– Сейчас – нет! Но «Лакритания» уже чешет через океан под всеми парами на впечатляющей скорости в четырнадцать узлов. Через двое суток они окажутся в пределах нашей досягаемости.
Сердце Грэхема заколотилось. У остальных собравшихся растерянность тоже переросла в возбуждение. Носом уже не клевал никто.
– Друзья, это не корабль. Это же плавучая сокровищница! Вы хоть представляете, сколько там на борту ценностей? Ювелирные украшения стоимостью в целое состояние, дорогая мебель, которую везут с собой переезжающие. Личные средства аристократов. Один Августейший парень в Академии держал у себя во дворце два миллиона фунтов на карманные расходы. Так и не потратил.
– Заложники из числа первых лиц государства! – щёлкнул клыками Шибальди. – Секретные правительственные документы! Какой-нибудь чиновник может перевозить их неофициально с собой!
Агния нахмурилась.
– Ну… да. Как вариант. В общем, вы меня поняли?
– Ещё как, кэп! – Главмех принялся дышать в ладошки. – Чёрт возьми, миллионы фунтов! Тут же даже после дележки круглые суммы выходят! Кто там смеялся над желанием Фреда перескочить в капитаны? И сколько там корабль стоит?
– Подожди, главмех, не торопись. – Инспектор Бром меньше всех поддавался воодушевлению. – Капитан, а с чего мы вообще взяли, что сможем угрожать этой плавучей горе? Он в сотни раз больше, чем мы.
– Неважно!
– А скорость? Тоже неважно? Что мешает господам просто умчаться за горизонт, помахивая нам перчаткой?
– Умчаться? От кого? От нас – возможно. Но мы ведь их не на таран собираемся брать! Торпеда быстрее любого клиппера и щёлкает суда без брони как орешки.
– Смотря какие, – неожиданно встал на сторону инспектора Лессинг.
Агния развела руками.
– Вы хотите спорить со мной в вопросах морского боя?
– Про морской бой я знаю немного. Но отчётливо помню, как полтора года назад этот лайнер мелькал на передовицах крупных изданий. Помнится, тогда он на большой скорости столкнулся с айсбергом. И ледяная глыба смогла его только оцарапать. Судовой Трест ещё хвастался: насколько «Лакритания» непотопляема.
Остальные согласно закивали, и даже Агния, скрипя сердцем, вспомнила, как читала нечто подобное.
– Всё равно. Торпеда не айсберг. Я готова поверить, что обшивка лайнера способна выдержать один взрыв, но не больше. Скорострельность у нас отличная… Да и не пойдут они на бой, братцы! Там же не эмигранты, доведённые до такого отчаянья, что готовы голыми руками на пиратов лезть! У этих людей главные капиталы на континентах. Они не станут рисковать жизнью ради бриллиантов.
– Они – нет. А эскорт?
Коробки заскрежетали по металлу. Все обернулись на Филиуса Рэнгтона, который на протяжении всего спора наблюдал за ними с коварной усмешкой и молчал. К горлу Грэхема подкатила злость. Похоже, противному финансисту нравилось выслушивать воодушевление людей, чтобы затем спускать их с небес на землю.
– Я не пытаюсь оскорбить, капитан… но вам вправду стоило дочитать буклет, прежде чем созывать собрание.
Он перевернул последнюю страницу, и место перламутрового лайнера занял серый, ощерившийся стволами крейсер.
«ЭСКОРТ»
«Многие наши клиенты справедливо опасаются пиратства, активно практикующегося в Межконтинентальном море. В связи с этим предприятие спешит успокоить граждан. На протяжении каждой ходки „Лакританию“ сопровождает гордость Соединённого Флота, бронепалубный крейсер „Серебряный Коготь“. Экипаж „Когтя“ – опытные бойцы, обладающие богатым опытом и безупречной выучкой. За сверхбилетные взносы по наивысшему тарифу крейсер готов произвести манёвры и стрельбу на потеху публике. В случае же, если пиратский корабль решит совершить самоубийственное нападение на лайнер, пассажиры смогут насладиться поистине уникальным зрелищем морского боя.
К буклету прилагаются технические характеристики и боевые качества „Серебряного Когтя“ для интересующихся.»
Это было крушение. Из девушки выдавили жизнь, как из резиновой детской игрушки. Капитан рухнула на ящик. Руки её обвисли, а глаз буравил «Серебряный Коготь», словно галлюцинацию, словно отказываясь поверить в его существование. И Грэхем в очередной раз посетовал на судьбу, что вынудила Синимию ступить на тропу морского разбоя в столь юном возрасте.
«Всё-таки она слишком молода для всего этого дерьма. Нельзя так…»
– Пусть! Пусть крейсер! – Триумф был слишком близок, и амбициозная девчонка не собиралась отказываться от него так просто. – Мы тоже не на шлюпке! Дайте сюда буклет! Сюда этого гада! Так… посмотрим… боевые характеристики… Это явно «Скат-шипохвост» 5124 года производства. Превосходный крейсер, почти не устарел. Слабости… слабости… Не про него ли Кнехтин говорил, что киль слабо сделан? Если про него – то нам хватит…
– Одной торпеды?
– Какой одной? Четырёх… Это уже мало для крейсера!
Доктор Бурах протёр пальцами веки, подал знак молчать членам экипажа, уже готовым возроптать, и обратился к Агнии максимально дипломатичным тоном.
– Капитан, мне правда жаль. Но даже я знаю, что атака крейсера подводной лодкой в одиночку равносильна самоубийству. Неспроста подводники воюют «волчьими стаями». У субмарины тонкая обшивка, любое попадание разломит её. Команда крейсера – профессионалы, а не пьяные пираты.
Агния вцепилась руками в уши. Она знала. Она прекрасно всё это знала лучше доктора. Но ведь мгновение назад она сжимала в руках несметные богатства, славу и уважение в братстве пиратов. Разве судьба не научила её не упускать шансы?
– Надо просто проявить достаточную прыть! Всплывать, торпедировать и погружаться. Всплывать в неожиданных местах, чтобы они не успевали выстрелить…
– Ты предлагаешь какую-то пляску смерти. А я напомню, что у нас экипаж вчерашних гражданских. Даже если мы каким-то чудом утопим «Коготь», ну что, лайнер за время боя не успеет сбежать?
Он развёл руки. Доктор Бурах – воплощение рассудительности. Агния зарылась лицом в ладони. Боцманы собрались вокруг, принялись её утешать, говорить, что у них и без «Лакритании» всё неплохо. Старпом виновато признался:
– Прости, Аг, тут доктор действительно прав.
В глазу защипало. Рыдать при соратниках точно не следовало, поэтому Агния поднялась, сделала вид, что глаз чешется, и объявила:
– Ладно. Похоже, я действительно разбудила вас зря. Что ж: до рассвета ещё есть несколько часов. Не будем упускать их. Пусть вам приснится успешное ограбление «Лакритании», раз наяву оно нам не светит.
Боцманы принялись вставать. Некоторые зачем-то пожимали ей руку, будто они совершили какое-то успешное дело. Агния задумалась, не сменить ли ей рабочего Джима в рубочном гнезде, раз спать не хочется.
Как вдруг молодую разбойницу словно ударило молнией.
– Стоп!
Перед мысленным взором Синимии сгустились подзабытые, уже расплывающиеся лица Драгоценных кадетов Академии. Они всё-таки упоминали «Лакританию» в беседах. И всплывшие нечаянно в памяти подробности кадетских споров заставили Агнию покрыться мурашками с головы до пят сильнее, чем когда она отыскала координаты лайнера в буклете. Заставили медленно направить указательный палец в сердце Филиуса Рэнгтона.
– Вы! Вы хвастали своими многочисленными связями.
– Знакомствами, –