– И?
– И все. Пришли, сделали заказ, подождали, вернулись. А что?
– Коль так, то стойте смирно.
Инга переглянулась с удивленной Кюн и замерла. В словах мужчины чувствовалась растерянность и крайняя настороженность. Он словно собирался задержать их за что-то незаконное. Охранник достал небольшую подвеску. Провел ею перед Ингой крест-накрест – дважды. И раз – перед Кюн.
– Чисто, – с облегчением заметил он. – Проходите.
– А в чем дело-то? – полюбопытствовала оборотень.
– Кто-то под видом твоей подруги пытался пройти в здание. Рамка сработала, нормально «она» на вопросы, куда ты, Кюнней, подевалась, не ответила. Я потянулся за сканером, и чужак дал деру. Я оповестил вашего шефа, а потом подумал – может, случилось что, и то была не иллюзия.
– С нами все нормально, – улыбнулась Кюн.
– Тогда не смею задерживать. Удачной работы, дамы.
Кюнней втянула носом воздух и вернулась на улицу. Инга выглянула за дверь – оборотень дошла до дороги и с сожалением покачала головой. Увы, следов подозрительный визитер не оставил.
В комнату для совещаний к Демычу они возвращались торопливо и оглядываясь по сторонам. Нападать, впрочем, желающих не нашлось.
Аналитик, стоило им войти, одарил странным взглядом.
– Когда шеф позвонил и сказал смотреть в оба, я подумал, что вас затолкали в машину и увезли.
– Может, мы обе теперь поддельные? – Кюн поставила на стол стаканы и начала доставать из пакета пельмени, есть которые полагалось палочками.
Во взгляде Демыча мелькнуло подозрение. Мелькнуло – и исчезло.
– Если так, то откуда вы взяли мои любимые пельмени и морс?
– Мы взяли не только пельмени и морс, но и отличную идею. – Кюн с воодушевлением принялась есть содержимое своей коробки. – Инга взяла, точнее. Какую – не знаю, но наверняка она нам поможет.
– Я не уверена. У меня появилась мысль, которая, может быть, объяснит многое. Или нет.
– Ты ешь сначала. – Кюн впихнула ей в руку коробку.
Пахло волшебно, а вот есть оказалось не очень удобно, пусть Инга и пыталась повторять за оборотнем, которая никаких проблем с палочками не испытывала.
– Ты вот так держи. – Кюн подсела ближе и вытянула руку, показывая, как обхватывает палочки. – Во, правильно, пробуй. И рассказывай, что тебе в голову пришло.
Вместо того чтобы обсуждать дело, Инга поинтересовалась, с трудом держа палочками пельмень:
– Почему не вилки?
– Пельмени из Китая же. Потому и палочки, чтобы все правильно было. Так хозяйка считает. Но я, если хочешь, возьму тебе в следующий раз вилку.
– Будь так добра.
– Ладно, давай колись. – Кюн успела съесть почти всю свою порцию.
Еще бы – пельмени-то были отличные! Такими, какими, по мнению Инги, и должны быть пельмени с мясом и специями.
– В общем, я подумала, что нужно искать не одно предприятие, которому могут помешать проекты с форума. – Эмпат пересказала увиденное в передаче. – Может, нам нужно что-то подобное? За что из казны платят.
– Восстановление лесов, национальные парки, очистка рек… – Демыч склонил голову. – А ведь это мысль. Там же огромные деньги крутятся.
Дверь отворилась, и в комнату зашел Андрей Васильевич.
– Пельмени и проблемы вы нашли, – прищурился он. – А что-то еще кроме этого? И не надо на меня так смотреть. Уверения в том, что я – все еще ваш шеф, хватит?
Инга несмело кивнула. Негатор был уставшим, раздраженным, но, кажется, рад, что они тут все вместе.
– Может быть, вы есть хотите? – предложила Кюн, но аристократ покачал головой:
– Уже поел, спасибо. Итак, этот перерыв по делу или нет?
– У Инги появилась идея, – начал Демыч. – Я постараюсь ее проверить. И хочу заметить, что несмотря на отсутствие обр… Ай!
Движение Кюн от Инги не укрылось, и эмпат вздохнула про себя. Кажется, Демыч решил так ее похвалить: на образование мозгов не хватило, так хоть догадаться о чем-то смогла.
– Ты – сама тактичность, – насупилась Кюн. – Умник нашелся.
– Дети, не ссорьтесь, – вмешался Андрей Васильевич. – Отсутствие, равно как наличие возможностей для получения образования не делает человека лучше или хуже других. Лучше рассказывайте, что за идея.
Инга бросила взгляд на аристократа, который явно не обрадовался их ссоре, и начала излагать свои мысли. Может, она ошибается, но хоть не будет выглядеть совсем бесполезной.
Андрей Васильевич выслушал не перебивая. Задумался на пару минут, потом проговорил неспешно:
– Зайдите с этой стороны, такой вариант выглядит весьма возможным. Посмотрите, может, найдете связь с Демидовым, Демидовой и их планами на Сибирь. И пока Ноль на свободе, по одному и даже по двое никуда не ходите. Или с нами, или курьера вызывайте, ясно?
Инга кивнула. Встречаться со своим «двойником», убившим столько народа, ей совершенно точно не хотелось.
Глава 24
Небесный воин
– Тебя София еще не выгнала из д-дома за нынешний график? – полюбопытствовал Павел.
Глубокой ночью в столовой Войцеховских сидели сам хозяин дома и Андрей Лопухов. Надежда была на смене, а Инга давно спала. Племянница – маг даже мысленно с трудом мог ее так называть – вечером казалась измотанной до крайности. Павел думал, что, возможно, поспешил с ее включением в работу. Наверное, стоило ограничиться присутствием на допросах. А то трупы, кровь, перевертыши всякие…
Негатор, в задумчивости рисовавший на листе блокнота абстрактные узоры, с ленцой ответил:
– Она у тетки в Милане эту и следующую недели. С мелким.
– Мелким? Твой Михаил старше Д-Демыча, нет?
– Младше на два года. Но мелкий. А какой еще, если я помню, как он мне до пояса едва доставал?
Павел невольно улыбнулся, пусть и вышло кривовато. Он помнил, как Дашка подходила и обнимала его за колено. В те времена, когда ее мать не совсем разочаровалась в нем как в отце и муже.
– Ты погружаешься в прошлое, – недовольно заметил Андрей.
Павлу иногда казалось, что негатор имел способности эмпата. Шансы на это были примерно такие же, как найти снег в пустыне: история знала примеры одаренных, имевших больше одного ядра и одного Истока, но встречалось такое крайне редко. Да и не вязалось с этим предположением спокойствие Андрея при применении площадной изоляции. Будь у него два ядра – скручивало бы, как и всех остальных одаренных. Так что никакой магии, просто чертовски много времени, проведенного вместе, и хорошая наблюдательность.
– Б-будешь тут вспоминать, – поморщился Павел, признавая правоту негатора.
Лопухов посмотрел одним из своих «сострадательных» взглядов.
– Коль мы с тобой последний час гоняем одни и те же мысли по кругу, то предлагаю отвлечься от нынешнего дела.
Павел