– Вообще-то я хотел трахнуть тебя в постели, а не перед ней.
– А мне не все равно? – использует она мои же слова, из-за чего я издаю тихий возбужденный рык.
Нурия же услужливо расстегивает ремень и уже меньше чем через пять секунд сосет мой отвердевший член.
Это зрелище выносит мне мозг. Одной рукой я тянусь к ее полной груди, а другую запускаю в волосы, где красуется диадема.
– Ты… – прерывисто выдавливаю я, так как она взрывает мне мозг каждый раз, когда делает минет. – Просто идеальная, цветочек. Еще глубже.
И поскольку она знает, что мне нужно еще глубже и еще быстрее, Нурия ускоряет темп. Приоткрыв губы, я упираюсь головой в прикроватную тумбочку, чтобы наблюдать за тем, что она вытворяет. Рыча и тихо постанывая, придерживаю голову своей жены, не направляя ее, и зарываюсь пальцами ей в волосы. Я вот-вот взорвусь.
Она проводит ногтями по моей груди, так как уже содрала с меня рубашку, а затем стискивает яички, чем в ту же секунду заставляет меня взреветь от страсти.
– Черт! Нет. – Я не хочу кончать. Пока не хочу. – Оседлай меня, я хочу, чтобы ты скакала на мне в этом платье и с этой диадемой.
Нурия отпускает мои яйца. Еще чуть-чуть, и я бы не смог сдержаться. Затем она соблазнительно облизывает мой ствол по всей длине и кружит языком по головке.
– Давай же. – Я протягиваю ей руку. – Потому что когда вечеринка закончится, не исключено, что я трахну тебя совсем другим способом и без каких-либо просьб.
Она берет меня за руку, откидывает длинную юбку назад и садится на меня сверху.
– На твоем месте я бы не была так уверена, Демон, – вызывающе откликается Нурия, обнимая меня за шею и опуская свое лицо к моему. Потом облизывает мои губы, пристально смотрит в глаза и одновременно принимает в себя мой член.
Я крепко сжимаю ее круглую попку.
– Почему? – интересуюсь я, испытывая всепоглощающее ощущение безграничной силы, как и всегда, когда толкаюсь в нее первый раз.
Она приподнимает бедра, чтобы в следующее мгновение почти полностью вобрать мой стояк в свою маленькую киску.
– Потому что ты будешь нежным, я тебя знаю.
Ах вот как? Если она меня знает, то знает и о том, что я выполняю свои обещания.
Наше дыхание смешивается, когда она целует меня, а затем насаживается на мой ствол все быстрее и быстрее. Я обхватываю ее за шею и оттягиваю в сторону ткань декольте, чтобы обнажить грудь. Затем беру в рот правый сосок и сильно всасываю его.
Она издает неземные вздохи, одновременно сыплет ругательствами и наслаждается тем, как я каждым толчком подаюсь ей навстречу. До сих пор мне ни разу не удавалось заставить ее скакать на мне до конца. Рано или поздно всегда приходилось менять позицию, и Нурия это знает. Знает о моей внутренней потребности доминировать над ней, обладать и защищать ее.
Я пускаю в ход зубы и сминаю ее ягодицу, пока беру свою женщину. Притом недостаточно быстро. Я выпрямляюсь, затем поднимаюсь вместе с ней и несу ее к кровати. Она цепляется за меня, как обезьянка.
И как только Нурия со сбившимся дыханием ложится передо мной на мягкие простыни, с обнаженной грудью и в широко раскинутом платье, я обхватываю ее лодыжки и приподнимаю, чтобы взять ее стоя. Настолько глубже и быстрее, что она извивается передо мной.
– Я так невероятно сильно люблю тебя, – выстанываю я, массируя ее набухший и затвердевший клитор и прислушиваясь к звукам, которые она издает. Слушаю, как с каждым вдохом, с каждым толчком она все стремительнее приближается к оргазму. И вдруг чертовски бурно кончает, сквиртует и течет, когда я ускоряю темп, а громкие крики сводят меня с ума.
Киска так плотно сжимается вокруг моего члена, что, кажется, вот-вот его раздавит. Я не могу больше сдерживаться, трахаю ее еще быстрее и кончаю в нее всего после трех жестких толчков. С диким рыком запрокидываю лицо в маске к потолку спальни, где над кроватью светятся красные светодиодные лампы, и издаю такой стон, какого не вызывала у меня еще ни одна женщина.
Лишь после этого я отпускаю ее ноги и склоняюсь над ней. Грудь Нурии поднимается и опускается от быстрых вдохов. Я целую ее соски, ключицы, шею.
– Ты – лучшее, что когда-либо со мной случалось, моя роза.
Нежные губы очерчивают контур моего уха, а пальцы пробегают по моим волосам – что я позволяю делать только ей. Она знает, что я не выношу некоторых прикосновений, что шрамы от ожогов под линией роста волос – это напоминание о той ночи, когда погибла половина моей семьи. Ей известно обо мне практически все, потому что постепенно я ответил на все ее вопросы. Так же, как она рассказывала мне о своем детстве и о том, как жила с Гавриилом до побега.
Мы не хотим хранить между собой секреты, которые в итоге могут нас разлучить.
– Я люблю тебя, мистер Мак-Арран, – шепчет она мне на ухо, прежде чем прикусить его.
– И я люблю тебя, миссис Мак-Арран.
– Кажется, нам стоит вернуться к гостям.
– К черту гостей, – отвечаю я, выпрямляясь над ней и бесстыже улыбаясь в ответ.
– Тогда к своим сестрам и друзьям! Они ждут нас.
Я делаю глубокий вдох, затем выхожу из нее и протягиваю Нурии салфетки из коробки на прикроватной тумбочке.
– Но ненадолго, хорошо?
– Думаю, нет, – отвечает она позади меня, пока я стягиваю с плеч рубашку, которую уже не спасти, и оставляю ее перед гардеробом. Потом открываю дверцы шкафа с подсветкой, чтобы достать свежую рубашку. Параллельно я откидываю с лица пряди волос, упавшие на брови во время секса. Пока я надеваю рубашку, застегиваю и заправляю в брюки, Нурия продолжает лежать на кровати, поправив платье, которое, к счастью, не намокло.
– Все в порядке?
– Я так нервничаю.
– Почему? – весело интересуюсь я. – Церемония уже закончилась. – Я застегиваю пояс, прежде чем направиться к ней, и на ходу застегиваю пуговицы на рукавах рубашки. Остановившись перед ее коленями, за талию поднимаю свою розу на ноги и притягиваю к себе. – Что опять лезет тебе в голову?
Глядя на нее сверху вниз, я одариваю ее вызывающей улыбкой.
– Я беременна, Демон, – произносит Нурия, поднимая голову и глядя на меня с блеском в глазах.
– Ты… – повторяю я, как будто моему разуму нужно несколько секунд, чтобы обработать ее слова.
Шумно вздохнув, она широко улыбается:
– У нас будет демоненок. Маленький Мак-Арран. Я на третьем