из меня воздух, и я отшатнулся.
— Тебе не нравится слышать правду, да, парень? — продолжил Джимми. — Я никогда не выдавал себя за хорошего отца. Я знаю, что облажался в прошлом. Но я стал лучше, и я не позволю тебе разрушить жизнь моей девочки.
Он упёр локти в бортик кровати Ли; бицепсы напряжены, он не скрывал угрозы.
— Вот как будет, сынок. Моя девочка поправится, и я увезу её и ребёнка в Луизиану, где смогу держать их в безопасности, где смогу защитить их, потому что, чёрт возьми, ты пока что с этим не особо справился.
— Я не знал… — пробормотал я.
— Мне наплевать, что ты не знал, Картер. Ты мне не нравишься, совсем, и я не собираюсь рисковать ради Делии. Бог знает, какие ещё скелеты у тебя в шкафу.
— Ей девятнадцать, ради Христа. Она ещё ребёнок; она моя дочь. Моя подростковая дочь, которую ты оплодотворил, и теперь у тебя своя дочка. Поставь себя на моё место, парень. Подумай, что для них лучше.
— Вы их не заберёте, — рявкнул я.
Джимми пожал плечами.
— Посмотрим, — ответил он коротко.
Мне нужно было убираться от этого человека, иначе им всем очень скоро понадобилась бы ещё одна койка в этой палате.
— Я буду снаружи, — процедил я, выбегая. Мне нужно было отойти, иначе я бы взорвался.
Я провёл руками по волосам и вырвался из палаты, чтобы хоть немного перевести дух.
Но меня поджидала встреча не из приятных.
— Вот ты где, — проговорила Линда, — я думала, когда ты снова появишься на поверхности. Ты ведь немножко тонешь в саможалости, да?
Я закрыл глаза и повернулся обратно к кровати Ли, но она схватила меня за руку и притянула назад.
— Посмотри на неё, Кайл, — потребовала Линда.
Я покачал головой.
— Я не могу.
Её бессвязная болтовня пронзала меня насквозь. — Пожалуйста, Линда, просто забери её, унеси отсюда.
— Боюсь, я этого сделать не могу, — твёрдо ответила она. — Этой малышке нужны её родители. А раз её мама не может о ней позаботиться, тогда её отец уж точно должен.
— Посмотри на неё, Кайл; она — твоя плоть и кровь. Открой глаза. Не позволяй страху перед будущим заставить тебя совершить самую большую ошибку в жизни. Бери ребёнка сейчас.
Я задрожал и, сквозь слёзы, принял Хоуп на руки, когда Линда положила её мне.
Её тепло, её запах в моих объятиях — это было слишком.
— Линда, мне страшно, — прошептал я.
— С каких это пор страх тебя останавливали, Кайл Картер? — сказала она. — Ты всегда действовал,