В голове жужжал рой тревожных мыслей, каждая из которых жалила больнее предыдущей, словно разъярённый улей.
Завтра.
Королевский целитель.
«Он сразу поймёт… Всё, чего мы добились, рухнет в одно мгновение, когда этот незнакомец в белых одеждах обнаружит, что молодая жена наследника рода Криос до сих пор девственница. Мы с Рейвеном так тщательно разыграли спектакль в брачную ночь. Магические иллюзии, стоны, имитация близости… Потом Грета с ментальными установками… Всё рухнет, потому что магия не оставляет тех физических следов, которые предполагает наличие первого интима в жизни каждой девушки! Эльдарский маг-целитель сразу поймёт…»
— Кира, — голос Рейвена стал тише, но твёрже, в нём зазвенела сталь, привычная командная нотка, которой хотелось подчиняться.
Мой защитник сделал шаг вперёд, и я увидела, как напряглись мышцы под его чёрным камзолом, как изменилась поза, становясь более агрессивной, защитной.
— Я такого не люблю. Говори… что мне сделать?
Резко вздохнула сквозь стиснутые челюсти.
«Что ж… Считай, что накаркал сам».
Я сжала пальцы в кулаки и… прошла мимо Рейвена, глубоко в зал, стараясь не смотреть на него. Если бы снова увидела эту искреннюю тревогу в его голубых глазах, я не смогла бы сделать то, что задумала.
И так чувствовала себя последней манипуляторшей, цинично использующей брошенную им насмешливую фразу ради собственного спасения.
Мои ноги сами несли меня в дальний угол библиотеки, где между высокими шкафами с фолиантами пряталась неприметная ниша.
Альков был отрезан от общего зала тяжёлой бархатной портьерой тёмно-зелёного цвета, выцветшей от времени, но всё ещё роскошной.
«Идеальное место».
В алькове было темно, уютно и… изолированно.
Я чувствовала на своей спине взгляд мага, следующего за мной. Тяжёлый, горячий, вопрошающий. Что сказать? Рей привык решать проблемы силой меча или магии. Он знал, как уничтожить врага, который представлял для него угрозу. Но сегодня угроза представляла собой нечто иное. Её силой не решить.
— Да в чём сложность? — Рейвен не отставал, но и не обгонял меня. Его шаги не издавали звука, как у хищника, но я всё равно ощущала каждое его движение каким-то особым образом. — Ты скажешь, или так и будешь меня злить?
— Скажу… — прошептала наконец, останавливаясь у портьеры. Рука дрогнула, когда я коснулась ткани, пальцы оставили след на бархате. — Сейчас скажу. Идём.
Рейвен нахмурился, вытянул руку и перехватил у меня тяжёлую портьеру, пропуская внутрь, туда, где стоял удобный мягкий диван и один единственный кофейный столик.
Как только мы оказались оба внутри, я протянула руку.
Мои пальцы коснулись его ладони.
Кожа у Рея была горячей, сухой, покрытая шрамами от тренировок и боёв, шершавая, но надёжная.
Маг широко распахнул глаза, когда я вложила свою ладонь в его.
Наблюдал за моими аккуратными исследованиями, как коршун над плясками обнаглевшей мышки у его лап.
Это было простое касание, но между нами будто искры вспыхивали от статического разряда, заставляя волосы на руках встать дыбом.
Рейвен смотрел на наши сцепленные руки, словно видел нечто невозможное. Словно это касание обжигало его сильнее огня.
— Кира, что ты задумала? — спросил он, не выдержав тишины, и в его голосе прозвучала нотка предостережения, смешанная с какой-то ещё эмоцией, пока мне непонятной. — Ты сошла с ума?
— Нет, — вздохнула глубоко, делая шаг к Рею.
Носа коснулся запах мужчины… а ещё мелиссы, мороза, которые были вечными спутниками его дорогого, шипрового парфюма.
Пальцы мужчины сжались вокруг моих чуть сильнее, чем требовала вежливость, будто он боялся, что я верну себе разум и отстранюсь, если его пальцы ослабят хватку.
Скрытые портьерой, теперь мы были отрезаны от остального мира.
«То, что нужно».
— Нас точно не услышат? Твои печати… они стабильно работают?
— Стабильно, — подтвердил Рейвен хрипло. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на губах, затем снова поднялся. В его глазах читалось недоумение, смешанное с нарастающим напряжением. — Кира, объясни. Почему мы здесь? Почему ты ведёшь себя так странно? Ты дрожишь.
— Я не дрожу, — соврала, хотя мои колени действительно дрожали. — Мне просто… жарко. Здесь душно.
— Здесь прохладно, — заметил он сухо, но не отстранился. Наоборот, сделал ещё шаг, сокращая расстояние между нами до минимума. Я чувствовала тепло, исходящее от его тела, словно от печи. — Ты чего-то боишься. Или… чего-то хочешь?
Я подняла на него взгляд.
В полумраке его лицо казалось ещё более резким, скульптурным.
Тени подчеркивали скулы, линию челюсти, серьёзность взгляда.
Я не знала, о чём он думал.
«Вряд ли о любви… Мы слишком мало друг друга знаем. Хотя… Брутальные мужчины часто считают, что девочки влюбляются в них… так сказать, "с порога". Хм… Это даже забавно было бы, если так…»
У меня не получилось сформулировать мысль до конца, когда мой собственный взгляд проследил за движением руки мага — Рей опустил платок вниз, открывая линию мягких упругих губ, демонстрируя лёгкую небритость.
В этот момент, глядя на него, я почувствовала, как внутри меня трепещет не только волнение, которое обычно бывает перед прыжком в омут.
Нет. Не только волнение.
Это было желание. Настоящее, живое, пугающее желание, которое непостижимым образом зрело во мне всё это время, скрытое за маской строгого союзничества, а теперь вдруг предстало передо мной во всей красе, сбивая с толку.
«Стоп! Всё потом. Сначала надо разобраться с угрозой».
— Хочу, — выдохнула решительно, поднимаясь на носочки и прижимаясь к губам своего мощного телохранителя.
Рей замер, словно пораженный молнией. Его глаза расширились — зрачки расширились, поглощая синеву лазурной радужки, делая взгляд почти чёрным, бездонным. Я видела это потому, что сама косо таращилась на него, вместо того, чтобы поддаться тяжести век и насладиться своим первым поцелуем в этом мире.
Во взгляде мага читалось всё: недоверие, шок и нарастающая, неконтролируемая страсть. Он искал подвох, искал причину, почему я, его принцесса, его подопечная, вдруг начала вытворять такие вещи в тёмной нише библиотеки.
Мой первый поцелуй был жёстко прерван именно по этой причине.
— Ты что творишь, безумная? Ты… ты вообще понимаешь, что делаешь?!
— Да…
— НЕТ! — рыкнул Рей, схватив меня за плечи и ощутимо встряхнув. — Ты не понимаешь! Не понимаешь, что просишь, — прохрипел он, и его голос сорвался на низкие тона, вибрирующие где-то в груди. — Кира, после этого… назад дороги не будет. Я не смогу притворяться дальше.
— Хватит говорить глупости, — с самым несчастным лицом попросила я, буквально впечатываясь в его мощный и такой надёжный торс.
Между нами совсем не осталось сантиметров.
Я обняла его за шею, чувствуя, как запах его тела кружит мою голова.
— Просто помоги мне... стать женщиной.
Поднялась на носочки.
Это было трудно,