Я едва заметно кивнула, не доверяя своему голосу. Роман взял самоспасатель, ярко-оранжевый капюшон с фильтром и встал вплотную ко мне. Так близко, что я почувствовала запах его одеколона с древесной нотой и едва уловимым дымным оттенком.
— Расслабься, — тихо сказал он снова только для меня. — Дыши ровно.
Его пальцы коснулись моих волос, убирая их с лица. Движения были профессиональными, но прикосновения слишком медленными, слишком тёплыми. Когда он натягивал капюшон, его большой палец едва заметно провёл по чувствительной коже под ухом.
Внизу живота разлилось предательское горячее тепло. Я знала, что тело у меня не модельное, но под его руками я вдруг почувствовала себя… желанной. Роман будто наслаждался, прикасаясь ко мне. Я сжала челюсти, пытаясь взять себя в руки.
«Не реагируй. Не смей!» — приказала себе.
— Главное — плотно прижать по контуру лица, — громко объяснял Роман остальным, но его голос для меня звучал ниже. — Чтобы не было щелей.
Он наклонился ещё ближе, якобы поправляя фиксатор у меня на затылке. Его рука скользнула по шее и задержались на дольше, чем нужно. Роман сделал медленное ласкающее движение, и тепло от его ладони обожгло кожу.
— Ты всё ещё злишься? — едва слышно спросил он.
— А ты всё ещё издеваешься? — так же тихо огрызнулась я и, сделав маленький шаг, специально наступила каблуком ему на носок ботинка, сильно, но так, чтобы никто не заметил.
Роман едва заметно напрягся, но даже бровью не повёл.
— …и плотно зафиксировать, — продолжил он ровным голосом, будто ничего не чувствовал, но его большой палец опять оказался на моей шее, словно в отместку.
Я с трудом сдержала дрожь.
Гад. Он точно это делает специально.
Он чуть отстранился, поправил ремешок у меня на подбородке и тихо, почти беззвучно произнёс:
— Я знал, что ты не струсишь. Ты всегда была храброй.
Я не нашла что ответить, просто стояла и чувствовала, как земля слегка уходит из-под ног. Роман тем временем сделал шаг назад и взял в руки противогаз.
— Теперь покажу, как правильно надевать противогаз, — сказал он для всех. — Анна, если не сложно, ещё раз поможете.
Я кивнула, хотя внутри меня всё кипело. Роман встал вплотную, надел на меня противогаз, его пальцы прошлись по моим щекам, поправляя маску, а большой палец задержался у меня на губах поверх резины, туда-сюда, будто проверяя, как сидит. Но ощущалось это очень… очень порочно.
Что-то тёплое и предательское разлилось где-то внизу, и я немедленно запретила себе об этом думать. Вместо этого, пока Роман объяснял что-то остальным, делала вид, что поправляю ремешок на платье, а сама незаметно протянула руку и сильно ущипнула его за бок, прямо над поясом брюк.
Роман резко вдохнул, он голос у него даже не изменился.
— …и проверить герметичность, — продолжил он тем же тоном, хоть челюсть у него и напряглась слегка.
Уже снимая с меня противогаз, он наклонился и прошептал мне на ухо:
— Больно было, — шепнул он. — Так что ты мне должна. — Затем сделал шаг назад и обратился к залу: — Спасибо, Анна. Можете вернуться на место. — Я уже хотела идти, когда он тихо, только для меня добавил: — Мы с тобой ещё не закончили, Ань.
Глава 3
Я вернулась на место, чувствуя, как горят щёки и дрожат колени. Инструктаж продолжался, но я почти ничего не слышала. Только чувствовала на себе настойчивые взгляды, которые Роман бросал на меня время от времени.
Когда инструктаж наконец закончился, я быстро направилась к выходу, стараясь смешаться с толпой коллег. Но не успела выйти из зала, как за спиной раздались голоса.
— Боже, какой мужчина… — восторженно протянула Лена из маркетинга. — Такой голос, такая форма… Я бы не отказалась, чтобы он меня «эвакуировал».
— Да уж, — подхватила другая девушка. — Настоящий альфа, я прям растаяла.
— И почему это он Аньку выбрал для демонстрации? — хихикнула Света. — Повезло же ей.
— Ну а кого ещё? — фыркнула Лена. — Если бы он кого-то из нас начал одевать и раздевать, то сразу бы отвлёкся. А с Анькой можно не переживать — вряд ли такие, как она, ему вообще нравятся.
Раздались смешки.
— Точно, — поддакнула третья. — С ней можно спокойно «работать».
— А как она смешно в противогазе выглядела. Будто в наморднике! — хихикнула Света. — Я еле сдержалась, чтобы не заржать в голос.
— Ой, девочки, я бы не отказалась от индивидуального занятия, — мечтательно добавила Лена. — Можно даже несколько раз повторить материал…
И снова взрыв хохота.
Я стояла за углом, вцепившись пальцами в ремешок сумки так, что он врезался в ладонь. В груди неприятно жгло: «Такие, как она»… Слова больно царапнули. Я понимала, что они правы. Я не из тех, на кого обычно оборачиваются, но почему тогда мне так противно от этих слов? Почему я злюсь не только на них, но и… на него? Я ведь даже не хочу его внимания. Правда же?
Резко мотнула головой, прогоняя глупые мысли, и быстро пошла по коридору.
Хотелось провалиться сквозь землю или, ещё лучше, чтобы земля разверзлась и поглотила всех этих «девочек» из маркетинга. Я почти бегом добралась до своего кабинета, захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. Глубоко вдохнула, потом выдохнула.
«Какая же я дура, — тоскливо подумала я. — Из-за какого-то Волкова уже начала себе что-то придумывать. Он просто издевается, как и в школе. А я, идиотка, ведусь».
Я подошла к столу, села в кресло и бессмысленно уставилась в монитор. Работать точно не получится.
Но не прошло и пяти минут, как в дверь тихо постучали. Я сделала вид, что не услышала. Может, подумают, что меня нет, и уйдут?
Но дверь всё равно открылась. На пороге стоял Роман. Он закрыл за собой дверь и прислонился к ней плечом, скрестив руки на груди.
— Ты быстро убежала, — тихо сказал.
— У меня работа, — сухо ответила я, не поднимая глаз от экрана.
Пальцами судорожно стучала по клавиатуре, хотя даже не понимала, что печатаю.
Роман сделал несколько шагов вперёд и остановился возле моего стола.
— Ань.
Я подняла на него взгляд. Внутри всё кипело: от злости на девчонок, от злости на него, от злости на себя.
— Что тебе нужно, Волков? — вопрос прозвучал резче, чем я хотела. — Пришёл проверить, как я усвоила материал? Или решил продолжить «практику»?
Он чуть прищурился, разглядывая меня. Потом медленно обошёл стол и присел на его край ко мне совсем близко. Наклонился, но я резко встала с кресла, и оно с грохотом отъехало