В замке ко мне привыкли. Поначалу слуги ещё шептались и косились, виня в поспешной женитьбе ведьминские чары, но я жестоко обманула их ожидания: не устраивала нагих плясок, не растрачивала казну на наряды и увеселения и даже захудалых зелий не варила.
За последнее, правда, следовало благодарить обострившийся нюх и тошноту, но слуги об этом не знали и постепенно смирились с тем, что их госпожой стала самая обычная женщина — пусть не слишком целомудренная и честная, зато и не очень требовательная. Бразды правления замком я по-прежнему уступала Сибилле — уклоняться от ее уроков я не пыталась, но если она не настаивала, то и я ни о чем не просила.
Мне было чем заняться и без спешного освоения науки быть леди.
Покушаться на лунный свет я больше не рисковала, и в основу полотна потихоньку ложились блики с морских волн и шелест птичьих крыльев: теперь пернатые стаи возвращались на Горький Берег беззвучно. Работа двигалась медленно, но до осени еще оставалось достаточно времени. Я все успевала — от меня не требовалось никаких чрезмерных усилий или могучих чар.
Свадебное платье для Сибиллы и без того выходило выше всяких похвал.
Достойно настоящей леди — у меня и близко не было ничего похожего.
Глава 13
Приготовления в замке начались задолго до осени. Я делала вид, что не замечаю — или что не придаю значения.
Конечно, нужно расширить гарнизон крепости на время ярмарки. На Горький Берег съезжались не только честные торговцы и девицы на выданье, и обеспечить их безопасность — долг янтарного господина.
Да, потайной ход, ведущий к озеру, действительно требовал внимания каменщиков. Ступени истерлись под тысячами шагов, сквозь стены сочился сырой холод, а я теперь вполне могла позволить себе пользоваться главными воротами — на правах хозяйки.
Конечно, стройка — это пыльно и грязно, и ещё пара-тройка девиц в помощь горничным — вполне здравое решение. Заодно и у Роуз освободилось время по вечерам, и теперь мы брали уроки у Сибиллы вдвоем — сообразительная служанка не стала упускать шанс научиться писать и читать, да и к плетению кружев у нее оказался настоящий талант.
Разумеется, Старая Морри готова следить за моим здоровьем и помочь при родах, но если Тоддрику так будет спокойнее, то пусть в замке живет и лекарь. Лишь бы под руку опытной повитухе не лез: Морри я все же доверяла больше, чем незнакомому мужчине, сколько бы благодарственных грамот тот ни предъявил — среди них не было ни одной, подписанной собственно роженицей.
К счастью, назревавший спор разрешился сам собой. На долгожданной ярмарке лекарь познакомился с хорошенькой, в меру бесстыжей селянкой и вскоре уже сам лечился от срамной болезни. Не слишком успешно, что и заставило Тоддрика усомниться в его знаниях и умениях — мне даже не пришлось заводить этот разговор.
Наверное, в какой-то момент я и в самом деле смогла бы претендовать на звание образцовой жены — молчаливой, покорной и готовой вот-вот произвести на свет долгожданного наследника. С благородными предками разве что вышла накладка, но я старалась искупить этот недостаток готовностью учиться, пока была возможность.
Наверное, именно это в конце концов Тоддрика и насторожило, несмотря на все принятые им меры предосторожности.
— Ты что-то задумала, — хмуро объявил он и закрыл за собой дверь супружеской спальни.
Я подперла голову рукой и покровительственно улыбнулась, и не думая прикрыться, — так и продолжила лежать на боку, пристроив между ног собственноручно расшитую подушку. Сегодня ребенок был особенно беспокоен — ворочался в животе, беспрестанно пытаясь отыскать удобное положение и напрочь лишая меня всякого шанса сделать то же самое.
Конечно же, только поэтому я разложила парадное платье хозяйки замка на сундуке, оставшись в одной камизе, тонкой до полупрозрачности, и не спустилась к засидевшимся гостям: несмотря на подступающие холода, ярмарка все ещё собирала достаточно торговцев и покупателей, чтобы замок никогда не пустовал.
— Конечно, — подтвердила я и накрыла живот ладонью, привычно погладив, но это не успокоило ребенка внутри.
Нужно было поторапливаться.
— Сегодня Самхейн, — безо всяких напоминаний сообразил Тоддрик и замер на середине шага. — Как ты себя чувствуешь?
Так, словно мне нужно быть в другом месте.
— Я бы прогулялась, — ответила я и протянула ему руку. Тоддрик с готовностью помог подняться и ловко развернул меня боком, чтобы обнять и сорвать свой законный поцелуй — разве что вышло резковато и нервно. — Может быть, проводишь меня на ярмарку? Роуз отпросилась, чтобы купить какие-то невиданные ленты. Я не пошла, но теперь мне любопытно.
Тоддрик нахмурился и приподнял пальцем мой подбородок. Я покорно запрокинула голову, не отводя взгляда.
За минувший год янтарный господин изменился разительно. Он и раньше не производил впечатление легкомысленного юноши, но водоворот событий, захлестнувший нас обоих, прочертил озабоченные морщинки меж его бровей, оставил несколько серебряных росчерков на висках и будто бы сделал рыцаря шире в плечах. Или он просто стал куда больше упражняться с мечом?..
Забавно, что я старалась соответствовать ожиданиям, но в итоге только больше растревожила его. Тоддрик провел все эти месяцы в постоянном ожидании подвоха.
Должно быть, он тоже думал, что все разрешится сегодня — а потом все будет хорошо. Нужно только пережить этот день.
Всего один день. Что страшного может случиться, если янтарный господин все время будет рядом?..
Ну же, соглашайся!
— Ты уверена? Морри сказала, что сегодня... — Тоддрик охнул и осекся: ребенок не упустил шанса наподдать ему под ребра — и заодно, мимоходом, и мне.
— По-моему, твой сын настаивает на том, чтобы погулять, — с болезненным смешком заметила я и отстранилась, — а за попытку отказа будет бить нас обоих. Все будет нормально, Морри ведь сама говорила, что мне полезен свежий воздух, а она в таких вещах никогда не ошибается — это ее дар.
— Но Морри сегодня не будет в деревне, не так ли? — все еще настороженно отозвался Тоддрик, не спеша убирать руки и выпускать меня на волю.
Я пожала плечами.
— Когда понадобится, она придет сама, вот увидишь, — пообещала я. — Ну же, пойдем! Ты сам-то помнишь, когда мы в последний раз гуляли