— Все, что тебе будет нужно, доставят, — продолжил Дарек, снова обращаясь ко мне. Его собственнический тон вернулся. — Я пришлю людей.
— Или я принесу, — так же спокойно добавил Клин. — Мои люди знают лес лучше. Это будет безопаснее.
Они снова впились друг в друга взглядами. Их вынужденное перемирие было хрупким, как первый лед на луже. Они спорили не о моей безопасности. Они спорили о том, кто из них будет моим защитником и покровителем.
В этот момент в дверях появился капитан гвардейцев. — Милорд, — обратился он к Дареку. — Мы нашли место, откуда тварь напала на повозку. Земля там… странная. Вам лучше взглянуть.
Дарек недовольно поджал губы, раздосадованный тем, что его отвлекают, но кивнул. — Иду.
Он бросил на меня последний, тяжелый взгляд, в котором читался немой приказ сидеть смирно, и вышел вместе с капитаном.
И я поняла — это мой шанс.
— Клин, — позвала я тихо, дождавшись, пока шаги Дарека затихнут. Он вопросительно посмотрел на меня. — Поднимись со мной наверх. Мне нужно тебе кое-что показать.
На его лице промелькнуло удивление, но он без лишних слов последовал за мной. Гвардейцы у двери напряглись, когда мы проходили мимо, но не посмели остановить меня в моем собственном доме. Мы поднялись на второй этаж, и я привела его в свою тайную лабораторию.
Я открыла дверь. Клин вошел в комнату и замер. Его взгляд упал на подоконник, где в глиняных горшочках, залитых ровным северным светом, стояли они. Дюжина крошечных, но уже окрепших растений. Каждое из них имело по два-три маленьких перламутровых листочка, которые излучали слабое, но отчетливое сияние. Вся комната была наполнена их едва уловимым, волшебным ароматом.
— Это… — выдохнул он, не веря своим глазам. — Но… как?
Он подошел ближе, наклонился, боясь даже дышать на крошечные растения. Он узнал их. Он осторожно, кончиком одного пальца, коснулся края глиняного горшочка, словно боясь повредить хрупкое чудо.
— Ты говорил, что его невозможно размножить, — спокойно ответила я, становясь рядом. — А я решила попробовать.
Клин медленно выпрямился и посмотрел на меня. В его глазах было не просто удивление. В них были шок, восхищение и зарождающееся понимание того, что я только что сделала.
— Ты… ты понимаешь, что это значит, леди? — прошептал он.
— Я понимаю, что у меня есть предложение, от которого твой Клан вряд ли откажется, — сказала я прямо. — Когда они подрастут и окрепнут, я смогу обеспечить ваших целителей постоянным источником лепестков. А возможно, в будущем, и саженцами. Я предлагаю тебе и твоему народу долгосрочное и эксклюзивное сотрудничество. Я буду вашим поставщиком.
Клин молчал, переваривая услышанное. Это был стратегический ресурс, который мог изменить расстановку сил во всем регионе.
— Я… — он потрясенно покачал головой. — Конечно, я должен буду обсудить это с Советом Клана. Это слишком серьезный вопрос. Но я… я уверен на сто процентов, что они согласятся.
Его лицо расплылось в широкой, искренней улыбке. Наш разговор прервали тяжелые шаги на лестнице. Дарек возвращался.
— Пока это наш с тобой секрет, — быстро сказала я. Клин понимающе кивнул.
Мы спустились вниз. Дарек уже стоял на кухне. Его лицо было мрачным. — Нашли еще останки, — коротко сообщил он. — Возничего звали Томас. Он служил в моем замке пять лет.
Он говорил это сухо, почти безразлично, но я видела, как сжались его челюсти. — У него не было детей. Но есть сестра и двое племянников в столице, которым он помогал. Я распорядился, чтобы его семье было выплачено пожизненное содержание. Род Райвен заботится о своих людях. Даже после их смерти.
В кухне повисла тишина, тяжелая и густая. Воздух, казалось, можно было потрогать.
Дарек медленно повернулся к Клину.
— Мы найдем ее, — сказал Клин. — Мои люди будут патрулировать дорогу. Больше никто не пострадает.
Дарек на мгновение замолчал, обдумывая его слова. Я невольно задержала дыхание. Клин стоял неподвижно, не отводя взгляда.
— Хорошо, — наконец произнес Дарек. — Дорога твоя. Но дом — мой.
Он снова посмотрел на меня. — Мои гвардейцы останутся здесь. Двое у дома, остальные — по периметру имения. Ты будешь в безопасности, Оливия.
Он коротко кивнул Клину. Затем, не сказав больше ни слова, развернулся и вышел из дома.
Мы с Клином остались одни. Тишина в кухне стала другой, уже не такой давящей. — Что ж, леди, — усмехнулся Клин, качая головой. — Кажется, ты становишься самой охраняемой женщиной во всем королевстве.
Он тоже направился к выходу. — Мне пора. Нужно организовать патрули. Но я скоро вернусь. И мы обсудим детали нашего... дела.
Последнее слово он произнес тише и, коротко подмигнув мне, тоже вышел.
22
Покой в доме был странным, ненастоящим. Снаружи больше не было слышно ни щебета птиц, ни шелеста ветра в листве. Лес, до этого живой и дышащий, теперь замер, словно затаил дыхание. Эта мертвая тишина давила на уши куда сильнее, чем любой шум.
Причиной тому были тени, что теперь постоянно находились вокруг моего дома. Гвардейцы Дарека. Я ни разу не слышала их шагов. Они просто были. Иногда я замечала, как тень под деревом становилась гуще, чем положено. Или как на мгновение в кустах что-то темнело, хотя ветра не было. Но стоило присмотреться — и там было пусто. Они не просто охраняли, они сливались с местностью, и от этого становилось только тревожнее.
«Надо же, обзавелась личной охраной, — думала я, поливая огород. — Теперь можно спать спокойно. Если получится уснуть, зная, что за твоим окном бродят живые призраки».
Они не вмешивались и не разговаривали. Просто следили. И эта жизнь в безопасной клетке начинала действовать на нервы.
В один из таких тихих дней, когда я как раз вынимала из очага румяный, пахнущий дымком хлеб, Мрак, дремавший на своем коврике, поднял голову. Он не зарычал, а издал короткое, вопросительное «рррав», вильнув хвостом. Я напряглась, вслушиваясь. Ни звука. Но Мрак подошел к двери и снова негромко тявкнул, поскребывая по дереву когтями.
Я пошла открывать, вытирая руки о фартук. Крыльцо было пусто. Я уже собиралась отругать пса, как тень у опорного столба крыльца вдруг шевельнулась и превратилась в одного из гвардейцев. Я едва не вскрикнула от неожиданности.
— Леди, — его голос был ровным и безжизненным. — К вам гость. Мастер Клин из Теневого клана. Он у ворот. Пропускать?
Я с