— Пожар! — вдруг раздаётся на улице истошный крик.
У меня ещё в отключённом мозгу мелькает мысль, откуда народ на улице так точно знает про то, что творится у меня в штанах под Машкиными бёдрами.
— Пожар!
— Пожар? — переспрашивает Машка.
Принюхиваюсь, явственно ощущая палёный запах, и понимаю, что горит рядом и уж точно не в моих штанах.
Оперативно сталкиваю Машку, по-моему, даже немного не аккуратно, и кидаюсь к выходу.
Распахиваю дверь, и тут же вижу, что дымит с соседнего участка.
— Етижи-пассатижи, — выходит из меня, пока я сбегаю вниз, глядя, как горит Машкин сарай.
16. Расклад
Сижу на своём крыльце, обнявшись с Туманом, и смотрю на обгорелый остов сарая.
Полыхало, пипец как!
Палёным воняет, кажется, на всю деревню. Даже запах навоза, который витает постоянно в воздухе, перебивает.
Весь мой участок залит водой, и похож на болотце.
Если бы не Евгений Медведьевич, и соседи, что пожар заметили, сейчас уже и дом в таком же состоянии был, и я, если бы в доме была.
А так, Женя очень оперативно всех построил в цепочку, и подачу воды наладил, я только мешалась, от шока, вообще не понимая, что делать и куда бежать.
Сдаётся мне, тут мафия деревенская орудует! С тощей предводительницей во главе.
Вот прямо на сто процентов уверена, что опять эта коза, за своего медведя мстить приходила, только тут уже шизой попахивает, взять и поджечь сарай, и как мне потом Женя сказал, что огонь легко мог перекинуться, и на соседние дома. Кроме него, у меня соседей под боком нет, конечно, но и этого с лихвой бы хватило.
— Мария Леонидовна, может, видели чего? Или кого?
Меня периодически донимает местный участковый, Илья Фёдорович, по-моему, зовут. Такой интересный фактурный мужчина глубоко за сорок, и кого-то мне всё время напоминает. Усы эти его и патлы нестриженые, с наметившейся лысиной на макушке. И голос въедливый, дребезжавший.
Мотаю отрицательно головой, в который раз.
Что я могла заметить?
Когда я совсем на другом была сосредоточена.
На медведе этом. На том, как всё встрепенулось у меня внутри, как только он ладонью тяжёлой мою задницу сжал, а уж когда опять своими глазами синющими, пронзительно посмотрел, и слюни глотал, жадно оглаживая моё тело, я и вовсе обо всём забыла.
А массировать начал ногу, профессионально и так кайфово, своими крупными, загорелыми пальцами скользя по моей ступне, у меня и вовсе разум в трусы потёк.
Опомнилась на мгновение, когда он отвлёкся, за аптечкой пошёл, а потом всё, чисто на упрямстве держалась, хотя всё внутри таяло, от его прикосновений жёстких, от запаха тяжёлого, от взгляда жадного.
Никто на меня так никогда не смотрел, а он смотрит, параллельно, правда, гадости говорит, но смотрит, так что реально, кажется сожрать хочет. И я хочу, чтобы сожрал.
Какой пожар? О чём вы?
Я бы не заметила, наверное, если бы вокруг всё полыхать начало, настолько я была увлечена очередной игрой с этим медведем вредным. Все свои обиды и претензии позабыла, за один его взгляд, всё простила. И плевать мне хотелось, что может у него, таких, как я, и Нинка эта, по десять штук. Я желала только одного, чтобы он уже дотянул свои ладони заграбастые, до груди моей, при виде которой у него тут же всё ожило, и рот ему заткнуть поцелуем.
Даже не знаю, о чём больше жалею.
О сарае сгоревшим со всем барахлом, или о неудавшемся сексе с ним.
О том, что сгореть могло не только барахло, даже думать не хочу. Хотя, если бы не наши игрища с соседом, возможно, я вовремя заметила огонь и не дала случиться пожару.
— Ценное что-нибудь сгорело? — опять допытывается участковый.
— Нет, — жму плечами, трепя Тумана за загривок. Пёс блаженно сопит и заливает слюнями всё вокруг. — Что там, может, быть ценного?
— Ну откуда же мне знать? — Илья Фёдорович, отступает, подальше, пряча свои кроссовки от слюнявых рек пса. — Может, вы там хранили электронику, какую или сбережения прятали.
Вот кого же он мне напоминает?
Задумчиво гляжу на мужчину, перебирая в голове образы, и никак не могу ухватить подходящий.
— Понятно, — облегчённо выдыхает он, видя мой пустой взгляд.
— Если только флягу, — вдруг вспоминаю я, отвлёкшись от подбираний образа.
— Флягу? — хмурится участковый.
— Фляга у меня там для воды стояла и тележка.
— Ну, они навряд ли сгорели. Просто обуглились, — он оборачивается к остаткам сарая, пытаясь, наверное, в чёрной груде найти и флягу, и тележку.
Киваю, но мне от этого не легче.
Что мне с ними делать.
Чистить? Не чистить?
Применять-то их в таком виде нельзя. В голове опять вакуум. Потому что я вообще не понимаю, что мне делать дальше.
Может папу вызвать опять?
Обнимаю Тумана крепче, точно пёс сможет мне ответить на все незаданные вопросы. Но он только переносить тяжёлую башку мне на колени, и вздыхает моему такому самоуправству с его телом.
— Ладно, протокол я составил, если вам больше нечего добавить, то подпишите, — протягивает мне листок, исписанный убористым и корявым почерком.
Пробегаюсь глазами по строчкам, выхватываю то, что могу прочитать.
«…возгорание…» «… подозрений не имеет…» «… поджог…»
Подозрения то, как раз у меня есть, но озвучивать я их не стала. И так на всю деревню ославилась как потаскуха, и продолжать эту тему с Ниной на официальный уровень не желаю, тем более для этого нужны железные доказательства, а у меня их нет.
Подписала протокол и отпустила участкового, так и не озвучив ему своих мыслей.
Но долго грустить с Туманом нам не дали. Вернулся Женя, помогавший соседям разнести по домам свои огнетушительные приспособления. Народу-то набралось немало. Почти вся улица сбежалась, и бабки, и дети, все помогали, и то, что успел схватить: кто ведро, кто таз, кто лейку, тем и поливали.
Вот как они дружно, в начале самом, меня пытались в машине в речку сбросить, так и сейчас так же дружно пришли на помощь. Понятно, что это не я такая важная для них, и что пожар очень быстро может на всю деревню перекинуться, но всё равно я им благодарна, что они не отказали в помощи.
— Марусь, харе грузиться, — подходит главный пожарный.
Я поднимаю на него взгляд.
— Ты бы, Женя, ко мне близко не подходил, а то чувствую, местная Коза Ностра, мне в следующий раз дом спалит.
— Да ладно тебе, — садится рядом и насильно притягивает к себе, вжимая в бок.
От него остро