— Да… Мы её называем Коварная Дейра… — вздохнула девушка.
— Почему?
— Она кажется спокойной, а как только входишь в неё, подводное течение тянет на дно.
— А в лесу опасно? — спросила я, разглядывая золотые кромки деревьев.
— Вглубь леса никто не ходит. А в тот, что находится за оврагом, даже мужики боятся наведываться.
— А до оврага безопасно прогуливаться?
— Да… — нехотя согласилась служанка. — Но одной так далеко ходить не стоит.
— Почему?
Девушка поджала губы. Но после непродолжительной паузы добавила:
— Там бродит дух прежнего хозяина.
— Его видели?
— Угу, — Агата активно закивала головой. Затем указала куда-то вдаль и продолжила говорить: — Пройдя по полю, можно упереться в реку. Там наёмники намывают камни для госпожи. И живут там же. Понастроили себе лачуг…
Я взглянула на девушку.
— А овраг дальше?
— Да, он находится за рекой, — переведя дыхание, принялась пояснять: — Нужно пройти по мосту, который расположен выше по течению. Но мы туда не ходим. Мы собираем ягоды и грибы вдоль дороги. Там лес не такой дремучий.
— А о прежнем владельце замка, что расскажешь?
Агата замерла, уставившись в окно, затем пожала плечами. И нехотя произнесла:
— Это был старик, выживший из ума.
— И всё?
Служанка закатила глаза, припоминая прежнего господина.
— Жадный, странный и злой.
Я нахмурилась.
— Тётушка упомянула однажды, что у него был сын, — вспомнила я. — Почему он не унаследовал эту землю?
Агата бросила опасливый взгляд на дверь и протараторила:
— Он пропал… Поговаривают, он погиб, и его неупокоенный дух бродит по лесу.
— Так, ты же сказала, что видели дух хозяина, — удивлённо сказала я.
— Ну он же унаследовал бы замок, — пожала она плечами, — просто помер рано. А так бы командовал здесь вместо госпожи.
Служанка подошла к сундуку.
— Старый милорд умер во дворце, — проговорила Агата, откинув крышку сундука, — сюда привезли его кости.
— А где он похоронен?
— На фамильном кладбище, — девушка достала сложенные юбки и подошла к комоду, — этот замок построил прадед лорда Блэквуда. Начиная с него, там все и лежат. Но их род прервался, когда юный лорд уехал на войну.
Я обняла себя за плечи и с грустью посмотрела в окно.
— Да и у госпожи детей нет и не будет, — продолжила вслух размышлять служанка, раскладывая мои вещи на полке. — У нас поговаривают, что она вас вознамерилась сделать своей наследницей.
— Она так говорила?
— При мне не говорила, — Агата вернулась к сундуку и достала платье, — о, миленькая вышивка.
— Погоди, — я тряхнула головой, — а что она говорила?
— Так откуда ж я знаю? — вперилась в меня служанка, — я миледи не прислуживала ни разу.
— Та-а-а-к, — протянула я, — а кто тебе рассказал?
— Да так… Болтают… — хмыкнула Агата. — Я уже не помню кто сказал.
Девушка повесила моё платье в шкаф и вновь подошла к сундуку.
— Вы надолго? — поинтересовалась служанка, вынимая следующий наряд.
— На несколько месяцев.
— Маловато вы с собой взяли платьев, — она цокнула языком, разглядывая мои вещи, — а из дорогих тканей где?
— Зачем они мне? — усмехнулась я. — Разве тётушка куда-то выезжает?
Досадливо покачав головой, Агата вымолвила:
— С вами планировала…
Глава 10
Глава 10
— Куда? — ахнула я, устремив ошеломлённый взгляд на девушку.
— Во дворец, — служанка слегка повела плечом, — на кухне говорили, что госпоже пошили три платья. И они не хуже, чем у королевы.
Зная возможности леди Воулсен, у меня не возникло сомнений в том, что она будет замечательно смотреться рядом с королевой.
А вот я, в своих нарядах сойду лишь за её прислужницу.
Взглянув на свои платья, которые перекочевали из сундука в шкаф, я разочарованно простонала:
— Я опозорюсь…
— Госпожа что-нибудь придумает, — обнадёжила меня служанка, — вы, главное, ей пожальтесь.
Нахмурившись, я покачала головой.
— Нет, выпрашивать новые вещи не буду.
— Тю… Мисс Оливия, женщина должна уметь просить для себя, — подбоченившись, Агата широко улыбнулась, — В семейной жизни такой навык точно пригодится.
Поджав губы, я подошла к креслу, села на самый краешек и опустила голову.
— Вы не переживайте. Госпожа не допустит, чтобы с ней рядом стояла… — девушка одарила меня оценивающим взглядом и добавила: — бедная родственница. Она приоденет вас.
— Она не должна… — выдохнула я.
— А чего вы с собой не взяли красивых нарядов? — задала вопрос служанка, продолжив аккуратно раскладывать по полкам мои скромные пожитки.
— Даже те, что я считаю самыми красивыми, померкнут рядом с теми нарядами, которое тётушка надевала к обеду. Когда гостила у нас… А тут пошитые для аудиенции во дворце…
Агата сочувствующе вздохнула и вынула из сундука вязаную шаль.
Разглядывая её, произнесла:
— Мисс, лучше уж опозориться перед родственницей, чем во дворце. Поговорите с госпожой, — скрутив шаль, воззрилась на меня, — она не допустит вашего посрамления.
— Скорее своего… — буркнула я себе под нос.
— Ась?
— Ничего, — отмахнулась я, задумавшись над словами Агаты. И едва слышно сказала: — придётся поговорить…
Отдохнув и приведя себя в порядок, я спустилась в трапезную. Ко мне подошла полная женщина. И, вытирая руки о фартук, поинтересовалась:
— Вы гостья госпожи?
— Да. Мисс Оливия Эрнли, — представилась я.
— Понятно, — буркнула незнакомка. Повернувшись, выкрикнула: — Тревис, неси ещё приборы!
Из соседнего помещения выглянул юноша. Увидев меня, смущённо пролепетал:
— Это тебе, что ли?
— Ты ей не тыкай! — взревела женщина. — Ишь! Тыкалка ещё не выросла, чтобы юной леди тыкать.
Побледнев, Тревис скрылся.
Незнакомка обратилась ко мне:
— Вы не серчайте на него, — она махнула рукой и продолжила: — увидел ровесницу… И ляпнул…
Улыбнувшись, я произнесла:
— Хорошо, э…
— Гретта, — спохватилась женщина. — Я повариха леди Воулсен. И покойному господину прислуживала.
— Так вы давно здесь живёте?
— Покойный милорд принял меня в услужение, когда мне было пятнадцать лет, — повариха подошла к овальному столу и провела ладонью по скатерти, — уже тридцать лет кашеварю.
— А этот юноша ваш…
— Сын,