Вторым, достаточно редким, даже для жителей Нарьян-Мара, охотничьим трофеем Ивана была шкура росомахи. За шапку из неё на улицах Москвы ему предлагали ну очень большие деньги.
* * *
Оля не только обликом, но и увлечением природой подтверждает, что она из рода Чупровых. Наслушавшись рассказов о медведях, стала просить дядю свозить нас на его избу, чтобы собственными глазами увидеть автографы косолапого миши. Я тоже был не прочь навестить знакомые с детства места.
Через пару дней Иван загрузил нас в свой катер «Прогресс», и мы понеслись мимо деревни Тельвиска в сторону Бабьего моря (большого, но мелкого озера). Преодолев мели этого моря, по Городецкому шару добрались до Городецкого озера и взяли курс на городище славного в прошлом Пустозерска. Пристав к берегу, осмотрели то, что от него осталось – несколько могильных крестов, а также вновь установленные памятные знаки. Показали Оле предполагаемое место расположения ямы, в которой были преданы огню неистовый Аввакум со товарищи. На берегу озера нашли выбеленные временем человеческие кости. Исследовав местность, поняли, откуда они тут берутся. Пришли к неутешительному заключению, что озеро уже смыло часть городища.
Закончив осмотр Пустозерска, мы переехали озеро, чтобы в магазине деревеньки Устье пополнить свой продовольственный запас сгущенкой и пряниками. Дальше наше плавание продолжалось по каким-то только Ивану известным шаркам (протокам). Выбравшись на берег, как написал уже выше, «брели за братом несколько часов пешком, преодолевая две водные преграды, где у него были спрятаны резиновые лодки».
В избе Ивана на дочку особое впечатление произвели сохраненные им в качестве сувениров остатки от пиршества миши.
Вечером брат сходил на озеро в километре от избы, чтобы поставить сеть. Утром они с Олей отправились вытянуть сеть, надеясь, что в ней будет из чего сварить уху. А я по хлипкому мостику перебрался на противоположный берег речки и пошел на болото собирать морошку. В процессе сбора положение своего тела, согнутого до земли, периодически менял на вертикальное. Хотелось найти более урожайные морошечные места. В очередной раз глянув по сторонам, я, к великому своему удивлению, заметил на другом конце болота еще одного сборщика ягод. Протерев от пота глаза, еще раз более пристально глянул в ту сторону и понял: это не человек, а медведь пришел морошкой пополнить запасы своего жира на предстоящую долгую зиму. Мне стало не до сбора. Я быстренько вернулся в избу и на всякий случай затопил печь в баньке Ивана, стоящей у самого мостика, надеясь, что дым из трубы отобьет охоту у косолапого переправиться на наш берег.
Вернувшись с озера, брат с усмешкой, чтобы успокоить племянницу, произнес: «Шкура злого духа Ямбуя уже лежит перед моим диваном. Теперь вокруг моей избы бродят только добрые мишки. Это у избы Василия, бывшего одноклассника твоего отца, бродят злые и хитрые мишки».
Василий в то время был занят промыслом, но не Божьим, а рыбным и охотничьим. Значительное время проводил в лесу, где у него была охотничья избушка. Покидал он ее раз или два в месяц, отправляясь в город за продуктами. С некоторых пор избу в его отсутствие стал посещать косолапый, устраивая в ней полный разгром. Сначала хозяин избы пытался укрепить запоры. Не помогло. Затем устроил засаду на медведя. Сидел несколько дней в избе, не высовывая носа. Даже естественные потребности справлял в ведро. Но миша не явился. Стоило Василию после засады уехать в город, как подлый зверь снова устроил полный погром в доме. Раздосадованный Вася в двадцати метрах от избы вкопал в землю в вертикальном положении два бревна и на высоте трех метров построил сторожку, надеясь, что его запахи, уносимые ветром, не будут достигать земли. После этого укрылся в ней с ружьем, боеприпасами, недельным запасом продуктов, воды и парой ведер. Предварительно постарался уничтожить на земле все следы своего присутствия в сторожке. Однако зверь оказался умнее его и вновь не явился.
Вася понял, что медведь следит и издевается над ним. Покрыв мишу всем запасом своего лексикона, собрав свои пожитки, охотник вот уже более месяца не появляется в избе. Вероятно, решая вопрос, как ему быть дальше: уступить свою избу медведю или продолжать бороться с ним. На этом Иван закончил свой рассказ о приключениях Василия.
Несколько лет тому назад в газете «Няръяна вындер» появилось пространное интервью с бывалым охотником Василием. О своей вой не с медведем, закончившейся поражением, он не сказал ни слова. То ли забыл, то ли корреспондент не захотел подмочить репутацию знаменитого охотника.
Зайцы морские и лесные
В конце сороковых годов я частенько бегал на пристань встречать рейсовый пассажирский пароход «Молоков», на котором первым помощником капитана плавал знакомый нам дядя Федя. В ожидании парохода с носа дебаркадера я наблюдал за морским зайцем, а то и двумя, лежащими за рекой на песчаной косе Поповского острова. Для тех, кто не знает, что это за зверь, приведу выдержку из Википедии: «Морской заяц, или лахтак, является одним из самых крупных тюленей, обитающих в водах Северного Ледовитого океана. Его размеры составляют, как правило, не менее 2,5 метров. Вес зверя достигает 360 килограммов. Самки немного мельче самцов. Весят они на 25–30 килограммов меньше. Обитает лахтак в водах, глубина которых не превышает 100 метров. Его можно встретить у берегов Берингова моря, в море Бофорта и Чукотском, а также далеко на западе. В Белом и Баренцевом морях между полуостровами Канин и Колгуев».
Лахтаки не только водились в Баренцевом море, но и любили заплывать в Печору-матушку, подымаясь на сотню верст по ней до самого Нарьян-Мара. Река под названием Городецкий шар, на которой стоит Нарьян-Мар, не только судоходна, но и достаточно широка, что позволяло зайцам не бояться городского шума и проходящих по шару судов, но не позволяло мне рассмотреть в деталях этих чудовищ. У меня иногда возникала мысль приблизиться к ним на лодке. К сожалению, наша лодка хранилась в озерке у городской бани. Чтобы добраться на ней до Поповского острова, мне пришлось бы работать веслами не один час, огибая сначала акваторию морского порта, затем речного. Я был вынужден от этой затеи отказаться. Через двадцать лет, после выхода на пенсию, этот маршрут на веслах прошел мой дядя Иван Яковлевич. Работа бухгалтером в