После этого я со смешанными чувствами покидаю кабинет Гавриила. С одной стороны, я испытываю облегчение оттого, что нашел эти чертовы документы. С другой – меня не покидает плохое предчувствие, что мне не понравится то, что обнаружится в папках. Как раз наоборот.
Не подавая виду, что встревожен, я иду по вилле Гавриила. Мои люди повсюду. Я мимолетно бросаю взгляд на Яро, который встречается со мной глазами и кивает в знак того, что все чисто, а не для того, чтобы со мной поздороваться.
Я направляюсь на второй этаж, где спит моя роза. Сегодня последняя ночь, которую ей предстоит провести в этом доме.
Тихо открываю дверь в спальню, проскальзываю внутрь и снова закрываю ее за собой. Мои шаги по полу не издают ни звука. Я крадусь к кровати и поправляю маску.
Словно падший ангел, Нурия лежит не на своем месте, так как это не моя постель, и спит. Ее дыхание едва слышно. Она правда спит? Сейчас чуть больше трех часов, она провернула изнурительный побег и…
Неожиданно я замечаю тень слева от себя у круглого обеденного стола.
Что за!..
– Привет, «Дюкат». Я все спрашивал себя, когда же мы наконец встретимся.
Адриан, мать твою!
Я тут же разворачиваюсь к этому парню. Как ему удалось войти в комнату так, чтобы мои люди не засекли его по камерам в доме Гавриила, к которым подключились?
За маской я равномерно вдыхаю и выдыхаю, затем достаю пистолет из кобуры.
Квест обязательно проверит и убедится, что что-то не так. Он всегда следит за мной, пока я нахожусь в этом поместье.
– Что ж, надо было задаваться не этим вопросом, Адриан Волков, а вопросом о том, как долго продлится наша первая и последняя встреча.
– А-а-а. Убери руки от пистолета. Если ты его достанешь, я тебя пристрелю.
Почему же тогда не сделать это сразу?
Я медленно разжимаю пальцы на пистолетной рукоятке и осторожно поворачиваюсь к Адриану. Он сидит за столом, направив на меня свой серебряный «Магнум» и вольготно скрестив ноги на соседнем стуле. Сколько он уже здесь находится? Что, если Нурия не спит, а он с ней что-то сделал?
Пока я пристально смотрю на Адриана, в голове мелькают самые дикие мысли.
– Что тебе нужно?
– А что мне может быть нужно? Твоя смерть. Но сначала… – Наконец он поднимает скрещенные ноги со стула и выпрямляется, одетый в темную рубашку с закатанными рукавами и классические брюки. – Я хочу узнать, кто ты такой.
– Пристрели меня, тогда узнаешь, – провоцирую я и одновременно незаметно выпускаю из рукава кожаной куртки клинок, который всегда ношу с собой.
– В таком случае я просто увижу лицо, которое невозможно идентифицировать.
В точку.
– Мне нужно имя. Я хочу знать, кто ты – подручный босса «Дюката» или реальный лидер этой паршивой банды.
Я театрально вздыхаю.
– Столько вопросов, Адриан Волков. Предлагаю начать игру в вопросы и ответы. Но с одним условием.
– С каким? – скучающим тоном спрашивает он и бросает на меня оценивающий взгляд. Лунный свет достаточно освещает комнаты, чтобы четко различить его силуэт и лицо.
– Я тоже буду задавать вопросы, на которые хочу получить ответы. Начнем с того, что ты сделал с Нурией.
Адриан по-прежнему направляет на меня ствол пистолета и на мгновение поворачивает лицо к кровати. Нурия не просыпается от нашего разговора. Значит, вариантов два.
Первый – в мое отсутствие ее накачали какой-нибудь дрянью, что меня невыразимо злит.
Второй – она мертва. И тогда помилуй Адриана Господь.
– Она крепко спит. Нежится в небытие. Я не хотел, чтобы она нам мешала, когда ты навестишь ее, как делаешь почти каждую ночь. Разве не так?
У него нет доказательств.
Я ехидно хмыкаю, прежде чем громко рассмеяться.
– Хорошая комбинация, «Зетос». Она принадлежит мне.
– Именно так я и подумал, когда впервые увидел вырезанную тобой метку у нее между сисек. Сам глава «Дюката» оставил на ней этот знак. Я долго ждал момента, чтобы встретиться с тобой, ведь о тебе ходит много небылиц. Не так ли, Уайлдер Мак-Арран? Это ведь твое настоящее имя? По крайней мере, так нам говорил отец. Наш отец, который убил твою семью – всех до единого – и похитил твоих сестер. Все умерли или были проданы. Кроме тебя. Он не смог найти тебя той ночью, когда напал на ваш особняк. Однако я все эти годы был уверен, что ты не спрятался, а взял на себя руководство «Дюкатом», после того как твоего отца пристрелили и сожгли. Мой отец подослал к тебе и твоей семье несколько сыщиков, чтобы выяснить о вас все. Но тебя долгое время окружала тишина. Твое имя перестало существовать, лицо нигде не мелькало, поэтому даже я давно решил, что ты мертв или что кто-то другой взял на себя руководство «Дюкатом». И тут вновь объявляется Ринора, отмеченная твоим символом, причем в таком месте, которое показывает, что она чертовски важна для тебя. А это означает одно: ты ее любишь. Настолько, что пробираешься в этот дом каждую ночь и оказываешься достаточно глуп, чтобы рано или поздно попасться.
Я облизываю губы под маской. Большим пальцем правой руки провожу по лезвию. Потянуть время или убить его сейчас?
Однако вместо этого я хлопаю в ладоши.
– Да ты очень умен, Волков. К сожалению, этого недостаточно.
– Почему?
– Я обосновался на вашей прекрасной вилле не только для того, чтобы защитить свою будущую жену и всегда быть рядом с ней. Скажу честно: то, что она вывела меня на вас, было чистой случайностью. А почему бы не совместить приятное с полезным? Я здесь, чтобы стереть вас в порошок. Первым стал Тимур, упокой Господь его душу.
Рот Адриана открывается, он замирает.
– Потом Марат. Бедняга, который преданно служил бы вам до самой смерти. Хотя от него скорее избавилась моя умница Нурия. Я завладел сердцем невесты Гавриила. Кира тоже под моей защитой, и не будем забывать еще кое о чем, Адриан: у меня в руках самое ценное, что есть у «Зетос», – говорю я, медленно подходя к нему. – Ваша «черная книга».
– Не может быть! Ах ты грязный подонок!
Он делает несколько выстрелов, а я пригибаюсь. В ту же секунду из-за спины Адриана выходит Кэмерон. Так и знал, что он ошивается где-то здесь, но все-таки я рад его видеть. Он дергает руку Адриана вверх и выкручивает ему запястье, заставляя с гневным рыком выпустить оружие.
– Помогите! – кричит