Девушки закивали с таким видом, будто он сказал нечно глубокое и серьёзное, что каждая из них чувствовала, но не могла выразить словами. А сам Чейз возвышался над ними, словно мудрец, несущий слово местных богов.
— А правда, что Дарио спит всего четыре часа? – спросила девушка с подушкой, на которой вышитое лицо ледяного дракона к этому моменту было сплющено до неузнаваемости.
— Четыре? – Чейз снисходительно хмыкнул. – Два с половиной. И только на спине, а вместо подушки у него сложенное вчетверо тонкое полотенце. Говорит, так лучше для осанки. Я как-то предложил ему подушку помягче, так он посмотрел на меня так, что у меня сырники на сковороде свернулись.
Девушка с подушкой тихо пискнула, явно разочарованная в выборе подготовленного подарка.
— А Каин? Какой он? – наперебой заговорили ещё двое.
— Каин – душа компании, – Чейз приосанился. – Но у него одна слабость: он совершенно не переносит, когда еда остывает. Однажды я опоздал с ужином на пять минут, а он уже стоял в дверях, сверкал глазами, ипускал дым из ноздрей. Я потом полчаса коридор проветривал.
Поднялся гомон, и среди прочих голосов выделился один, особенно звонкий:
— А вы знаете про их личную жизнь? Может, у кого-то есть девушка?
Я оттолкнулась от стены и напряжённо выпрямилась, прислушиваясь.
— Да, особенно про Неро интересно! – подхватила другая. – Он же никогда не участвует ни в каких интервью и ничего о себе не рассказывает!
Это уже стало опасно. Если Чейз продолжит выдумывать на ходу, он может серьёзно подпортить нам репутацию, а девушки, похоже, принимали каждое его слово за чистую монету. Поэтому в момент, когда Чейз уже набрал было полную грудь воздуха и открыл рот, чтобы ответить, я, растолкав девушек локтями, уже схватила его за плечо и потащила в здание.
Фанатки что-то закричали вслед, но их было так много, а кричали они так нескладно, что я едва ли могла разобрать конкретные слова. Просили что-то передать, обещали ждать – в общем, продолжали нести чушь, но остались за пределами красной ленты, которая ограждала вход в башню.
Чейз едва не запнулся, когда я протащила его по красной дорожке к двери. К счастью, ни одна корзина не упала, еда не пострадала и, когда мы оказались внутри вне пределов видимости толпы, я, наконец, смогла выдохнуть.
— Ты что творишь?! – прошипела я, развернув Чейза к себе лицом.
— А что такого? – он искренне захлопал глазами. – Я просто разговаривал с людьми!
— Ты разговаривал с фанатками Дрэгон Хай! И рассказывал им подробности личной жизни парней, которых видел в жизни не видел даже!
— Не видел, зато слышал. Я, знаешь ли, слушаю радио, и они там частые гости.
— О, Праматерь. Радио. И ты веришь всему, что там говорят?
— А во-вторых, – Чейз обиженно поправил корзины, – ничего такого я не говорил. Что Дарио спит на полотенце – это вообще полезная информация, может, кто-то тоже попробует.
— Он не спит на полотенце! Ты это только что выдумал!
— А ты откуда знаешь? Ты его спальню видела?
Я сжала зубы. Технически он был прав, спальню ледышки я не видела, и теперь самой стало любопытно проверить этот странный слух. Но сейчас речь шла не об этом, потому и мотнула головой и снова строго нахмурилась.
— Чейз, – я взяла его за плечи и заговорила тем размеренным тоном, которым объясняла драконятам, почему нельзя дышать огнём в помещении. – Послушай меня очень внимательно. Всё, что ты наговорил этим девушкам, завтра будет в каждой газете Пантарэи. Каждое. Слово. Они уже записывали. В блокноты!
— Серьёзно? – Чейз просиял. – В блокноты?!
— Это не комплимент!
— А по-моему, очень даже. Значит, я был убедителен.
Я застонала и прижала ладони к лицу. Контейнеры в его руках, к счастью, по-прежнему были целы, и от них шёл такой запах маминой стряпни, что на мгновение мне захотелось забыть обо всём и просто поесть.
— Давай сюда, – я забрала у него корзины. – И иди домой.
— А “спасибо”?
— Спасибо, – процедила я сквозь зубы. – А теперь марш домой. И если ты ещё раз откроешь рот рядом с этой башней, я расскажу маме не только про тот случай, а про все остальные тоже.
— Какие ещё остальные? – опешил Чейз.
— Я что-нибудь придумаю.
Чейз посмотрел на меня долгим взглядом, потом покачал головой и пошёл к выходу, бормоча себе под нос что-то о неблагодарных сёстрах и загубленных талантах.
Я была так зла на брата, что совсем забыла про корзины. Он должен был занести контейнеры с горшочками в помещение, потом получить оплату и забрать корзины, но когда я спохватилась, он уже был на улице, окружённый ожидающими девушками.
— Вечно всё самой делать приходится, – проворчала я, поднимая корзины.
Вес, как и ожидалось, был внушительный. Настолько, что мне пришлось приложить немного магии и помочь себе левитацией – иначе точно надорвалась бы где-нибудь по пути. Драконы ели много, особенно мужчины, которые много летали на крыльях. Часть энергии восполнялась с помощью циркулирующей по телу силы, но физическая оболочка тоже требовала своего. Поэтому обед на пятерых – включая меня – имел весьма внушительные объёмы.
— И как в них столько помещается, – бубнила я себе под нос, поднимаясь обратно на четвёртый этаж Небесного Шпиля.
Вернувшись, я разложила посуду на столе в комнате отдыха и спустилась было, чтобы вернуть корзины брату – но того уже и след простыл. Видимо, он всё-таки внял моим увещеваниям и вернулся домой, чтобы помогать маме, вместо того, чтобы вешать лапшу на уши незнакомым красоткам.
Красотки, кстати, никуда уходить и не думали.
Что ж, – утешала я себя, – по крайней мере, запись тоже будет проходить в шпиле, и парням не придётся выходить из башни ещё несколько часов. Возможно, к тому времени фанатки всё-таки сдадутся.
Да, я недооценила их упорство и влюблённость в парней из Дрэгон Хай. И это оказалось мне даже на руку. Выяснилось, что иногда и от Чейза бывает