Для простого народа «центром вселенной» были базары – Старый, Новый и Сенной.
Пил чумак там горилочку…
Пропил волы, пропил возы…
«А какое у нас длинное-длинное лето! Сколько даров земных! Вы еще спите, а по камням города, с четырех его сторон, тарахтят у окон казачьи возы. Еще всего пятый час утро, молчат павлины в соду Кухаренко, только что пробили колокола наших храмов, но у рынка свои суетные традиции. Мещане-садоводы, казаки из станиц, болгары-огородники везут к трем базаром продукты. Том в корзинах виноград; том в мешках картофель, горох, семечки, кислицы; в клетках живая птица, но мажарах арбузы, дыни. Молдаване на своих длинных подводах везут тушки барашков; за ними вслед – черкесы с бараньими смушками, с кадками белой жирной брынзы» (Виктор Лихоносов, «Наш маленький Париж. Ненаписанные воспоминания»).
Александровская триумфальная арка и колокол Святой Екатерины
Druid007/ Shutterstock.com
На этих базарах продавали знаменитые гусачки – жареные пирожки с бараньим или говяжьим ливером. Их и сегодня готовят в городе.
Бараний гусачок в пирожке
Что нужно
для теста
• 500 мл кефира или любого кисломолочного напитка
• 100 мл сметаны
• 50–70 г сливочного масла
• 1 яйцо
• 2 ст. л. сахара
• 1 ч. л. соли
• 1 пакетик разрыхлителя
• 600–700 г муки
Как готовить
фарш
• Сердце, печень, легкое целиком опустить в кипящую воду, варить 10–15 минут.
• Вынуть, нарезать на кусочки и пропустить через мясорубку вместе с кусочками внутреннего жира и репчатым луком.
• Фарш посолить и поперчить по вкусу, обжарить в сковороде.
тесто
• В глубокой миске соединить мягкое масло, соль и сахар, растереть.
• Добавить яйцо и сметану и еще раз растереть.
• Понемногу добавлять кефир, муку и разрыхлитель.
• Аккуратно вымешивать.
• Тесто должно быть пластичным и не прилипать к рукам.
• Тесто разделить на кружочки нужной величины.
• Каждый кружочек раскатать, в него заложить фарш.
• Подготовленные пирожки жарить в казанке, в раскаленном масле, или выпекать в духовке.
• В последнем случае готовые горячие пирожки нужно смазать слегка сметаной.
• Подаются пирожки с гусачком в горячем виде.
Больше сотни лет прошло с того предреволюционного 1908 года. Что изменилось, что осталось в Краснодаре, сегодня – современном многомиллионном мегаполисе?
Рынки города по-прежнему изобильны. Особенно хороши прилавки с фруктами и овощами.
Май начинается с клубники, продолжается абрикосами и персиками в июне – августе, а осенью – яблоками и кизилом с фейхоа.
С конца октября завались хурмы, которая ближе в зиме окончательно перестает «вязать».
Сухофрукты продают таджики. Каштаны по осени привозят станичники из Геленджикского района.
Арбузы и дыни предлагают и кубанские, и узбекские, и астраханские. Из Армении везут персики. Круглый год продается красивейший крымский лук.
На Новый год абхазские цитрусовые так обваливают цены, что дети уже до самого лета видеть не могут мандарины.
Круглый год продают помидоры, огурцы и кабачковые. Зимой дороже, летом и осенью – в пять раз дешевле.
Но оставим за спиной рынки.
Посмотрите, улица Красная. Была и осталась она центральной.
А ведь начиналась почти двести пятьдесят лет назад с просеки в дубовом лесу, с первой борозды и первых турлучных (глинобитных) хаток.
«Улица Красная!.. Всем позволяло она ступать на мостовые. Ходить по ней – вспоминать свою раннюю жизнь. В каком бы углу города ни свили мы себе гнездо, на главной улице Красной скопилось столько неисчислимых наших забот и приятных мгновений», – пишет Лихоносов.
На Красной традиционно открывались самые дорогие магазины, отели, мастерские. Здесь считалось престижным иметь городской особняк.
Даже спустя десятилетия горожане вспоминали любимые до революции места.
Одним из приятных мгновений для екатеринодарцев была покупка чая в знаменитом тогда магазине Мерцалова и Усань – угол Красной и Карасунской, за гостиницей Папиянца.
Дом стоит до сих пор.
А вот здание другого знаменитого городского собрания – «Чашка чая», не сохранилось.
А ведь сто тридцать лет назад это было лучшее, как говорили, point des plaisances, местечко «чудных мгновений».
«Чашку чая» открыли на углу Красной и Екатерининской улиц, на первом этаже гостиницы «Московская». Это было кафе, в котором екатеринодарские дамы из высшего общества создали совершенно необычную для казачьей столицы атмосферу.
Молодые люди и девицы приходили сюда разговаривать о литературе, истории, высоких отношениях.
Церковь Иоанна Воина
Lyudmila Sh/ Shutterstock.com
Благотворительное женское общество выделяло девушек из приличных семей, которые обслуживали столики по очередности.
«Ах, "Чашка чая"! О ней мечтали с детства. Казалось, сроду не дожить до блаженных лет, когда мама купит красивый белый передник, наколку и позволит грациозно предстать у столика перед каким-нибудь усатым офицером 1-го Екатеринодарского полка: «Что вам угодно? Кофе по-турецки? По-польски? Пирожки? Торт «Мазурка»?» (Виктор Лихоносов, «Наш маленький Париж. Ненаписанные воспоминания»).
Сегодня в Краснодаре на месте «Чашки чая» стоит современный отель Hilton Garden Inn Krasnodar. Но девушки там другие, и чай не тот…
И все же иногда случаются в Краснодаре «обыкновенные чудеса», которые словно отбрасывают завесу времени. И снова появляется он – дореволюционный Екатеринодар.
Обыкновенное чудо семьи Шварц
Больше ста сорока лет назад на улице Красной стоял большой дом. Там на первом этаже располагался мебельный магазин Бориса Лукича Шварца.
Он приехал в начале 1880-х годов из Керчи, привез большую семью: сыновей Исаака, Льва, Самсона, Александра и двух дочерей – Розалию и Марию.
Дела купеческие шли неплохо: мебель Борис Шварц делал и модную, и добротную. Семья считалась образованной и гостеприимной.
Дети, правда, купеческой жилки отца не унаследовали.
Старший сын Исаак работал врачом-ларингологом, Лев Борисович, отец Евгения Шварца, – прекрасным хирургом. Самсон стал известным провинциальным актером, выступал под псевдонимом Кудрявцев, Александр – адвокатом. Сестры же пошли по музыкальной части, получив профессиональное образование в Европе. Розалия училась в Берлине, Мария – в Вене.
В свой срок умер глава семьи, потом и старший сын. А у Льва подрос наследник Евгений. Да, тот самый, создатель «Дракона», «Обыкновенного чуда», «Сказки о потерянном времени» и других чудесных пьес, сценариев, рассказов.
Евгений Львович почти всю жизнь прожил в Ленинграде, в Краснодар не наезжал. Ходят упорные слухи, что в молодости он воевал на «неправильной» стороне, в составе Добровольческой армии. Поэтому в Екатеринодаре показываться было опасно: могли и вспомнить.
Поэтому писатель так и не узнал, где похоронены его дед и дядя.
Это стало известно только в XXI веке, и то – по случайности.
В Краснодаре, на самом старом кладбище города, Всесвятском, волонтеры давно искали могилы