Работа на особистов, даже если и платить будут мало, все же лучше, чем бордель какой-нибудь. Если и правда устроят сюда, конечно. Впрочем, Павел пока не врал. От нее нужно ведь то же, что она делала в приюте и что хотел Антон Сергеевич, – слушать, кто о чем говорит. Почему бы и нет?
Пока Инга размышляла, из-за двери, около которой они сидели, вышел посетитель. Павел, поднявшись, поманил ее за собой.
Внутри маленький, полутемный и пахнущий чем-то резким кабинетик оказался разделен на две части ширмой. Около входа, за компьютерным столом, заваленным шестеренками и механизмами, сидел худой мужчина, носивший странный громоздкий монокль. В дальней же части помещения из-за ширмы выглядывал агрегат, больше всего напоминавший Инге сложную версию машины для просвечивания легких.
Мужчина поднялся из-за стола и молча пожал руку Павлу. Указал подбородком на Ингу и после кивка мага протянул ей что-то, похожее на телефон, только без камеры и кнопок. На монохромном экране горела надпись:
[Приветствую! Я – Марк Марков и, к сожалению, могу общаться только через этот дисплей, хотя слышу то, что мне говорят. Как вас зовут?]
– Инга, – после короткой паузы отозвалась эмпат.
Это было странно. Непривычно. Она не понимала, что стоит за написанным. Это что – проверка того, как она будет справляться с обстоятельствами? Впрочем, паниковать стоило раньше, когда она проснулась в чужой квартире. Или еще раньше – когда приехала в эту огромную Москву.
Хозяин кабинета прикрыл глаза, положив ладонь на один из плоских приборов на своем столе. Когда он убрал руку, Инга получила новое сообщение:
[Приятно познакомиться. Павел упоминал, что вам нужен снимок ядра. Чтобы его сделать, необходимо снять с себя обувь, носки, все металлические украшения и артефакты любого толка и встать на белый квадрат у дальней стены.]
Павел, заинтересовавшийся механизмом на столе у Маркова, разглядывал сложный многогранный куб, полностью игнорируя все вокруг. Инга подавила желание привлечь внимание мага. Если бы считал нужным что-то сказать – сказал бы. Что она, как ребенок, трусит…
Эмпат сделала как велено. Холодный пол под ступнями не радовал, как и необходимость стоять в полутьме на белом квадратном куске мрамора. Устройство в руке потеплело, и надпись на нем сменилась:
[Теперь положите дисплей на специальную полку слева и стойте ровно. После того как раздастся звуковой сигнал и загорится зеленая лампа, можно будет забрать его и идти обуваться.]
К стене была прибита небольшая полочка. Инга положила туда дисплей и выпрямилась, стараясь сосредоточиться на дыхании и не обращать внимания на висевшую перед ней большую пластину, которая двигалась вперед-назад, словно выискивая лучшее место около ее живота и груди. Стоять и ждать ей никогда не нравилось, лучше уж что-то делать, хотя бы про себя считать, например.
На двухстах пятидесяти семи раздалось жужжание и загорелась зеленая лампочка. Инга подождала три вдоха и вернулась к столу и молчаливому хозяину кабинета. На дисплее появилась следующая надпись:
[Снимок сделан. Процедура предполагает, что я могу увеличить снимок и сравнить его с имеющимися в базе. Это займет время и требует вашего согласия. Таким образом можно найти родственников, если они отметились у нас, что, впрочем, не так уж и вероятно. Вы можете отказаться от поиска и получить на руки простую распечатку.]
Инга замялась. Павел, кажется, ушел в изучение странного куба почти с головой, расправив грани фигуры так, что механизм стал в несколько раз больше.
– А много времени понадобится?
[Система не самая быстрая. Около пятнадцати минут.]
– Тогда я согласна. Вдруг повезет?
[Хорошо. Можете подождать на стуле и занять руки и мысли какой-нибудь из головоломок.]
Инга, поколебавшись, взяла в руки один из кубиков. Попроще, чем выбранный Павлом. Внутри находился простой лабиринт, по которому требовалось провести шарик.
Вроде бы простой… Вот только Инга ухитрилась пропустить все интересное в попытках заставить маленькую красную сферу катиться куда нужно. Когда она подняла глаза, наконец разобравшись с головоломкой, то обнаружила, что побледневший Павел смотрит из-за плеча хозяина кабинета на монитор. Сам Марков казался не менее удивленным. В очередной раз за последние два дня ей захотелось сбежать куда подальше.
– Д-думаю, это н-не стоит з-заносить в отчеты, – напряженным голосом сказал маг.
Инга могла поклясться, что чувствовала за его словами что-то близкое к шоку.
– М-можешь п-посмотреть с-сама. – Павел говорил как-то сдавленно, заикаясь еще сильнее, чем раньше. – Т-так б-будет п-проще.
На компьютере Маркова оказалась открыта какая-то таблица с тремя выделенными зеленым номерами.
– Что-то не так? – севшим голосом поинтересовалась Инга. Сердце билось у горла. Она понятия не имела, в чем дело, но это было явно что-то из ряда вон выходящее.
Павел не то качнул, не то мотнул головой:
– Я… н-не ожидал. Н-не ожидал. Я объясню.
Что именно? Павел, несмотря на крайнюю растерянность, явно старался взять себя в руки.
– Марк, удали это. Я п-поставлю П-печать.
Хозяин кабинета кивнул. Стащил с шеи несколько подвесок, развернулся на кресле, закатал рукав и протянул оголенное предплечье.
Инга затаила дыхание, следя за тем, как на ладони тихо прошептавшего какую-то формулу мага наливается красный, злобно-красный огонь. Шепот стих, огонь стал пугающе-реальным, и Павел резко вдавил его в чужую плоть, а потом убрал руку. На мгновение пламя, теперь ставшее узором на чужой коже, оставалось видным, а потом угасло, без следа впитавшись в плоть.
Марков тяжело выдохнул и принялся расправлять рукав. Павел еще одним коротким заклинанием окутал хозяина кабинета с ног до головы чем-то, напоминающим расслабляющий морской бриз.
– П-прости, но сам п-понимаешь – выбора у меня нет. – Маг перешел на деловой тон. – Кто-то еще сможет узнать?
Марков указал рукой на компьютер и покачал головой.
– М-да. Если кто-то б-будет копаться в системе…
Губы Маркова тронула улыбка – мягкая, понимающая. Он что-то написал на дисплее и развернул его к ним обоим:
[Я удалю все обращения. Я бы сказал, что нем как рыба, но я и так нем. Как рыба. А, и Инга первая, кто прошел лабиринт с такой скоростью. Далеко пойдет.]
– Отдашь снимок? Который без п-приближения. Второй удаляй.
Марков кивнул. Нажал несколько кнопок, и из стоящего под его столом массивного агрегата, очень смутно похожего на старый копировальный аппарат, вылезла плотная картонка с изображением, напоминающим рентгеновский снимок нижней части грудной клетки. Ребра и позвоночник были едва видны, а фокус держался на небольшой сфере пониже грудины, на поверхности которой змеились впадины и выпуклости. К этому странному органу отовсюду тянулись тонкие линии, похожие на кровеносную систему,