Анна благодарно кивнула и выложила на стол пучки веток и трав, разноцветные ленты и бубенчики разных цветов.
– Рябина – это для основы, – объяснила она, ловко скручивая ветки. – Дальше вплетаешь все, что душе угодно. Венок Белтайна – это как личное пожелание тому, кто его наденет. Ленты и клевер – удача. Боярышник – это здоровье. Женьшень – сила. Цветы – знак плодородия и благополучия. Вот эти круглые серебряные штуки – покровительство Луны, а золотые – Солнца.
– А любовь? – спросила Саша, тут же прикусив губу.
– По-разному говорят, – улыбнулась Анна. – Но традиционно – сирень и цветы яблони. Сирень у нас есть.
– Слушай, а они до вечера доживут разве?
– Доживут. У нас много гостей будет. И одна со способностью Дриады. Она, правда, немка. Но вечером придет Настя, переведет, если что. На Белтайн Возможности используются без платы. Единственный день в году. Сегодня вообще много интересного увидишь. Справишься дальше сама? Пойду майское дерево готовить.
Саша кивнула, мягко поглаживая цветы сирени. В детстве мама говорила ей: «Если найдешь на сирени цветочек с пятью лепестками, то загадай самое сокровенное желание и съешь цветок». На вкус сирень сладковато-кислая, с тонкой горечью. Саша думает, что этот вкус подойдет практически любому желанию.
Пятилистник она нашла. Но желание почему-то не придумывается.
Дверь в «Гнездо» уже привычно звенит колокольчиками, и в бар сначала зашел солнечный свет, почему-то пахнущий теплым хлебом, а следом – Кара и Данко. Данко тащит связки дров; его серое пальто кажется серебряным в солнечных лучах, делая его похожим на небожителя. Карина несет целую охапку бумажных пакетов, от которых и исходит невероятный запах.
Саша откладывает пятилистную сирень в сторону.
– Где вас черти носили? За смертью посылать, – ворчит Анна.
– Куда дровишки, старая ведьма? – лениво огрызается Данко. – Я носильником не устраивался.
– Носильщиком.
– Носильником.
– Паяльником, – смеется Карина. – За стойку поклажу, уважаемый. Анют, я хлеб принесла. Где зола?
– А зачем зола? – удивленно поднимает голову Саша, старавшаяся в этот момент прикрутить верткий бубенчик к ветке рябины.
– О, уже и тебя припахали, – улыбается барменша. – Обычай такой. Раньше человеческие жертвы приносили, потом погуманнее стали. И жертву просто заставляли прыгать через костер. На Белтайн печется хлеб, ломается на куски, и на одном из них рисуется золой метка. Кому попался этот кусочек, тот и Жертва.
– А еще с Жертвой целый год потом не разговаривали, – раздается голос Данко из-под барной стойки. – Считалось, что она умерла. Все, я свое отпахал.
– Не думай сваливать! – Анна переходит в режим «руки-в-боки», и парень разочарованно мычит. – Ластик сбежал уже! Пошли во двор, надо для Короля и Королевы арку поставить!
Пойманный Данко покорно отправляется за Анной, уже на пороге поясняя Саше:
– Это тоже обычай. Майские Король и Королева выбираются на празднике и в конце радостно женятся. Оргии, пляски, все дела.
– Иди уже, паяльник, – пихает его в спину Анна.
Карина исчезает в подсобке в поисках золы, а Саша снова смотрит на пятилистник.
Что пожелать? Чего ей хочется? Денег? Да вроде с этим нормально сейчас. Как и с работой, как и с друзьями. Ее жизнь так круто изменилась за последние месяцы, что и желать особенно нечего. Не то чтобы у нее все было, что хочется; просто когда перемены настолько необычны и резки, начинаешь задумываться о своих желаниях. Они ведь могут и сбыться.
Саша думает об Амадео. Что бы мог пожелать он, с детства живущий в Альтернативном мире? Или Кара? Или Анна?
Или Данко?
Саша молча гипнотизирует цветок взглядом, а потом сдается и желает самое банальное и по-женски очевидное.
Горечь сирени еще долго щекочет язык, напоминая об этом простом желании весом в одно слово.
* * *
Она записывала все, эта аккуратная маленькая женщина. Не доверяла компьютерам, все писала от руки: ровным почерком директорской дочки, которой с детства нельзя было позволить себе ни единой помарки. И который легко узнавался любым альтернативным человеком, хоть раз посетившим «Гнездо».
Перед Амадео лежало восемь больших блокнотов, и за каждый из них сам Канцлер поставил бы лучший коньяк из своей коллекции.
Некоторые блокноты были особенно ценны – в трех был поименной список всех обратившихся в «Гнездо» с намеком на их Возможности. Анна была Учителем и сразу видела, в чем заключается чужой дар. И, разумеется, могла предположить вероятные последствия: около некоторых имен с самыми опасными способностями стояла пометка «проверять».
Идеальный источник сведений. Амадео был впечатлен: Регистратура не знала как минимум о трети из новых альтлюдей. Да и дел хозяйки «Гнезда» успели наворотить немало.
Другие блокноты оказались дневниками, где по дням описывались ключевые события из жизни «Совиного гнезда». Не слишком подробно, по большей части однообразно: приходилось быстро проглядывать страницы, рискуя упустить что-то важное. Одни позывные да шифровки, но такие нелепые и очевидные, что приходилось кусать щеки, чтобы не улыбаться.
«28 апреля, 2017 г. Перевертыш, 9 лет, без травм, Кунцево. Успели вовремя, навели Гномы.»
«4 июня 2018 г. Две сестры, одна с Файером, сожгла дом вместе с отцом. Не успели. Вторая сестра в реанимации, возможно, тоже альт. Проконтролировать девочку, устроить обеих в общину.»
«16 июня 2018 г. Ответ на 4 июня. Файера взяли цыгане, у второй Возможность не проявилась. Жить с сестрой отказывается. Попытаться пробить интернат у Раисы.»
«10 июля 2018 г. Сразу три случая за день. 1. Ихтиандры затопили метро – разбиралась Карина. 2. Светоч нашла нового мальчика на работе – безобидный, слабенькая Возможность Хамелеона, но чуть не спалился. 3. Аглая выходила в город, Данко не справился, ездила сама.»
«23 июля 2018 г. Вечером было собрание, 9 новеньких. С каждым годом новеньких становится больше – почему?»
Интересно. Действительно, почему? Кто же знает.
Амадео медленно перелистывал страницы, с наслаждением отмечая, что человек напротив с каждой минутой нервничал все больше. Он то вертелся на стуле, то отбегал к стойке кофешопа, то дергался курить, но сразу возвращался – видимо, опасался, что Амадео вычитает что-нибудь лишнее.
Спустя полчаса он все-таки не выдержал.
– Долго еще? – блокнот в ухоженных руках закрыла некрасивая ладонь с обгрызенными ногтями.
Амадео поморщился. Плебей.
– Не надо так нервничать. Тут довольно сложно найти информацию, которая мне необходима.
– А что это за инфа? Ты скажи,