Мне пришлось вытянуться, чтобы достичь его лица.
Моё сердце билось как у перепуганной пичужки.
Я положила ладони ему на плечи, чувствуя под тканью камзола тяжёлые мышцы, напрягшиеся под моими пальцами.
Рей не двигался.
Не дышал совсем.
Ждал.
Ждал, пока я передумаю, когда остановлюсь.
Но я не остановилась.
— Пожалуйста, — прошептала ему прямо в губы, нежно проводя своими губами по контуру его поджатого рта. В одном слове оказалось вложено больше мольбы, чем я планировала.
Рейвен был повержен.
Он выдохнул, словно выпускал воздух, который держал в лёгких целую вечность.
Его руки, до этого висевшие вдоль тела, дрогнули и медленно, словно боясь спугнуть птицу, поднялись к моей талии.
Твёрдые, сильные пальцы коснулись ткани платья, обжигая кожу даже через материал.
Маг прижал меня к себе, медленно, намеренно предоставляя время отстраниться. Но я не отстранилась. Я прижалась к нему, чувствуя твёрдость его тела, силу, которая сдерживалась лишь чудом.
— Ладно, — со свистом выпустил он остатки воздуха. — Я тоже не железный.
Он наклонился и… натуральным образом взял в плен мои губы.
По-другому не назвать! Это не было похоже на те робкие поцелуи, которые я дарила сейчас этой каменной статуи... вдруг ожившей.
Это не было нежным касанием. Это было присвоение.
Губы Рея были горячими, требовательными, властными.
Он целовал меня так, словно хотел выпить мою душу через этот контакт. Словно хотел запомнить вкус моих губ навсегда.
Сначала я опешила, мои руки беспомощно повисли вдоль тела, но затем что-то внутри меня щёлкнуло. Я обняла его шею, пальцы зарылись в его волосы, жёсткие и мягкие одновременно.
«Ох! Как же здорово он целуется! Неудивительно, что в том видении я так кричала от восторга под ним! Кажется, после такого мужчины, все другие будут казаться пресными, безвкусными…»
Язык мага коснулся моих губ, требуя доступа, и я открылась ему, позволяя вторгнуться в свой мир.
Пьянящий вкус мяты заполнил рот.
Голова закружилась, пол ушёл из-под ног. Я не сразу поняла, что меня подхватили на руки.
Рейвен шумно вдохнул, звук был похож на рык.
Он опустил меня на диван, нависая.
Его руки сжались на моей талии, плавно скользя вверх по спине, к волосам, чтобы схватить их в кулак и заставить выгнуться и подставить ему беззащитную шею.
Он целовал её, горячо, влажно, будто оставляя дорожки.
Я не возражала.
Я вообще соображать перестала. Даже забыла, из-за чего всё это затеяла — вот настолько меня смыло волной его страсти!
— Что ты делаешь, глупая девочка? — хрипло прорычал он, отрываясь от моей шеи на секунду, чтобы посмотреть мне в глаза. Его зрачки были полностью чёрными, магия бурлила вокруг нас, заставляя волосы шевелиться от статического напряжения. — Что задумала? Скажи…
— Возьми меня… — сипяще прошептала я из-за сдавленной шеи, и эти слова повисли в воздухе тяжёлой необратимостью.
Накал воина переполнил чашу его терпения, однако Рей сумел отодвинуться. Продолжая держать меня за волосы, пристально посмотрел, поглощая одним взглядом.
В его глазах плескалась буря.
— Что? — переспросил он какими-то звериными интонациями. — Ты понимаешь, что говоришь? Ты — принцесса. Пусть и названная. Я… я просто страж.
— Ложь! Ты такой же страж, какая я — принцесса! И вообще… — я запаниковала, вспоминая, наконец, о столичном целителе и завтрашней проверке. — Я приказываю!!! — выкрикнула, выплёскивая в этом крике всё своё отчаяние, весь страх и… желание, непонятным образом затесавшееся в этот сумбурный набор переживаний.
Я ударила по руке невозможного мужчины, довольно успешно возвращая себе свободу от его захвата, и толкнула Рея на диван.
Он не сопротивлялся.
Словно загипнотизированный моими действиями, Рейвен опустился на кожу дивана, и я тут же, задрав платье, забралась на его колени, оказываясь сверху и тут же чувствуя его твёрдость под собой.
Это было безумие. Это было неправильно. Это было единственно верное решение в этой ситуации.
— Ты не имеешь права отдавать такие приказы, — прошептал он, но его руки уже касались моих бёдер прямо под платьем, выводя по коже неведомые мне руны. — И совсем не понимаешь последствий.
— Я понимаю, — сказала с твёрдостью в голосе, наклоняясь к его губам. — Я всё понимаю.
Поцеловала его снова, уже сама, инициируя контакт.
Мои пальцы дрожали, когда коснулись пуговиц его камзола.
Это было трудно.
Дрожащие пальцы не слушались, скользили по ткани, но я справилась. Одна пуговица, вторая, третья. Ткань распахнулась, открывая его грудь, покрытую шрамами, горячую и живую.
Я прижалась ладонью к смуглой коже, чувствуя, как бьётся его сердце.
Оно билось в одном ритме с моим.
— Кира, — выдохнул он, закрывая глаза. — Остановись.
— Нет! — рыкнула сама, опуская руку к завязкам его брюк.
Рейвен больше не спрашивал и не просил.
Его взгляд резко поменялся, теряя остатки разума.
Руки мага обвились вокруг меня, переворачивая ситуацию, и теперь я оказалась под ним, на мягком диване, в полумраке ниши.
Его тело накрыло меня, тяжёлое и надёжное, как щит. Он смотрел на меня сверху вниз, и в его взгляде читалось восхищение, смешанное с голодом.
— Ты — моя, — сказал он тихо, отстраняясь только для того, чтобы высвободить.
— О, Боже! — воскликнула, тут же зажмурившись.
«Спокойно. От потери девственности ещё никто не умирал! Не умирал же?!»
Когда Рей вошёл в меня, отодвинув край моих трусиков, я прикусила нижнюю губу до крови.
Было больно, что уж тут врать. Первые секунды становления женщиной мне не понравились максимально! Не помогла ни природная смазка, которой секреция выделила в достаточном количестве, ни осторожное, медленное погружение Рейвена.
— Тише-тише… Не ёрзай, малышка. Сейчас всё пройдёт.
И правда! Боль сменилась странным, тёплым чувством наполненности, особенно, когда Рей начал медленно двигаться возвратно-поступательными движениями, позволяя мне привыкнуть к его размеру и целуя мои слёзы, которые невольно выступили на глазах.
Руки Рея без остановки гладили моё тело, изучая каждый изгиб, каждую линию, словно запоминали карту моей чувственности, нажимая там, где моё дыхание прерывалось на долю секунды.
Я обхватила его ногами, притягивая ближе, чувствуя, как внутри разгорается пламя.
То, что магия принимала участие в нашем процессе соития, даже не удивляло.
Искры пробегали по коже, оставляя невидимые следы. Вспыхивали и растворялись на коже, а я смотрела только на Рейвена, оглаживала его квадратные скулы, поправляла волосы, свисавшие длинными прядями по сторонам от его лица и закрывающими взор этого дикаря, пытавшегося сейчас быть нежным любовником.
В этот момент мне казалось, что это ради любви.
Мне хотелось верить, что это ради любви.
— Рей, — простонала я,