— Михаил Дмитриевич, — остановил я его, — война будет страшной. Против нас весь мир.
— Тем лучше, — сверкнул глазами Скобелев. — Чем больше врагов, тем славнее победа.
— Вы готовы?
— Всегда готов, ваше величество. Мои войска — лучшие. Танки, самолеты, вертолеты — все на месте. Дайте только приказ.
— Приказ будет, Михаил Дмитриевич. Но не сейчас. Сначала надо подготовиться.
— Жду, ваше величество. И молюсь за победу.
---
Часть 6. Мирная жизнь
Сцена 16. Петербург, декабрь 1915 года
Несмотря на приготовления к войне, жизнь продолжалась. В Петербурге открылись новые школы, больницы, университеты. По Невскому ездили автомобили, над городом кружили самолеты, по Неве ходили пароходы.
Я гулял с Дагмар по набережной. Мороз щипал щеки, снег скрипел под ногами, кругом смеялись дети.
— Хорошо, — сказала Дагмар. — Тихо, спокойно.
— Ненадолго, — вздохнул я. — Скоро начнется.
— Ты справишься, Никса. Ты всегда справлялся.
— Справлюсь, — согласился я. — Но цена будет высока.
— Это война. Всегда высока.
Мы шли молча. Где-то вдалеке играла музыка, пахло елками и мандаринами. Рождество приближалось.
Сцена 17. Семья
Вечером мы собрались в Аничковом дворце. Саша приехал, Ольга — из госпиталя, Ксения — с бала. Внук Коля бегал по комнатам и кричал:
— Дедушка! Дедушка! Смотри, что мне папа подарил!
Он показывал игрушечный танк.
— Хороший танк, — улыбнулся я. — Будешь генералом?
— Буду! — закричал Коля. — Как папа!
Все засмеялись.
За ужином говорили о разном. О войне, о мире, о будущем. Саша рассказывал о новых танках, Ольга — о новых методах лечения, Ксения — о новых платьях.
— Папа, — спросила Ксения, — а правда, что будет большая война?
— Правда, дочка.
— И мы победим?
— Обязательно победим.
— А ты будешь с нами?
— Всегда, — я обвел взглядом семью. — Всегда буду с вами.
Сцена 18. Ночной разговор
Ночью, когда все уснули, я сидел в кабинете и смотрел на карту. Коалиция сжималась вокруг России. Англия, Германия, Япония, Турция — четыре империи, четыре врага. Против них — мы и Франция. И наши новые технологии.
— Ваше величество, — вошел Пантелей, — чай принес.
— Спасибо. Садись.
Он сел. Мы молчали.
— Страшно? — спросил я.