— Стоп. — Я резко шагнула назад за поворот. Парни недоуменно переглянулись.
— Ты чего? — Игорь засунул руки в карманы и заглянул за угол, словно силясь понять, чего я испугалась.
— Там мой папа приехал… — мой голос стал тише, — до свидания. И спасибо, что проводили.
— Не хочешь показывать нас ему? — Хохотнул Сокол. — Можешь пойти только со мной.
Я округлила глаза.
— Нет! — А затем испугалась собственной резкости. — То есть, он не очень обрадуется, что я общаюсь… с мальчиками. Еще раз до свидания.
И не дожидаясь от них ответа или подколов, помчалась к отцовской машине. Тот доставал оттуда барсетку и захлопывал дверь. Увидев меня, сухо кивнул.
— Ты рано, па. — Заметила, прищуренно смотря на солнце. Оно еще не собиралось садиться, и видеть отца днем было немного необычно. У него даже выходные не всегда бывают.
— Да, так нужно. Потом я уеду в командировку, а за тобой приглядит домработница.
— Пап, не нужно. Я уже большая и могу справиться сама…
— И несовершеннолетняя. Я хочу знать, что ты возвращаешься домой вовремя и никого не приводишь.
— За кого ты меня принимаешь? — жалобно пискнула. — Я никогда…
— Никогда не говори никогда, — отрезал, направляясь к дому. — Я надеюсь, что вырастил послушную дочь.
— Ладно, — скуксилась и опустил глаза в асфальт. Порой разговоры с ним лучше завершать раньше, чем они разрастутся, он все равно будет выше и задавит авторитетом. Он знает, как для меня лучше. Папа всегда так говорит.
Дома мы разошлись по своим комнатам. У нас нет семейных вечеров или традиций, кроме совместного ужина. Порой мне кажется, что он нужен, чтобы мы не забыли, что существуем как семья. После ухода мамы я успела к этому привыкнуть.
— Я нашел тебе нового репетитора. Можешь не благодарить. — Отец появился за столом вечером и сел напротив.
— Да? — Я встрепенулась, оторвавшись от тарелки, — и кто это? Какой график?
Папа еще пару минут усердно ел суп, пока я терпеливо ждала. Он всегда учил меня терпению, потому что в нашей жизни постоянно приходится что-то ждать. И я смирилась с этим, покорно ожидая очередных новостей или того, на что он вкидывал интригу, а потом мурыжил какое-то время. Я просто себя убеждала, что мне не так уж и интересно.
— В общем, — он промокнул салфеткой кожу вокруг рта, — мы тут созвонились с твоим учителем физики. Он посмотрел твою прошлую успеваемость и готов взяться за тебя. Учиться будете после твоих уроков.
— Кто-кто? — Я невольно съежилась, вспоминая его изучающий взгляд.
— Арсений Данилович.
— Здорово… — прошептала осипшим голосом.
Глава 13
Роза
— Марьванна, а знаете…
— Угомонись, Вова, твои шуточки мешают классу учиться, — преподавательница в очередной раз закатила глаза.
— Как раз наоборот, я настраиваю их дух к победе, — одноклассник был как всегда в своем репертуаре. Мне каждый раз кажется, что вот эта шутка будет последней, и учительница отправит его к директору, но, видимо, на стороне парня удача и все звезды на небе.
— Марьванна, он хотел сказать, что вы сегодня прекрасны, как самая яркая звезда, — подхватил кто-то из друзей Вовы.
Учительница смутилась. Суетливо перебрала бумажки и поправила очки:
— Да что вы, я сегодня как обычно…
— Нет-нет, в молодости вы наверное, были еще красивее. От женихов отбоя не было! — Парни стали поактивнее, посылая ей комплименты и ведя все к одному: разговорить ее.
Она присела за стол, что-то явно вспоминая.
— Это точно, но лучше всех ухаживал мой муж. Мы познакомились на сельской дискотеке, я тогда у бабушки отдыхала…
Миссия выполнена. Как минимум пятнадцать минут урока весельчаки урвали, теперь делая вид, что им интересно то, о чем говорит препод. Хотя, вон девочки с передних парт искренне заинтересовались, и теперь в классе идет негромкий диалог.
Я отложила ручку. В ближайшее время писать не придется. Сокола снова не было, но, учитывая его репутацию в школе, понятно, что он не примерный ученик. Я вроде бы испытывала облегчение, ведь вся парта в моем распоряжении, а вроде… мне было неуютно без него. Взгляд вечно смещался на стул Матвея в какой-то непонятной тоске. Он грубый, взрывной и себе на уме, но все равно в нем что-то есть… то, чего нет у меня, но к чему я тянусь, словно мотылек на свет. Свободе. Он может делать то, что хочет и выглядеть как хочет. Соколу плевать на мнение других.
На звонке учительница опомнилась и поняла, что ее заболтали.
— Значит, домашки будет больше, — нахмурила брови и принялась на доске выводить страницы и номера заданий. — А вот это доразберете дома.
— У-у-у-у, — пронеслось обиженное по классу, но Марья Ивановна была неумолима.
— А теперь все свободны.
Зашуршали портфели, тетради. Я тоже собрала свой, и мы вышли в коридор вслед за одноклассниками.
— Ой, сколько домашки, я ничего не успею сделать, — вздохнула Ксюша, — можно я у тебя просто перепишу потом? Ты же отличница.
— Да, без проблем, — я пожала плечами.
— Спасибо, — она благодарно сжала мое плечо, — ты хорошая подруга.
— Обращайся.
— И мне тоже, ты учишься лучше Павловой, — с другой стороны появился Вова с парнями. Они принялись пихаться между собой, в шутку начиная драться. В коридоре стоял гвалт, и одноклассники только добавляли шума.
— Можно поосторожнее?! — Воскликнула какая-то блондинка, когда ее чуть не спихнули в стену.
— Ай! — Кто-то из них отлетел на меня, и я бы упала, если бы сильные руки не придержали на весу.
— Нет, Вован, давать тебе списывать Роза не будет, — я услышала голос Сокола, и сердечко забилось быстрее. — Своя голова на плечах есть.
Тот прекратил мутузить друга и возмущенно-обиженно повернулся к Соколу, который уже поставил меня на ноги, придерживая за локоть, словно я могу сбежать.
— Так нечестно! Я бы мог стать хорошистом!
— Не судьба, — взгляд Матвея не предвещал ничего хорошего, и Вова быстро свернул шуточки. Что-то шепнул своим парням, и они скрылись в толпе.
— Ты не ушиблась? Ничего не болит? — Затараторила Ксю, ощупывая меня, но при этом сверля в Соколе дыру. Тот, собственно, словно намеренно не обращал на нее внимания, а подруга выглядела побитой собачкой рядом с ним, будто она была виновата и хотела