Короткие, острые усы над губой встали торчком.
– У нас субмарина по носу!
«Серебряный Коготь» ожил. На орудийных палубах дежурные расчёты засуетились вокруг пушек. Стволы орудий со зловещей синхронностью выдвинулись вдоль по бортам из казематов. Зарокотала, поворачиваясь, носовая пушка – самое крупнокалиберное из всех орудий крейсера.
– Машинное, увеличить ход до тринадцати узлов! Носовое орудие, огонь, как только цель окажется в зоне поражения! Смотрящие, внимание… Где остальные?!
Фаррагут ждал «волчьей стаи». Велико же было его удивление, когда все смотрящие, даже верховой, хором сообщили:
– Чисто!
Отсутствие противника напугало капитана сильней, чем если бы всё море до горизонта поросло подлодками.
– Чего они пытаются добиться? Нападают всего одной субмой? Это глупость.
– Пираты глупы, сэр, – важно заметил дворянчик, поправляя очки.
От затрещины мичмана спас только сигнальщик из правого прожекторного гнезда рядом с мостиком.
– Сэр, пираты сигналят! «СТОП»!
– Ещё чего, – хмыкнул Фаррагут, хотя смутная тревога его только возросла. – Интересно, почему они не торпедируют?
Подводная лодка на столь большом расстоянии была едва заметна среди волн и казалась беспомощной жертвой. Крохотное веретёнце, не стреляющее, не двигающееся, с человеческой фигуркой на спине, панически моргающей прожектором, в то время как с запада на него летел тысячетонный гигант-убийца. Далеко не самый большой среди крейсеров, он всё же значительно превосходил субмарину размерами. Трубы крейсера сделали «фш-ш-ш-ш», выдохнули чёрный дым. Буруны от форштевня достигли клюзов. «Серебряный Коготь» нёсся на всех парах, обгоняя ещё не успевшую сообразить, что происходит, «Лакританию», нёсся разорвать на клочки наглого пирата. Расчёт носового орудия загрузил снаряд, дальномерная установка рядом уже взяла субмарину в прицел. Нужно было только подобраться, подойти чуток ближе, и…
И тут до капитана дошло. Сообразив, куда сейчас наведены торпеды, сопоставив со странными сигналами, Фаррагут помертвел, схватился за раструб приёмника и заорал хрипом, какого офицеры никогда не слышали от своего командира:
– Отставить! Не стрелять! Не стрелять, чёрт вас дери! Носовое орудие, подтвердить! Как поняли?
Сквозь треск помех дошёл голос командира расчёта, подтверждающий, что понял приказ. У мичмана от произошедшего отвисла челюсть.
– Что? Но… Это измена!
– Убрать зелень с мостика! – скомандовал капитан двум младшим лейтенантам. К чести Фаррагута, он быстро сумел взять себя в руки и швырялся приказами как ни в чём не бывало: – Правый фонарь – пиратам! «МОЛЧИМ, НЕ СТРЕЛЯЙТЕ». Левый – лайнеру! «СТОП СРОЧНО»!
– С лайнера отвечают: «НЕ ПОНЯЛИ», – доложил левый сигнальщик, заставив капитана схватиться за волосы.
– Не поняли? Кретины! Их же сейчас… «НИТРОТИН»! Сигнальте «НИТРОТИН»!
«НИТРОТИН» сработал. Всем на палубе крейсера пришлось зажать уши от визга механизмов лайнера, испытывающих перегрузки. Великан начал замедляться.
– Так. Машинное – сбросить ход до семи узлов. Орудийная палуба – не стрелять. Любой расчёт, который выстрелит, четвертую прямо на посту!
Повернув штурвал, Фаррагут направил «Серебряный Коготь» в сторону, обогнуть подводную лодку с юга. Затем стёр ладонью пот со лба.
Поднял голову, увидел растерянные лица офицерского состава.
– Господи! Господа, да вы же не знаете! Лайнер заминирован. Под углехранилищем двадцать тонн контрабандного нитротина. Но, ради всего святого, откуда кучке отщепенцев известно, откуда…
– Победа, – выдохнула Агния, с трудом отрывая лицо от перископа.
Идущий в атаку крейсер пробрал её холодным параличом до костей, ощущение оказалось совершенно ни с чем не сопоставимым.
«И ведь это ещё маленький. Каково же сражаться с линкорами?»
По отсекам закричали «Ура!». Одноглазая выключила связь и махнула винтовкой штурмовому отряду вылезать.
Наверху Грэхем принял прожектор у трясущегося Торкнема и просигналил офицерам: «ПЕРЕДАЙТЕ ЛАЙНЕРУ СКИНУТЬ ТРАП».
Завязалась перебранка. «Я ВАМ НЕ ПОСЫЛЬНЫЙ», – возмутился крейсер, Агния поинтересовалась: «НАМ ПУЛЬНУТЬ?», на что получила сразу ответ: «НЕ НАДО». Фонари «Когтя» и «Лакритании» застрекотали друг другу, а на носу лайнера матросы начали спускать длинный спасательный трап.
Не веря собственному торжеству, Агния воздела винтовку.
– В шлюпку!
– Что-то мне не нравится, куда он ползёт, – шмыгнул носом Стирнер. – Они так наведут на нас всю бортовую батарею!
– А нам пофиг. Им никак не разрушить торпеду. Субмарину переломят, а торпеда всё равно выскочит и свершит своё чёрное дело. Не, парни, господа у нас на крючке. Грэхем, что с дрейфом?
– Ветер западный, сносит к востоку. Но мы как раз смотрим в западный край уязвимости, так что с прицела нас не собьёт.
– Безупречно. Смотри-ка, всё равно почти выскользнули господа.
К счастью, матросы «Лакритании» сами догадались опустить ещё и швартовы, чтобы шлюпка могла закрепиться у борта жертвы.
Никогда ещё Агнии не доводилось взбираться на столь колоссальные суда. Подъём на чёрную стену завораживал, а шлюпка сверху уменьшилась до размеров пальца.
Но вот и фальшборт, вот и палуба лайнера. Ирония ситуации развеселила Агнию: всего двое суток назад она была по другую сторону фальшборта.
– Шибальди, – шепнула пиратка через плечо. – Вздумаешь заняться революционными расстрелами – самого прикончу на месте. Вообще, это всех касается. Стрелять только в крайнем случае. Господа!
Матросы «Лакритании», которым предназначалось последнее обращение, переминались с ноги на ногу и хлопали ресницами.
– Я, Агния Синимия, беру под командование всех присутствующих на борту круизного лайнера до отбытия. Мы держим под прицелом груз военной взрывчатки и способны убить всех вас одним нажатием рычага. Сопротивление бесполезно. Даже на крейсере, как видите сами, уже это поняли. Но если исполнять все наши приказы, то гарантирую: никого не убьют, не ранят. Слово морской разбойницы. Готовы сотрудничать?
Кивки.
– Где капитан, старпом, высшее командование? На мостике?
Опять кивки.
– От-лич-но! Так. Собирайте весь экипаж корабля, всех моряков прямо здесь, на носу. Поможете с погрузкой, и мы отчалим. Не сопротивляться! За работу, народ!
Отданные капитанским голосом команды Агния дополнила пронзительным свистом, а сама повела отряд по лестницам. Здешняя настройка мостика сама в ширину была под пятнадцать метров, и подъём на неё был не снаружи, как у всех нормальных кораблей, а внутри. Минуя этажи надстроек, которые по размаху можно было счесть за отдельные палубы, Агния подмечала первых пассажиров. Не успевшие ещё покинуть носовую часть Драгоценные лица в пышных нарядах при виде людей с винтовками торопились скорей смыться на корму. Дамы взвизгивали.
Сигнальщик на прогулочной веранде, взгромоздившейся здесь вместо прожекторного гнезда, увидел поднимающихся, струхнул и спрятался на мостике. Агния смогла безнаказанно подойти к фонарю.
– А вот говорилки мы тебе разобьём. Без обид, «Лакритания», слонышко ты моё, но придётся тебе добираться до Империи молча.
На мостике захватчики обнаружили не только капитана со старпомом. Туда ещё зачем-то забралась группа пассажиров. Женщин не было, зато был солидный джентльмен с брюшком в превосходно выкроенном твидовом пиджаке и сухощавая очкастая персона, до омерзения напомнившая Агнии