В идеале можно было бы создать портал — перекинуть всех гладиаторов в нормальный мир — туда, где у них был бы шанс на нормальную жизнь. Но невольники в Гранд всё прибывали, многие были в плохом состоянии. Даже не просто многие, а подавляющее большинство. Я тратил силы на их исцеление. Открытие портала я бы сейчас просто не потянул бы. Можно сказать, я позволил событиям течь своим чередом. Да и проклятый антимагический ошейник сильно изматывал: отнимал энергию и не давал по-нормальному выпустить крылья. Будь он обычным - я бы давно его снял. Но хитрая Валенсия распорядилась, чтобы в него были впаяны ангелианские артефакты усмирения. Достала их из своей сокровищницы — не пожалела. Теперь, чтобы нейтрализовать их воздействие на меня, приходилось тратить кучу энергии. Самым досадным было то, что снять с меня ошейник могла лишь сама императрица или тот, кого магия признает моим хозяином на Аншайне.
Подбадривал себя тем, что я не просто занимаюсь благотворительной деятельностью, а подготавливаю гладиаторов к встрече со своей будущей хозяйкой. Привожу их в нормальный вид. Когда Гранд перейдёт в руки Натали — перед ней будут стоять не больные и увечные, а сильные здоровые воины. Крепкие и тренированные. Такие, из которых можно будет создать настоящую армию. Так что всё, что я делал — пойдёт во благо моей девочке.
Жан Жермен не стал сильно менять распорядок в этом поместье. Тренировки бойцов остались такими же плотными и насыщенными. Разве что питание улучшилось в разы, а физические наказания сейчас сведены к минимуму. Но самое главное — людей перестали убивать пачками. И я был ему за это очень благодарен.
Основной проблемой для него было то, что каждый день пригоняли очередные партии новеньких. Жан уже начал хвататься за голову, не зная, где их размещать. А чтобы прокормить такую ораву мужиков, он уже залез в собственные финансы. Поэтому сильно нервничал.
— Всё будет хорошо, Жан, — ободряюще похлопал я его по плечу.
Это был не столько дружеский жест, сколько целительский: я немного подзарядил этого типа оптимизмом, снизил уровень кортизола и увеличил количество серотонина.
— В этом я с тобой согласен. Будет непременно, — шумно выдохнул он и повторил то, что говорил уже много раз: — Но ты должен беречь себя, Авиндейл! Императрица мне за тебя голову свернёт, как ты не понимаешь? Меня не просто поставили временным управляющим на это поместье, а назначили присматривать за тобой!
— Ты успешно с этим справляешься, — заверил я его, стараясь не покачнуться от накатившей слабости.
— Сегодня у меня очень важный день, — доверительно заявил он. — В Гранд приедет особая гостья — леди Натали Игнатова из соседнего Риваса. Я пригласил её к трём часам. Среди всех мужиков ты тут теперь главный авторитет. После меня, разумеется. Так что постарайся проследить, чтобы днём не было никаких драк, разборок и вообще никаких эксцессов, ясно?
Он даже не понял, какую бурю эйфории поднял в моей душе. Я скоро увижу Натали! Своими глазами! Смогу к ней прикоснуться! Дикую радость омрачало только одно: я был озадачен, почему не уловил мысли насчёт Натали в голове Жана. Неужели я настолько ослаб?
— Ясно, — сдержанно улыбнулся я и добавил: — И ты совершенно прав, Жан. Мне надо немного отдохнуть.
— Ну вот, наконец-то до тебя дошло! Молодец, хороший ангелочек! — обрадовался моим словам Жермен, хлопнул меня по спине и умчался украшать особняк.
Глава 63. Дэвид
Кассиан
Шумно вздохнув, я прилёг на циновку. Моё состояние и правда было неприемлемым. Слишком ослаб. Непорядок. Не хотелось, чтобы Натали увидела меня таким немощным. Правда, когда она приблизится ко мне, то я подзаряжусь жизненной энергией от нашей истинной связи. Быстро окрепну. Я исцелял других, а меня могла исцелить лишь она одна, причём даже сама того не осознавая.
Едва закрыл глаза, перед мысленным взором появился образ моего сводного брата, Дэвида. Будучи подростком, я потерял отца, а Дэвид — мать во время битвы в Нортонской галактике, когда ангелианцы выступили на защиту нортонцев против рептилоидов. Мне тогда было десять, а Дэвиду шестнадцать. Наших оставшихся в живых родителей сблизило общее горе, и спустя год после трагедии они обвенчались. Так Дэвид Энлис стал моим сводным братом. Мне оставили фамилию моего отца — Авиндейл. Отец Дэвида — Лоуренс Энлис — принял меня как родного сына, а сам Дэвид стал замечательным братом, который всегда и во всём меня поддерживал. Я резко погрузился в воспоминания десятилетней давности, когда мне только-только исполнилось восемнадцать, а Дэвиду — двадцать четыре.
— Утром у тебя был отличный тренировочный бой с Рональдом, Кас. Приятно было видеть, что мой маленький братишка так возмужал, — улыбнулся мне Дэв, входя в мою комнату в родительском особняке на опушке леса. Его короткие волосы цвета мокрого песка были немного взлохмачены.
— Чему ты удивляешься? Меня учили лучшие из лучших, — отозвался я тоже с улыбкой, намекая на то, что моими главными учителями боевых искусств были сам Дэвид и его отец.
— И не поспоришь. Я зашёл к тебе попрощаться Кас. Мне нужно будет отлучиться на некоторое время, — произнёс брат.
— Очередная командировка по делам Братства? — уточнил я.
— Не совсем, — мотнул он головой. — Этой ночью мне приснился сон, в котором я видел ангела. Он сказал, что я должен отправляться на Роузум, стать гаремником. Что интуиция подскажет, кто должен быть моей хозяйкой. И я обязан её защищать — своим мечом, но главное — молитвами.
— Гаремником??? На Роузум? — аж закашлялся я от шока. — Это та удалённая планета-сад, на которую прилетают мужчины, чтобы подороже себя продать?
— Да, — совершенно невозмутимо ответил брат.
— Ты уверен, Дэв? — ошалело посмотрел я на него. — Ты служитель Всевышнего, собираешься попасть в гарем к какой-то даме, в её постель? Стать рабом? Может, этот сон был для тебя всего лишь искушением?
— Запомни, братец: всегда слушай только своё сердце. Разум подводит, очи ошибаются, и только лишь сердце всегда чувствует истину, — похлопал он меня по плечу.
— Когда ты вернёшься? — спросил я. — Может, тебе нужна моя помощь? Я могу выкупить тебя из рабства.
— Что-то мне подсказывает, что этого не потребуется, —