— А «фигня» — это ругательство? — опомнился Эрвин.
— Не знаю, — признался мужчина, — но на всякий случай зачтём. О, поверь, дорогой, папочка сегодня насквернословит тебе на новый велик, а то и на два.
— Почему? — спросил сын.
— Потому что глаза б мои этих гадин не видели, — со страдальческим вздохом поделился Итан.
Он вышел в коридор и дождался, пока мальчик запрётся в комнате изнутри, на мгновение прижавшись к двери лбом, чтобы остудить голову о холодную древесину.
С первого этажа доносились музыка, голоса и ароматы шикарного ужина, накрытого к приезду гостей. Увы, Итан так разнервничался, что у него напрочь отбило аппетит.
Пока он спускался по лестнице, ноги всё сильнее наливались свинцом. К последней ступеньке он был в состоянии, близком к обмороку. Он вцепился в перилла, выискивая взглядом Лорну, и она, заметив его, ринулась через собравшуюся толпу.
Господи, и откуда здесь столько народу?
— О, милый, — выдохнула женщина, поправив воротник его пиджака, — ты шикарно выглядишь! Я и забыла, какой ты…
— Ш-ш-ш, — остановил её Итан, — не увлекайся, Лорна. Я не он, а одичавший Итан, который изъясняется как последнее быдло. Если ты вдруг забыла, — колко добавил он.
— Нет, я не забыла, — сверкнув глазами, сказала она, — но сегодня тебе придётся побыть им.
Она схватила с подноса проходившего мимо официанта два бокала шампанского, и протянула один Итану. Он взял его, веселясь с того, что ради грёбаных ведьм мать даже наняла официантов. Подумать только! Пусть несчастные южанки, что сидят в своём дурацком старом доме среди леса, позавидуют тому, как роскошно живут их северные коллеги.
Им такая красивая жизнь и не снилась.
— Я не пью, — сообщил он.
— Это всего лишь шампанское, — беззаботно пожала плечами Лорна. — Кстати, утоли моё любопытство, по какой причине?
— О, а ты забыла, кто мой биологический отец? — откликнулся Итан. — Шейн, у меня в венах течёт бухло вместо крови, Рид. Не хочу пойти по его стопам, если поганые гены возьмут верх.
Это была не совсем правда — «поганые» гены уже однажды брали своё. Но мужчина всё же принюхался к шампанскому — оно пахло изумительно, а пузырьки тут же шаловливо защекотали нос. Искушение хотя бы пригубить было очень велико.
— Вы с ним знакомы? — искренне изумилась Лорна. — Как это возможно?
— Так получилось, — отмахнулся Итан, но всё-таки заинтересовался: — Выходит, твой Итан так его и не узнал? Всю жизнь считал своим папашей Натаниэля? Ох, Лорна! И как тебе только не стыдно? Утаила правду от своего ненаглядного Итана!
— Прекрати, — потребовала женщина, нахмурив брови, — пока кто-нибудь не услышал, как ты говоришь о себе в третьем лице!
— Ну, я же не о себе говорю, — резонно заметил он. — Да и какое им дело? Может бедняга совсем умом двинулся от жизни среди мерзких ведьм…
Он осёкся, приметив, пожалуй, самую мерзкую ведьму из всех возможных.
Она была точно такой же, какой Итан её запомнил, ничуть не изменившись за годы. От её вида тут же скрутило желудок, словно он всё ещё оставался тем же маленьким мальчиком, которому Аманда Макбрайд вселяла неподдельный ужас одним только своим присутствием.
Слишком высокая для женщины, с неестественно белой и гладкой кожей и пронзительными ярко-зелёными глазами, она возвышалась над всеми присутствующими, как башня из слоновой кости или памятник на старом кладбище. Она сняла пальто и царственным движением протянула его кому-то, кого от Итана загораживали чужие спины. Зато Аманда была прекрасно видна во всём её монструозном великолепии.
Когда-то прочитав «Хроники Нарнии», он стал про себя называть её Джадис.
Образ ледяной колдуньи несказанно ей походил.
И эта тварь уже на всех порах мчалась к ним. Толпа расступалась, пропуская её. Она невольно внушала трепет каждому, кто её видел. Даже Лорна, стоявшая подле Итана, заметно напряглась. Её лицо приобрело нездоровый серый оттенок, стоило Джадис-Аманде склониться, чтобы полюбовно расцеловать северную ведьму в обе щеки.
— О, милая Лорна! — пропела великанша. — Как я по тебе скучала! И… дорогой зять…
Этот момент неминуемо должен был наступить, но, как Итан не пытался подготовить себя к этой встрече, он всё равно стушевался. Во рту пересохло. А огромная ледяная клешня Аманды уже завладела его рукой, обманчиво-ласково стиснув её в приветственном жесте.
— Отрадно видеть тебя в добром здравии, — изрекла Верховная ведьма юга, ослепительно улыбаясь. — А то поговаривали…
— Земля слухами полнится, — осадила её Лорна. — Добро пожаловать в Салем.
— Благодарю за гостеприимство, — Аманда присела в шутливом реверансе.
Итан выдохнул облегчённо, отвоевав себе обратно свою кисть. Кожа горела в местах, где к ней прикасались длинные, крючковатые, как у хищной птицы, пальцы старшей Макбрайд. Он поспешил спрятать руку в карман, чтобы никто не заметил, как она дрожит.
«Ну… самое страшное позади, — принялся успокаивать себя мужчина, — она же не заорала сразу, что я самозванец…»
Тут он сильно заблуждался.
Изо всех сил стараясь не смотреть на Аманду и не встречаться с ней взглядом, Итан обшаривал глазами остальных гостей, пока не наткнулся на до боли знакомую фигурку. Девушка в длинном чёрном платье стояла чуть поодаль от остальных, будто тоже чувствовала себя неуместной на этом приёме. Каштановые волосы гладкими волнами лежали на её узких плечах, а руки, затянутые в высокие перчатки, сжимали бокал. Словно почувствовав его взгляд, она чуть повернула лицо.
Её кожа была непривычно бледной, отчего красные губы казались рваной раной на этой безупречной белизне.
Итан покосился на Лорну.
«Какая же ты лгунья, — зло подумал он, — „они с матерью уехали, и я никогда больше о ней не слышала“. Конечно-конечно».
Лорне было прекрасно известно, что после того случая стало с Джудит Дэвис, просто она не сочла себя обязанной об этом рассказать, как и сообщить, что она тоже приедет на этот проклятый прием в качестве одной из южных ведьм. О принадлежности к ним говорил цвет её платья. Все Сёстры юга носили только чёрное.
«К чёрту», — решил Итан и залпом опрокинул в себя шампанское.
Часть первая
Глава пятая
«И думать о ней забудь», — приказал себя Итан, но ничего этим не добился. Джуди — какая-то другая Джудит Дэвис — так и стояла перед глазами, даже когда сама девушка уже скрылась среди гостей. Мелькнула, раздразнила и снова пропала, как мираж в пустыне.
Этого мимолётного видения хватило, чтобы внутренности мужчины превратились в кисель, а мысли сделались ленивыми и медленными, словно сонные мухи на подоконнике поздней осенью. Вовсе не выпитое шампанское было повинно в его безвозвратно утраченной концентрации.
Как же не вовремя!
Итан позволил