Она чуть отстранилась, сохранив между ними небольшую, но необходимую дистанцию.
— Если вы действительно хотите завтра пойти со мной на турнир… — Она нахмурилась. — То просто обязаны выпить лекарство.
Лекс усмехнулся, наклонив голову и облокотившись на спинку стула.
— Вот как? Теперь вы мой босс?
Лера скрестила руки на груди и подняла подбородок.
— По вопросам здоровья — да.
Шейдон театрально вздохнул и, глядя на неё с нескрываемым интересом, ответил:
— Что ж. Прикажете — выполню. Но только ради вас, мисс Гордеева.
Шейдон устроился на диване, вытянув длинные ноги, и с тихой ленцой наблюдал, как Лера аккуратно размешивает лекарство в чашке. Она выглядела по-домашнему спокойно, и в этом было что-то необъяснимо трогательное.
Когда девушка протянула ему чашку, он взял её, мельком взглянул на содержимое и, поморщившись, сделал большой глоток.
— Ужас, — буркнул он, допивая остатки, — будто вы сварили изюм, добавили мел и каплю презрения к жизни.
Лера хихикнула.
— Зато поможет. Скоро вы почувствуете себя лучше.
Она протянула руку, намереваясь забрать чашку, но Лекс, не отдавая её, резко, но не грубо, отставил посуду на столик рядом. Затем, с неожиданной лёгкостью, потянул Леру за запястье.
— Присядьте.
— Что?.. — начала было она, но уже через мгновение оказалась рядом, послушно опустившись на диван.
— Вот так, — удовлетворённо пробормотал Лекс, укладываясь и положив голову ей на колени.
Лера замерла, глядя на него с неожиданным изумлением. Это было… слишком. Но почему-то она не отстранилась. Просто сидела, чувствуя, как его вес тепло и уверенно придавил её к реальности.
— Расскажите мне что-нибудь, — проговорил он спокойно, закрывая глаза.
— Что именно? — осторожно уточнила она, её голос прозвучал чуть хрипло от волнения.
Он молчал пару секунд, а потом вдруг задал вопрос, которого она не ожидала:
— Почему вы согласились на помолвку с Адамом?
Лера едва заметно вздрогнула. Её пальцы чуть напряглись, но она не отстранилась. Только опустила взгляд — на его спокойное лицо, на тень ресниц, упавшую на щёку.
— Так… так хотел мой отец. — Голос её стал глухим, чуть тише. — Глеб Викторович всегда думал рационально. Он верил, что слияние компаний, общий бизнес — это будет правильно. Выгодно. Адам был… правильной партией.
Лекс не открыл глаз. Его голос по-прежнему звучал ровно:
— А вы? Что чувствовали к нему?
Лера чуть замялась. Она не знала, что сказать. Она не знала, что чувствовать. Губы дрогнули, и только спустя несколько секунд она прошептала:
— Думаю… я хотела верить, что это и есть любовь. Хотела быть хорошей дочерью. Хотела соответствовать.
Она замолчала, прикусив губу. Лекс медленно открыл глаза, посмотрел на неё снизу вверх, в упор — и не сказал ни слова. Но в его взгляде не было ни осуждения, ни насмешки. Только… понимание.
Глава 37
Лера медленно просыпалась, ещё не до конца осознавая, где находится. Щекой она ощущала тепло — что-то ровное, твёрдое, надёжное. Или… кто-то?
Мысли начали складываться в цепочку, и осознание пришло слишком быстро. Девушка распахнула глаза — и первое, что увидела, это светлую ткань рубашки, ровное дыхание и… руку, легко обнимающую её за плечи. Она спала, прижавшись к Лексу Шейдону. А он, как ни в чём небывало, держал в другой руке смартфон и, похоже, разбирался с какими-то рабочими сообщениями.
— Надеялся, что вы поспите подольше, — заметил он, заметив, что Лера проснулась. Его голос был тихим, спокойным, как будто всё это — вполне обычная сцена для него.
Лера резко села, смущённо потерла заспанные глаза и пробормотала:
— Я… не помню, как добралась до постели.
— Вы уснули на диванчике, — просто пояснил Лекс, не отрывая взгляда от телефона. — Так что я решил быть галантным. Отнёс вас сюда.
Он вдруг перевёл взгляд на неё, и на губах появилась лукавая усмешка:
— Можете выговорить мне за харассмент, мисс Гордеева.
Лера улыбнулась, покачав головой:
— Лучше скажите, как вы себя чувствуете. — Она посмотрела на него внимательнее. — Судя по тому, что работаете с утра пораньше — уже гораздо лучше.
Шейдон слегка удивился. Он будто не ожидал такой реакции — без сарказма, без неловкости, без осуждения. Просто забота.
— Намного лучше, — сказал он чуть тише.
В следующее мгновение Лера фыркнула, глаза её лукаво блеснули, и она бодро произнесла:
— А теперь, мистер Шейдон… брысь из моей кровати.
Он рассмеялся, чуть приподнявшись на локте:
— Вот так? Без благодарности? Без кофе в постель?
— Кофе ты получишь… если сам себе сваришь, — с улыбкой сказала Лера, подтолкнув его в бок.
Он пошатнулся, но не сдвинулся ни на миллиметр.
— Это возмутительно, — театрально произнёс Лекс. — Я ранен в самое сердце.
— Сейчас ты будешь ранен в бок, — пригрозила она, продолжая пытаться столкнуть его с кровати.
Он только смеялся, абсолютно не сопротивляясь, но и не сдвигаясь с места, пока Лера не рухнула рядом, сама же устав от попыток.
— Вы безнадёжен, — выдохнула она, глядя в потолок.
— Привыкайте, мисс Гордеева, — довольно сказал Лекс, — я человек настойчивый.
Шейдон некоторое время молча смотрел на Леру. Его глаза были спокойны, в них читалась какая-то внутренняя мягкость, едва различимая за маской привычной иронии. На губах застыла лёгкая, почти неуловимая улыбка. Он будто запоминал её в этот утренний момент — растрёпанную, в пижаме, с ясными глазами, в которых ещё не рассеялись остатки сна.
Но в следующую секунду он резко поднялся с кровати и, как ни в чём небывало, проговорил:
— Вам, мисс Гордеева, стоит поесть. Учитывая, что вчерашний ужин вы отдали раненому врагу, ваше положение весьма шаткое.
Лера фыркнула:
— Вы не враг. Вы... так, мелкое недоразумение.
— Укушу, — хмыкнул он и ушёл из комнаты, оставив после себя ощущение тёплого, немного сумасшедшего утра.
***
После душа Лера поспешила на кухню, уже предвкушая запах кофе и свежих тостов. Когда она вошла, её встретил гомон голосов. За столом сидели Лекс, его брат Рихтен и отец — Самюэль Шейдон. Атмосфера была домашняя, почти несерьёзная: кто-то о чём-то спорил, кто-то жестикулировал.
— …вы оба — ленивые оболтусы, — вещал Самюэль, глядя на сыновей. — Балбесы, каких свет не видывал!
Но при виде