– Как это связано с «Совиным гнездом»? – взвилась девушка.
– Зачем я дал тебе тот репортаж? Чтобы помочь привыкнуть. Я не думал даже, что у нас с тобой все так получится, и выбрал первое попавшееся альтернативное место. Но теперь мы с тобой вместе, теперь ты здесь – и ты особенная. Ты изнекоторых.
Саша слушала его, одновременно ощущая чисто женскую гордость и мерзкий, скользкий такой подвох. Последний катался по сознанию, как шарик в пинболе, никак не желая запрыгивать в лузу смысла.
Амадео продолжил:
– Зачем я тебя отправлял на все эти мероприятия? Чтобы познакомить с нужными людьми. С правильными, то есть обладающими теми же правами, с людьми твоего круга. На первых порах походить по кабачкам, познакомиться с альтреальностью – это окей, Саш. Дети министров могут играть с детьми водителей, пока не вырастут. Но сейчас, когда ты освоилась, тебе нужно формировать свой круг общения очень тщательно. Многие будут стараться выглядеть твоими друзьями. Но в действительности стать тебе полезными могут только люди твоего уровня. Не те, кто сидит в «Совином гнезде» и пытается по-детски переспорить систему.
– Начинает попахивать политикой, Амадео, – заметила девушка. – В которую ты сам просил меня не лезть.
– И сейчас прошу. Пойми, – он наклонился к ней совсем близко, одной рукой сжимая ее плечо. – Я боюсь за тебя. Боюсь, что кто-то, прикинувшись твоим другом, использует тебя ради своих интересов. Небезопасных интересов. Боюсь, что может случиться что-то, из-за чего ты пострадаешь. И я не смогу тебя вытянуть. Лишение Возможности – это страшно, Саша. Люди сходят с ума. Очень медленно, годами. Лучше бы расстрел, серьезно.
– Амадео, я большая девочка, – от искренней заботы в его голосе по Сашиным венам побежало тепло. – Я могу разобраться с людьми. И потом… В «Совином гнезде» нет тех, кто пытается меня как-то использовать. Все наше общение – это смешки и кофе.
– Да ты ими просто очарована, – прищурился мужчина. – А что ты о них вообще знаешь? Ну вот о Карине, например?
– Ты о Принуждении? Ох, да все я знаю, – улыбнулась Александра, перехватывая руку блондина и поглаживая его кожу большим пальцем.
– Неужели? А о том, что она своим Принуждением чуть не убила человека, которого любила, знаешь?
Саша моргнула.
– Нет. Но… Слушай, я думаю, все не так просто и однозначно.
– Это точно, – с притворным согласием кивнул Амадео. – Все очень неоднозначно. Особенно учитывая, что от правосудия ее спасла Анна, которой нужна была Возможность Кары. Ну как спасла? Связи использовала. По-тихому пролезла в тюрьму, сделала ей сигнальную татуировку с помощью своей подружки Майи, подставив, кстати, этим ее и ее маленького сына. А потом надавила на людей, которые были ей должны, и заставила дать ложные показания. В результате этого дела из Регистратуры уволили троих, двоих чуть не лишили Возможности. А меня на три года отправили разбираться с новенькими в тайгу. Думал, вообще не вернусь никогда.
Саша замолчала. Этих подробностей она не знала. Нелегко представить знакомых тебе людей в обстоятельствах, когда они идут против себя или других. Привыкший к улыбке не сразу верит в оскал. Услышанное в «Совином гнезде» от Светы не синхронизировалось со словами Амадео. Правда, в памяти всплыл эпизод с Сергеем и ощущение Принуждения на собственной шкуре, и это воспоминание добавило веса на чашу позиции блондина. Но несмотря на всю складность истории и на тот факт, что Амадео, насколько было известно девушке, никогда ей не врал, Александра внутренне отрицала услышанное до последнего.
– Мне с ними детей не крестить, – наконец сказала она. – Я всего лишь пью там кофе.
– Пей на здоровье, – вздохнул мужчина. – Но подумай вот еще о чем. У тебя сильная способность. Не менее сильная, чем Принуждение или, например, Кристальность. Мы с тобой неплохо продвинулись в вопросе контроля твоей Возможности. В отличие от тех, кто сидит в «Совином гнезде». У них просто нет достаточной информации о природе Возможностей. В результате, общаясь с ними, ты похожа на ребенка, который играет в одной песочнице с больными чумой. У тебя нет иммунитета, Саша. Они не контролируют до конца то, чем обладают, и это в любой момент может обернуться против тебя. Случайно. Все эти разговоры о том, что Возможность – дар, что она определяет место человека в мире… Это ерунда. Возможность определяет многое, может дать перспективы, может помочь тебе в жизни, но для этого тебе нужно знать о ней все и использовать ее с умом. И по максимуму.
– Разве не этому ты меня учишь?
– Этому. Но все мои старания могут оказаться напрасными, если какая-нибудь… барменша, например, отравит тебе мозги своими глупостями. Они все идут на поводу у эмоций. Возможность же контролируется только разумом. И знаешь, я бы не стал заводить этот разговор, если бы не…
Амадео замялся и отвел взгляд. Легко поднявшись, он побродил по комнате, будто собираясь с мыслями. Саша не выдержала:
– Если бы не что?
– Если бы не видел, что ты остановилась в своем развитии, – нехотя закончил мужчина.
– То есть? – внутри девушки свернулся огромный удав противоречия. – Да я вообще постоянно Возможность использую!
– Верно. Ты используешь. И делаешь это абсолютно одинаково: личный контакт, взгляд, незнакомые или неприятные тебе люди, пустяковые приказы. Но на самом деле… Саша, у меня есть основания думать, что ты можешь гораздо больше. Что твоя Возможность в разы сильнее, чем даже Принуждение Кары. Что твоя Возможность – это не только Удовлетворение.
– О чем ты? – голос неожиданно осип.
– Пока рано говорить. Это всего лишь мои догадки, – Амадео вытянул с полки какую-то книгу, быстро пролистал и кивнул сам себе. – Верно. Но если я прав, то ты обладательница едва ли не самой редкой Возможности из существующих. Но чтобы узнать наверняка, тебе нужно будет сделать кое-что.
Да она готова на все!
Вот это да. Особенная из особенных. Уникальная Возможность. Первый разряд, высшая лига. Она вполне этого достойна, черт возьми!