— Действительно, можно только поздравить, — сумрачно кивает шеф. — Что будете делать со старой квартирой?
— Продавать.
— Не жалко?
— Жалко, конечно, но выбора нет. Выкупить я её не смогу — попросту не потяну. Делить с бывшим мужем не собираюсь. Придется продавать. Выплатим с неё остаток ипотеки. Надеюсь, хоть что-то останется по итогу. Если повезет, то на первоначальный взнос хватит.
Ой, надеюсь, что прозвучало не слишком уныло. А то подумает ещё, будто я выпрашиваю повышение и без того немаленькой зарплаты.
— В общем, всё нормально, — закругляю разговор про квартиру. — Так что, могу я вас готовить?
Качает головой.
— Я бы не хотел пользоваться вашим личным временем. Лучше потратьте его на что-нибудь другое.
Мне кажется, или меня очень аккуратно послали?
Значит, обед ему всё-таки не понравился?..
Я понимающе киваю, хотя внутри всё ссыхается.
Не знаю, почему, но мне было важно получить его одобрение. Найти точки соприкосновения. Начать готовить ему, проводить совместные обеды вот так, рядом, обсуждая повседневные дела. Хотя бы даже про съемную квартиру разговаривать.
Но Игнатьев дает понять: он готов выдать мне карточку с пин-кодом, но не разрешает сближаться.
— Да, конечно, — отвечаю тихо.
— Вот и хорошо.
* * *
Светке о моем позоре знать незачем, поэтому ей я рассказываю лишь ту часть истории, в которой Игнатьев обрадовался домашнему обеду.
— И что, теперь ты начнешь ему готовить на постоянной основе? — недоумевает подруга. — Типа кухарка на полставки?
— Нет. Думаю, пусть это будет разовой акцией. Мне не платят за внеурочную работу.
Смеюсь, хотя от обиды до сих пор жжет горло.
Даже не знаю, почему мне так неприятна эта ситуация. Обычно я к подобным вещам спокойна. Не понравилось? Ну и ладно. Не очень-то и хотелось.
Но конкретно от Игнатьева я чего-то ждала. Чего-то непонятного, эфемерного, за что сама себя укоряю. Надумала лишнего, теперь страдаю — очень по-женски.
В общем, следующую неделю я заказываю шефу бизнес-ланч в офис, но сама ухожу в столовую обедать со Светой или одна. Если Игнатьева такая расстановка и напрягает, то он её никак не комментирует. Мы возвращаемся к нейтралитету, обсуждаем только рабочие вопросы.
…Этим утром я захожу и вижу в приемной, на своем столе, маленький букетик разноцветных гвоздик. Очень простенький, без излишнего пафоса. Он лежит у клавиатуры, обернутый в прозрачную пленку.
Дверь в приемную была открыта. Ничего удивительного, Игнатьев как всегда в офисе часов с семи, если не раньше.
Кто принес эти цветы?
Босс?
Да ну. Не может такого быть. Не похоже на него. Во-первых, с чего ему вообще расщедриваться? Во-вторых, я не могу представить Максима Витальевича, который из всего цветочного магазина выбрал именно этот скромный букетик.
Или он любит вот такие вещицы, не слишком заметные, но приятные?
Никаких записок нет, и отправителя опознать не представляется возможным. Хоть бумажку бы вложили. А то сиди и гадай, кого благодарить.
Фотографирую букет украдкой и отправляю Светке. Та отвечает моментально:
«Ну, точно. Хочет с тобой переспать. Только презент какой-то жидковатый. Неужели на розы денег не хватило? Блин, что за безвкусица. Гвоздики? У тебя поминки или чего? Посчитай, их там случайно не десять штук?»
Я Светкины возмущения не поддерживаю, цветы как цветы. Никогда не понимала этих предрассудков. Гвоздики только на кладбище, желтые тюльпаны — к разлуке. Если человек потратил время, это уже заслуживает уважения. Чего морду-то кривить?
Дима вот к цветам относился с пренебрежением. Не понимал, зачем тратиться на то, что завянет через неделю.
— Лучше уж палку колбасы купить и в целлофан обернуть, — шутил он.
Я его экономность одобряла, хотя…
Мне нравились цветы. Не помпезные букеты на дни рождения, а что-то красиво оформленное, аккуратное, нежное. Особенно — если получать их без повода, как сейчас.
Поэтому на букетик посматриваю с настороженным любопытством. Но и радостью, чего уж скрывать. Осталось определить отправителя.
— Можно? — стучусь к шефу с чашечкой кофе.
Тот кивает и тотчас отвлекается от меня.
Не в лоб же его спрашивать.
«Слушайте, вы мне тут цветов не оставляли на столе? Нет? А чего это, могли бы и оставить».
Мнусь у двери с секунду и ухожу. Видимо, Максим Витальевич не при делах.
Подбираю цветам вазу, выставляю на видное место.
Даритель определяется в самом начале рабочего дня. Стоит Игнатьеву выйти из кабинета, как в приемной возникает Юрка. Мне иногда кажется, что он подслушивает, потому что всегда знает, когда я остаюсь одна.
— Не занята? — спрашивает, помахав мне рукой.
Он работает программистом и сидит на нашем этаже. Недавно помогал мне установить программу для сканирования файлов. Вообще в обязанности Юрки это не входит, он должен заниматься оптимизацией баз данных, а не установкой всякой ерунды. Но Юрка парень добрый и безотказный. Всегда готов прийти на помощь.
Молодой, только недавно окончил институт. Симпатичный, даже чуть-чуть смазливый. Постоянно в клетчатых рубашках и драных джинсах. Ему такой внешний вид прощают.
Короче говоря, идеальный парень. Есть у него только один недостаток. Нет, точнее — два. Жена и годовалый сын.
Мы с Юркой иногда перекидываемся парой слов в коридоре или он заглядывает ко мне выпить «элитного напитка» (это он так смеется, что ворует кофе у Игнатьева), пока мой босс на очередной встрече.
— Не-а, заходи. Максим Витальевич как раз куда-то вышел.
— Отлично. О! Красивый букет, — улыбается парень. — Кто подарил? Тайный поклонник?
— Видимо. Принесли утром. Я прихожу, а он на столе лежит.
Я на него даже не думаю, поэтому просто развожу руками.
— Прикольно. Кому-то ты явно небезразлична. Тебе понравилось или нет? — Трогает лепестки, поправляет стебли.
— Понравилось, конечно.
— А ты бы хотела сделать этому человек ответную любезность? — ещё шире улыбается. — Например, сходить с ним в пекарню и съесть какую-нибудь калорийную булочку?
— Ты что, знаешь, кто их принес⁈
— Ага, — и добавляет гордо: — Я.
Я отношусь к его словам с недоверием. Юрка тот ещё шутник, с него станется обмануть, а потом сказать: «Да я же прикалываюсь!»
Но, кажется, он не врет. Потому что смотрит на меня предельно серьезно.
А как же жена… как же ребенок…
Или я надумываю лишнего, а парень предлагает просто по-дружески? Нельзя же во всем видеть скрытый намек. Вдруг у него было хорошее настроение, и он решил купить мне цветы. Кто-то коллегам по работе шоколадки покупает, а Юрка подошел к вопросу творчески.
— Ну, так что? Как насчет пообедать вместе? Прямо сегодня.
— Да. Конечно. Спасибо тебе