– Мы не закончили.
– Это правда. Но надо или отправляться спать и думать завтра на свежую голову, или переключиться.
– П-переключиться на п-препарирование моих усталых мыслей?
– А ты помнишь, кто дает тебе психологическую оценку каждый месяц?
Павел поморщился. Риторический вопрос.
Маг пошел на кухню, заварил себе и Андрею один из бодрящих настоев алтайских трав. Алхимию пить в одиночку не хотелось, а на негатора она бы не подействовала. Отвлечь внимание не получилось – Лопухов все еще смотрел на него взглядом, предполагавшим почти принудительную откровенность.
До слуха Павла донесся тихий скрип. Дверь уборной или петли на форточке, которые он никак не смажет? Тратить силы и уточнять магией не хотелось, опасности не было, так что он предпочел не думать о ерунде. Тем более что Андрей явно не собирался оставлять его в покое.
– Ладно. Хорошо. Д-да, п-после того как все п-подтвердилось, я чаще вспоминаю п-прошлое. Сравниваю неслучившееся с имеющимся. Д-доволен?
– Нет. Мы оба знаем, что суррогаты ни к чему хорошему не приводят. Твоя дочь мертва. Дочь Виталика жива и нуждается в тебе.
Павел фыркнул:
– Во мне? Андрей, ей восемнадцать, и она взрослый человек, на удивление адекватный п-по нашим меркам. Я, п-правда, не уверен, стоит ли ей работать с нами п-полноценно. Д-думаю, лучше вывести в п-прямое п-подчинение шефу д-для работы со свидетелями и задержанными. П-платить б-будут хорошо, работа не п-пыльная. Все-таки п-просто сидеть на д-допросах – это одно, и совершенно д-другое – все эти убийства, п-перевертыши и п-прочее. Ей б-будет лучше…
– Тебе.
– Что?
– Тебе будет лучше. – Андрей не отрываясь сверлил мага тяжелым взглядом. – Еще недавно ты собирался взять в команду «полезного эмпата», всячески защищал Ингу, несмотря на метку. И на мои тезисы о том, что она молода и ей будет сложно, отвечал: «Аспект подходящий» и «Будь это Даша, ты бы не отказал». Я согласился. А теперь, когда выяснилось, что Инга не просто похожа на Дашу внешне, а твоя кровная близкая родственница, ты хочешь или сам сбежать, или ее подальше отпихнуть.
– Ничего я не хочу! – Павел тряхнул головой, чувствуя непреодолимое желание заткнуть коллегу и личного палача в одном лице. – Она эмпат, и ей лучше использовать свой Аспект на д-допросах и опросах. Б-безопасность, сытость, хорошие деньги. Отличный вариант.
– Да, конечно, – без всякой иронии подтвердил Андрей. – А еще лучше будет пристроить ее в полицейское управление. Надежда за ней присмотрит, работы вдоволь, ценить единственного эмпата там будут весьма и весьма.
Павел о таком варианте думал, разговаривал с женой и для себя все решил.
– Нет уж. Чтобы какой-нибудь уголовник п-после отсидки с д-дружками напал? Она ведь не б-боевик. П-пусть у нас б-будет. П-потом, как п-получит образование, с Асланом п-поговорю, им эмпат тоже п-пригодится.
Андрей улыбнулся. Неприятно так.
– Хорошо, пусть будет по-твоему. Завтра скажу Инге, что она недостаточно хороша для работы в команде и лучше всего будет максимально эксплуатировать ее Аспект и дистанцировать от остальных. Жаль, что она не телекинетик – так отдел мог бы сэкономить на грузчиках, а была бы пирокинетиком – уменьшили бы счет за отопление.
– П-прекрати! – рявкнул Павел. – Мы о живом человеке говорим, а не о функции!
– Да? – Андрей склонил голову, все еще нехорошо улыбаясь. – Я думал, что у живого человека спрашивают его мнение, если нет четких признаков того, что он не справляется со своей задачей. А Инга, несмотря на все обстоятельства, этих признаков не выказывает. Безусловно, многие аспекты нашей работы ей непривычны и тяжело даются, но тем не менее. Да и нагрузка у нас обычно чуть ниже.
– Она д-достаточно п-пережила! – отрезал Павел. – П-пусть занимается чем-то б-более б-безопасным.
– Например, ходит на встречи с новым Антоном Сергеевичем и приглядывает за его деловыми партнерами? Денег там будут платить больше, чем у нас в конторе.
– Это казуистика. Я высказал свое мнение.
Андрей вздохнул:
– И ты имеешь на него право. И я как руководитель команды и всей нашей небольшой инициативы имею право это мнение не разделить.
Павел сузил глаза:
– Что?
– Я не намерен поощрять твое очередное бегство, о котором ты, друг мой, будешь жалеть.
Маг склонил голову, всматриваясь в спокойное лицо негатора. Лопухов не шутил, но слова – лишь слова, а что он намерен делать? Использовать чтение мыслей нельзя, даже эмоциональный контакт ничего не даст. Андрей находился подле Павла, единственного мага-краснометочника во всем Особом, мага, опасного больше, чем все магики отдела разом, из-за полного иммунитета к его силам.
– И что ты намерен д-делать, если я п-предложу Ингу шефу в п-прямое п-подчинение? Уволишь меня?
Андрей склонил голову:
– А ты этого хочешь?
– Что, если д-да?
– Тогда я подпишу приказ. Я наблюдатель, а не тюремщик. Увы, придется тебе перебираться в Сергиев, получать соответствующие условия…
– Ты – надзиратель!
Хотелось сделать что-нибудь. Негатор не бессмертен, от физических, да и других угроз не защищен, артефактные щиты выгорят рано или поздно. Да хоть ту же люстру на него уронить… Павел закрыл глаза, прогоняя невесть откуда навалившееся раздражение. Нашел когда и с кем ругаться. И Андрей туда же.
Маг встал и сходил за графином с чистой водой, чувствуя тяжелый взгляд в спину.
– Зачем п-провоцируешь? – хмуро осведомился он, наполняя кружку.
– Я все еще пишу оценку каждый месяц, – невесело усмехнулся негатор. – И нужно обозначить ситуацию. Если ты продолжишь идти нынешним путем – то сам понимаешь, куда придешь. Ты мало спишь и загоняешь себя. Да, мы наткнулись на серьезное дело, но это не повод доводить себя до предела. Хотя бы потому, что так ты можешь нанести урона не меньше, чем вся наша «Новая воля».
Павел хмыкнул и залпом выпил холодную воду, словно это могло заставить уставший разум работать. Он хотел отпуска, но вместо отдыха бродит впотьмах, натыкаясь то тут, то там на части чьего-то крайне масштабного плана.
– Форум п-приближается. И хотя мы знаем очень п-примерно «кто», возможно – «п-почему» и частично «как», но не знаем ни «каким именно образом», ни «как это п-предотвратить», – мрачно констатировал маг. – Я собирался лежать на кровати с книжкой, в кинотеатр сходить хоть раз за год, п-присоединиться к тебе и Софии в Горячем Ключе. А теперь…
– Не все так мрачно. Демыч покопался в записях аэрокосмической съемки сибирских просторов и в тех фотографиях, которые сливают в сеть местные. Судя по всему, наш клиент или Вторяк, или кто-то из высших чинов Министерства охраны природы. Некоторые из участков, на которых должен быть восстановлен лес, как стояли порубленными, так и стоят; есть жалобы от старост деревень. С реками