– Именно так. Знай, что такой у нас обычай. Мы обсуждаем все на двух советах: пьяном вначале, так как мысли тогда свободны и бесстрашны, а потом на трезвом, так как тогда будут преобладать добропорядочность и благоразумие. Трезвый совет будет завтра. Прощай, человек-ящерица, тебе пора.
Последнее, что я успел увидеть перед уходом, – это как два охранника с пыхтением и вздохами поднимают чама Теорика с седла, служившего троном.
Пьяный совет был собран в павильоне, стоявшем на открытом пространстве за резиденцией чама. В отличие от последней, он был покрыт парусиной, поддерживаемой различными шестами и кольями, как главный тент цирка Багардо. Так что зрелище было знакомое. Под ним собрались более пятидесяти военачальников и прочих должностных лиц, и все вместе они воняли хуже, чем заперазхи.
Когда я был препровожден к своему месту, то оказалось, что напротив меня сидит чрезвычайно высокий, очень сильный на вид молодой хрунтинг с блестящими волосами цвета золота, спадавшими на плечи. Это был принц Хваеднир, племянник чама. Поскольку он принадлежал к тому же королевскому клану, что и Теорик, и являлся самым сильным и красивым мужчиной клана, он был выбран следующим правителем хрунтингов. Так как по-новарски он знал едва ли несколько слов, мы с ним обменялись любезными кивками.
Сосед с другой стороны, принц Шнорри, был низеньким толстяком. Он тоже принадлежал к королевскому клану. И что гораздо важнее, бывал в Новарии, так как учился в Академии Оттомани. С ним я заговорил о знакомом мне по внешнему виду шатре.
– Ничего удивительного, – сказал Шнорри. – Если не ошибаюсь, это тот самый шатер, которым владел хозяин цирка. Когда его собственность была отправлена на аукцион, странствующий торговец купил шатер, перевез через Эллорну и продал чаму. Он утверждал, что под этим шатром можно собрать больше людей и что он меньше весит, чем традиционные круглые юрты из шестов и шкур.
Эта сделка вызвала огромные споры среди хрунтингов. Некоторые считали, что шатер стоит купить, потому что он являет собой прогресс. А прогресс неизбежен, и единственная защита от него – это держаться с ним рядом. Другие считали, что старые и испытанные пути лучше. Кроме того, использовать новарские предметы – означает поставить себя в зависимость от новарцев, которые постепенно при помощи всяких фокусов могут превратить хрунтингов в просителей. Как видите, победила та часть людей, что стояла за прогресс.
Совет начался с обеда. В отличие от новарцев швены жевали громко, широко открывая рты. На столе стояли огромные кувшины, и женщины наполняли их вином. Чам и его военачальники начали пьянеть. Пришло время тостов. Швенский обычай отличается от новарского. Новарцы пьют за других, тех, кому они хотят оказать честь. Тот, кому оказывается честь, сидит и не пьет. Швены же, наоборот, встают и пьют сами за себя. Например, один плотный парень со сломанным носом встал и провозгласил:
– Кто ведет своих соратников вперед в каждой битве? Я, бесстрашный и неуязвимый Шраген! Кто одним ударом убил пятерых гендингов в сражении под Умееле? Я, могущественный и доблестный Шраген! Кто стал победителем турнира по борьбе между кланами, проведенного в честь пятидесятилетия чама Теорика, да улыбаются ему всегда боги? Я, свирепый и неутомимый Шраген! Кто никогда не забывает о своей чести? Я, благородный и доблестный Шраген! Может ли другой воин сравниться с незапятнанным и всеми любимым Шрагеном? Нет, и потому я пью за свое здоровье!
Сосуды с вином неустанно пополнялись. Когда великолепный Шраген сел, встал другой и произнес в честь себя не менее хвалебную речь, которую Шнорри перевел для меня. Но, как говорят у нас дома, не хвались, идучи на рать, а хвались, идучи с рати. Или срати?..
Проведя таким образом примерно час, военачальники хрунтингов неимоверно быстро назюзюкались. Наконец чам Теорик постучал по столу рукоятью кинжала.
– П-пришло время для дела! – воззвал он. – Сегодня у нас только два вопроса. Первый состоит в жалобе гендингов на то, что один из наших храбрых героев угнал у них стадо овец. Второй – предложение, полученное от Ира через посредство демона Здима – вон того парня драконовского вида, что сидит между Шнорри и Хваедниром. Итак, первое: овцы. Вперед, господин Минтхар!
Жалобщиком от гендингов был средних лет швенит, рассказавший, как гендинги были лишены пятидесяти овец, умыкнутых бандой воров-хрунтингов. Чам Теорик расспросил Минтхара. Нет, жертва не видела похитителей. Откуда же он знает, что это были хрунтинги? По данному пастухом описанию костюмов и экипировки лошадей, а также по выбранному направлению…
После часового расспроса, во время которого несколько военачальников уснули, Теорик закончил процедуру:
– Ты не предоставил неопровержимых доказательств. Если гендингам нужны еще овцы, они могут купить их у нас.
– Но, ваша свирепость, для нас это вопрос чрезвычайной важности, – запротестовал жалобщик.
Теорик вскипел:
– Пошел прочь, нечестивый! Мы не верим ни единому твоему слову. Всем известно, какие лгуны гендинги…
– Всем известно, какие воры хрунтинги, ты хочешь сказать! – вскричал жалобщик. – Это означает еще одну войну!
– Ты оскорбляешь нас и угрожаешь нам в нашем шатре?! – гневно завопил Теорик. – Стража, принесите мой лучший нож! Отрубите ему голову!
Стража поволокла кричащего и упирающегося Минтхара из шатра. Военачальники зашумели, споря.
Несколько из них пытались заговорить с чамом одновременно. Одни считали, что именно так и следует обращаться с вероломными наглецами, другие – что послов следует уважать независимо от их миссии. Один из принадлежащих к последним перекричал всех и приник почти к самому уху чама.
– Ладно-ладно, твоя точка зрения мне понятна, – сказал Теорик. – Мы рассмотрим этот вопрос завтра, когда будем трезвее. Если Минтхар примет более умеренную линию поведения…
– Чам, – крикнул мой компаньон Шнорри, – завтра Минтхар не будет в состоянии принять более умеренную линию поведения!
Теорик с озадаченным видом покачал головой:
– Да, теперь, когда ты об этом сказал, я понял, что ты имеешь в виду. Стража! Я отменяю последний приказ об убийстве… ох, уже слишком поздно!
Один из стражников как раз вошел в шатер, держа в вытянутой руке за волосы голову посла Минтхара. Теорик сказал:
– Хорошенькая получилась шутка, хи-хи-хи! Клянусь шарами Грайпнека, нам придется придумать какое-то оправдание или басню для чама Вандомара. Второй вопрос – предложение, привезенное из Ира демоном Здимом. – Теорик кратко изложил мое предложение. – Вначале мы заподозрили в этом какой-то фокус. Поскольку Здим не привез с собой ни верительных грамот, ни убедительных доказательств, – продолжил чам, – он уверял, что все это было украдено заперазхами. Но несколько наших людей, которые служили в Ире,