— Почему нам не дали её на уроках?
— Не знаю. Она есть только в одном учебнике за девяностый год. Мне мама подсказала ею воспользоваться.
— Дэн, я вернусь после чая. Хочу развеяться.
— Я могу пойти с тобой. Тоже устал.
— Извини, я... Мне нужно побыть одной.
Лея упорхнула в Шато. На сей раз ей хватило смелости выйти к статуям. Поговорить. Объяснить своё поведение. Снова прожить те эмоции, что обуревали её, когда она узнала, что является клоном. Но стало легче. Пусть снова были слёзы, но принятие становилось всё ближе. И теперь Лея жалела, что сожгла записку от Чунь Шэн. Вспоминая кадры из её прошлого, каждый раз задавала себе вопрос, как бы поступила в подобной ситуации она сама.
В предвкушении расслабляющего занятия тайцзы Лея спустилась на цокольный этаж и постучала в дверь большой комнаты. Человек в чёрном открыл. Таким Лея его ещё никогда не видела. Разве что в самый первый день, когда, испугавшись, упала с разрушенной стены.
— Мисс Ли, — выражение его лица было недобрым, — не приходите сюда больше. Что касается медальона... оставьте его себе.
— Но... но, сэр... Что я вам...
— Оставьте меня в покое. Прекратите лезть в мою жизнь. Ни к чему хорошему это не привело. Когда-нибудь я и эти воспоминания уничтожу. Чтобы навсегда избавиться от Лейлы Сноу. Вырвать с корнем...
— Я не...
Дверь захлопнулась прямо перед носом.
— Какая муха его укусила? — спросила Лея у статуй, пересказав им диалог с человеком в чёрном.
— Мистеру Снежински требуется время, чтобы принять себя настоящего, — объяснил Альберт Кастильо.
— Что это значит? — не поняла Лея.
— Директор вернула ему воспоминания, — с опаской произнесла Бланка.
Глава 99. До и после
Лея не могла поделиться с Дэном своим горем. Как бы она ни доверяла парнишке, а о тайных занятиях с человеком в чёрном рассказывать не хотела. Но сообщила, что директор вернула Снежински память.
— Я от Бланки узнала по секрету. Видишь, наверняка они заодно? Иначе, зачем ему вспоминать всё?
Особенно обидно было то, что человек в чёрном способен применить полученные знания о боевом искусстве тайцзицюань во вред. Этого Лея себе простить не могла. И как её угораздило довериться преступнику?
— Я думаю, это нормально. Если его дело закрыто, его воспоминания никого не интересуют. Он больше не рискует попасть в тюрьму.
— Угу, — машинально ответила Лея, думая о своём.
В понедельник на географии Снежински ни разу не взглянул на неё. Вообще не замечал. С учениками был груб. Но не потому, что ему вернули воспоминания. Нет, Лея чувствовала истинную причину его нервозности — боль. У человека в чёрном снова жгло плечо в области метки — символа Сторонников силы. Но почему? Неужто и у других членов организации такие же симптомы? Тогда их легко вычислить.
— Эй, ты идёшь? — Соня толкнула в плечо.
— Ай!
— Прости, я вроде легонько.
— Угу.
Дни шли своим чередом. Иногда на переменах Лея видела в коридоре Снежински, но она была рада, что он с тех пор ни разу не посмотрел в её сторону. Ни на уроках, ни в общем зале, ни на улице, ни на башне Шато — взгляды чёрных и зелёных глаз больше не пересекались. Он виртуозно её избегал. Хотя до мистера Ланде ему, конечно, далеко. Лее приходилось одной заниматься тайцзы в подвале или пропускать тренировки вовсе, отдавая предпочтение учёбе и прогулкам с Дэном.
В воскресенье перед началом контрольной недели Соня вернулась в спальню сердитая. Молча плюхнулась на кровать.
— МакБраун, не кипи, а то пар из ушей пойдёт, — хихикнула Каприс.
— Сонь, что случилось? — Лея села рядом с подругой.
— Крис, — был короткий ответ.
— Вы расстались? — заинтересованно спросила Клара.
— Если бы! — Соня села. — Он лез целоваться!
Каприс засмеялась, а Натали сказала:
— Это нормально. Вы же пара. Вот мы с Марком...
— Эй, да кому интересны ваши телячьи нежности? — буркнула Соня.
— Ну ты смешная, — продолжила Натали. — В твоём возрасте... Да в этой комнате все девчонки целовались. Правда, Кэт?
— А? Ага. Я как-то застукала Клару с Тимом.
— Противный толстяк, — прошипела Каприс. — Он совсем не умеет целоваться. Ли, ты куда?
Лея не стала слушать споры девочек. Ей было неловко. Ведь Дэн так и не поцеловал её по-настоящему. А сама она стеснялась.
— Как право? — спросил Райс в последний день контрольной недели.
— Не знаю. Результаты в понедельник... Я боюсь, что придётся пересдавать.
— А я такую ерунду написал по астрологии. Пришлось сочинять. Надеюсь, хоть где-то угадал, — понуро сообщил парнишка. — Крис думает, что завалил ботанику.
— Да, знаю. Соня говорила.
— Хорошо, что они помирились.
— Угу.
— Пойдёшь со мной на бал?
— Угу. Мне тётя платье красивое привезла.
— В тот раз?
— Угу.
— Ты простила её?
Лея пожала плечами.
— Может, уговорить её оставить тебя в Эль Кастильо? Я познакомлю вас с родителями. Они классные.
— Дэн... За мной охотится Ворон. Тётя боится за... за всех моих друзей. Не надо подвергать опасности родителей.
— Всё обойдётся. Маг-полиция не дремлет.
— Ву Сан тоже не дремлет. А эти выпады Касперович? Она, как безумная, твердит одно и то же. Что Чёрная Тьма вернётся, — обеспокоенно сказала Лея.
— Пока случаев не было.
— Тогда их тоже не было.
— Были. На протяжении нескольких лет. Не думаешь же ты, что чума начнётся прямо отсюда, из школы?
—