КАЙЛ
Она сводила меня с ума. Если она не начнёт меня слушать, я просто сорвусь. Один спор. Одно чёртово несогласие — и что она делает?
Убегает.
Она была жертвой стрельбы. Стрельбы. Ей никуда не следовало идти одной. Я знал, что ей не нравится, когда ей приказывают, я был строг с ней, но я волновался. Более того — я был в ужасе, что с ней что-то случится. Для Лии я выглядел как человек, пытающийся контролировать всё, и, возможно, я таким и был, но всё, что я делал, — было ради неё.
Чтобы держать её в безопасности.
Чтобы сохранить ей жизнь.
Я сидел в машине, пока не стемнело, пока не убедился, что достаточно успокоился, чтобы справиться с ней. Уязвимый, уязвимый, уязвимый… я повторял это слово про себя в лифте по пути к нашему люксу, пытаясь сохранить спокойствие. Сделав несколько глубоких вдохов, я тихо прошёл внутрь, проверил Хоуп, которая сладко спала, и направился в нашу спальню. Звук текущей воды наполнил мои уши, и я открыл дверь ванной, войдя внутрь. Паника начала уходить в тот момент, когда я увидел её, стоящую под стабильным потоком воды из душевой лейки — голую.
Её глаза встретились с моими, и я наблюдал, как она глубоко вздохнула, продолжая намыливать волосы шампунем. — Если ты пришёл на драку, Кайл, придётся подождать.
— Ты ушла, не сказав мне, — сказал я тоном гораздо спокойнее, чем думал, что способен. — Ты никому не сказала, куда идёшь, Ли. Ты представляешь, как я волновался, когда Маркус позвонил мне? — Я закрыл глаза и прогнал все ужасные мысли «а что если…» — Всё могло с тобой случиться.
— Ты загнал меня в угол этим утром, — тихо ответила она. — Ты давишь и давишь, Кайл. У меня есть предел. У меня есть собственные взгляды на мир — на мою мать. Ты не можешь навязывать мне своё мнение и ждать, что я приму его только потому, что тебе кажется, что твоя точка зрения правильная.
— Где ты была? — тихо спросил я, хотя и знал прекрасно, где она была.
— С Кэм, — мягко ответила она, подтверждая мои догадки.
Покачав головой, я сбросил одежду и подошёл к ней. — Чёрт возьми, Ли, — прошипел я, ступая в душ. — У тебя совсем нет чувств в теле? — я подпрыгивал, стараясь уклониться от струи, пока тело не привыкло к температуре. — Вода кипятком.
— Мне нравится горячая, — пробормотала она, запрокинув голову, чтобы смыть шампунь. — Помогает от скованности.
Я не мог не согласиться. Я сам был скован, едва двигаясь от напряжения, но её слова остудили моё возбуждение. — У тебя болят мышцы сегодня? — спросил я грубо. Дух борьбы, который был во мне раньше, быстро угасал. Теперь я хотел лишь держать её. Закрыть. Защитить…
— Да, — прошептала она, проводя руками по волосам, и моя грудь сжалась от боли. Одно слово, которое она пропустила, ранило меня глубоко. — Я сегодня перегрузила себя, — тихо призналась она. — Чувствую себя старушкой… устала просто стоять.
Я встал сзади неё, вынося жар горячей воды, мягко отодвинул её руки и начал смывать шампунь. — Ты никогда меня не слушаешь, — прошептал я. Отодвинув волосы на одну сторону, я опустил голову и поцеловал её плечо, прежде чем положить руки на бёдра. Она оперлась на меня, позволяя мне держать её вес. — Тебе нужно начинать меня слушать.
— Я тебя слушаю, Кайл, — мягко ответила она. — Но это не значит, что я всегда должна соглашаться с тобой или делать, что ты говоришь.
— Я пытаюсь защитить тебя, — прорычал я. — И я не сожалею об этом, Ли.
— Я могу сама решать, что думаю о своей матери, — резко ответила она. — И я тоже не сожалею об этом, Кайл.
— Мы всё ещё… всё в порядке? — спросил я, чувствуя себя нуждающимся придурком, жаждущим подтверждения, но её ответ меня напугал.
Она повернулась ко мне и посмотрела большими серыми глазами. — Я очень злюсь на тебя, — сказала она, глаза широко раскрыты, голос усталый. — Но я тоже очень люблю тебя. — её губы слегка приподнялись в том, что выглядело как неохотная улыбка. — Так что, думаю, любовь перевешивает гнев.
— И куда мы идём дальше? — спросил я, полностью растерявшись. Мы не соглашались, но и не ссорились. Это было… странно как чёрт. — Почему ты не кричишь и не орудуешь на меня?
Ли рассмеялась — чертовски любимый звук — подняла руку и выключила воду. Она вышла из душа, обернувшись полотенцем вокруг тела и ещё одним — вокруг волос. — Это моя новая техника в обращении с твоими выходками, — усмехнулась она. — Называю это «быть взрослой».
Вес на моих плечах и давление в груди ослабли, как только она улыбнулась мне. Всё было в порядке…
— «Выходки»? — подшутил я, выходя и направляясь к ней. Ночь ещё можно было спасти…
ЛИ
Мне было невероятно трудно удерживать злость на Кайла, когда он, совершенно голый, подкрадывался ко мне с той игривой искоркой в глазах.
— Выходки? — промурлыкал он, схватив меня за талию и прижав к себе. — Я думал, тебе нравятся мои проделки. Его лицо склонилось к моей шее, губы оставляли горячие поцелуи от ключицы до челюсти. — Не злись на меня, — шептал он между поцелуями. — Я просто хочу всё исправить для тебя.
Я громко простонала — смесь возбуждения и отчаяния.
— Кайл… я не хочу иметь с ней отношений. Тебе нужно остановиться…
— Остановиться в этом? — промурлыкал он, когда его руки скользнули между складками моего полотенца и начали нежное нападение на мои груди. — Или остановиться в этом? Его пальцы спустились по моему животу, пока он не поймал меня в ладонь, а один палец осторожно проник внутрь…
— Я не могу с тобой говорить… когда ты… нам нужно… разобраться… — Мои слова оборвались,