В сторону выстрелило щупальце тьмы, но тьмы не слишком плотной.
Тень! У меня получилось создать тень!
Ночемир озадаченно хмыкнул, и тогда я взял самый новый из своих аргументов, сотворил на его основе плеть. Сотканный из теней хлыст проходил сквозь стены, но аспирант спешно отступил от меня и уже только после этого сказал:
— Перехвати-ка!
Он метнул в мою сторону сгусток пламени, плеть легко его рассекла, обернула оранжевой вспышкой.
— Неплохо, — признал Ночемир. — Этот штука действует на энергетическом уровне и поражает не плоть, а дух. Жаль только, слишком уж нестабильна, да и в предупреждающем атаки аркане не слишком эффективна. Если только дополнительно ставить, но два таких заклинания… — Он покачал головой и указал на дверь. — Идём!
Мои новые узлы и зигзаг ощутимо припекало, так что создание других вариаций своих чар я отложил на потом и потопал вслед за Ночемиром.
— И что скажешь?
— У тебя проблемы с материализацией, — сказал ассистент профессора Чернояра, — рыхлыми заклинания получаются. Для чистого огневика — это нормально, но ты же не огневик, так? Отрабатывай приказы стабилизации и сжатия. Это основа основ!
Я кивнул и, решив вернуться к предварительному составлению схем заклинаний, попросил бумагу и письменные принадлежности. Ночемир пообещал обеспечить всем необходимым, но для начала отвёл меня на очередной осмотр. Дана выправила кое-какие наметившиеся искажения и велела сегодня больше не напрягаться, посоветовав сосредоточиться на медитации. В итоге до позднего вечера я то работал с новыми узлами и зигзагом, то набрасывал вариации своих чар.
И в том, и в другом особо не преуспел, равно как не сумел ощутить частью духа атрибут, да и на следующее утро в учебном поединке с Ночемиром никак себя не проявил. Впрочем, поединком это можно было назвать с большой натяжкой, поскольку битый час аспирант шибал по мне боевыми чарами, дабы я поскорее свыкся со своим магическим доспехом.
— Атакующие арканы ты и сам отработать сможешь, — заявил он, окончательно меня загоняв. — Как что приличное сотворишь — зови, показывай.
И вполне возможно, я бы что-нибудь приличное сотворил и показал, да только после ежедневного осмотра даже помедитировать толком не успел: отвлёк стук в дверь.
— Чего ещё? — спросил я у обнаружившегося в коридоре внутреннего ученика.
— Посетитель пришёл, — сказал тот. — Велели проводить.
Я решил, что вернулся в город Дарьян, только нет — в одной из задних комнат меня дожидался отец Острый. Ну вот что ещё опять стряслось⁈
Глава 11
Мне от одного только пристального взгляда священника как-то разом не по себе сделалось, да и вопрос настроения тоже отнюдь не улучшил.
— И долго здесь прохлаждаться намереваешься? — уточнил Острый, будто имел право требовать объяснений.
— Долго, — подтвердил я, не спеша проходить в комнату. — Ещё вопросы?
Священник испытующе глянул на меня и сбавил обороты.
— Насколько знаю, ты записался в вольные слушатели и уже заплатил за месяц вперёд.
Я пожал плечами.
— И что с того? Могу себе позволить эти деньги потерять.
Небесно-голубые глаза отца Острого явственным образом посветлели от злости.
— Правильно понимаю, что отпрыска Барона ты разыскивать не собираешься?
— В толк не возьму, зачем бы мне это могло понадобиться, — усмехнулся я и прислонился плечом к дверному косяку. — Не говоря уже о том, какое до того дело церкви!
Священник поднялся на ноги.
— Ночью сожгли Короеда. Помнишь такого? Один из пяти заправил, с которыми мы общались в «Хромой кобыле».
— Лично я там ни с кем не общался.
Глаза собеседника сузились.
— Двое из пяти мертвы. На Заречной стороне того и гляди начнётся грызня за власть, и округа погрузится в хаос. Этого допустить нельзя!
Я развёл руками.
— Если бы церкви было до этого хоть какое-то дело, она могла бы объявить награду за голову сыночка Барона, который и заварил эту кашу!
— Большой Ждан посулил за него пятьсот целковых. И столько же за аспиранта.
— Но не церковь.
— А что мы можем ему предъявить?
— Нападение на трудника?
— Ты убил его отца! Точно хочешь давать объяснения в зале суда?
— Во-первых, нам гарантирована защита от судебного преследования…
— Со стороны закона! — отмахнулся отец Острый. — Не от частных обвинений!
Услышанное нисколько не порадовало, но спорить я не стал и продолжил:
— Во-вторых, церковь могла назначить награду за голову аспиранта! У него-то я никого не убивал!
— Он дворянин, а ты нет, — напомнил священник. — И ты не видел, кто именно атаковал тебя со спины! Кого прикажешь объявлять в розыск?
Я скрестил на груди руки.
— Не мои проблемы.
— Твои. Ты напортачил с нападением на Барона!
— Нас подряжали убить его и только его! Кто требовал не трогать домочадцев, а?
— Если на Заречной стороне начнутся беспорядки, по шапке прилетит всем причастным, — уверил меня отец Острый. — В твоих интересах отыскать эту парочку прежде, чем полыхнёт на том берегу.
— Я не охотник на воров, — покачал я головой. — Душегубов и жуликов разыскивать не обучен.
— Они сами тебя найдут.
— Поработать приманкой? — скривился я и катнул пробный шар: — С кое-как собранным по кусочкам ядром?
Отец Острый даже бровью не повёл.
— Это твои проблемы!
— Да? А кто разрешил драному дворянчику вызвать на дуэль трудника?
— Это твои проблемы, — повторил священник и угрожающе добавил: — И очень не советую их приумножать! Сейчас церковь просит тебя о содействии…
— И я его, конечно же, окажу, — перебил я собеседника. — Но не так сразу! Сначала приведу в порядок внутреннюю энергетику. Как раз к этому времени вернётся в город остальная братия, а в одиночку рисковать головой точно не стану!
— Когда они вернутся?
— Кто знает?
Отец Острый явно с трудом удержался от крепкого словца и двинулся на выход.
— Смотри, чтобы не стало слишком поздно! — на ходу бросил он и убрался восвояси.
Ну а я отправился медитировать, перед тем попросив принести в комнату газеты, какие только получится найти.
В газетах ничего о ситуации на Заречной стороне не обнаружилось, больше всего внимания бумагомараки уделяли участию в Небесном походе сил