Не знаю, я как-то не обращал на это особого внимания.
— Цуруя-сан как писатель старается пройти по краю того, что ещё считается честным. Слова «могли быть» в фразе «такие слова могли быть сказаны только с сарказмом» являются ключом. Что именно здесь является гипотетическим: сам факт высказывания или его тон — мы понять не можем. Текст специально составлен таким образом, чтобы допустимыми были обе интерпретации.
Может, и так, но это ведь Цуруя-сан. Не исключено, что она так написала просто потому, что так прикольнее. Чтобы услышать ещё одно мнение, я обратился к главе литературного кружка:
— Нагато, ты что думаешь?
— Не могу назвать нечестным, — с этими словами Нагато вернулась к книге, название которой мог бы распевать какой-нибудь древнегреческий философ.
— Раз так говорит Нагато-сан, то я поправлю своё мнение на с нею согласующееся. Бол в игре, но так, чтобы он едва-едва не оказался в ауте.
Пока Ти оттачивала свои формулировки, Коидзуми продолжил вести представление:
— Давайте присмотримся к репликам Цуруи-сан, оформленным прямой речью.
— Ну да. Кён задал дельные вопросы, и чтобы окончательно со всем разобраться, можем начать с них.
А что я говорил-то?
— До этой сцены, — заявил Коидзуми, — Цуруя-сан методично оформляла собственные реплики в виде авторской речи. Но с середины второго эпизода она стала использовать прямую речь. И здесь возникает несколько вопросов:
1. В какой момент она начала так делать?
2. Если в самом деле говорит Цуруя-сан, то почему она выражается как няня?
3. Зачем в этой части она начала оформлять прямую речь?
— Эти вопросы возникают на ходу, но определяют саму суть проблемы.
Ты так сам себя хвалишь?
Пожав плечами и проигнорировав мой вопрос, Коидзуми перелистывал второй эпизод.
— Для начала давайте определим, какие высказывания точно принадлежат няне.
У Харухи уже был готов ответ:
— Думаю, мы можем спокойно принять все реплики начиная с первого слова «госпожа» и до того момента, когда они решили поучаствовать в празднике. Там при каждой прямой речи чётко указано: «говорит нянька после долгого молчания», «слышу я негодующий голос няньки» и тому подобное — так что не запутаешься.
— Значит, под сомнением оказываются все реплики после сцены переодевания.
Все одновременно решили посмотреть упомянутую сцену и комнату заполнил шорох перелистываемых страниц, отчего казалось, что я попал на урок японской литературы.
Первым до места добрался Коидзуми:
— У фразы «Вы будто сошли с полотна импрессиониста, госпожа» никакого уточнения нет. Так что ответ на первый вопрос, видимо, получен.
— Фраза заканчивается словом «госпожа», поэтому кажется, будто её говорит нянька. И до сих пор Цуруя-сан говорила только авторской речью, так что сходу тут не сообразишь.
Да, Харухи читала эту строку не голосом Цуруи-сан, и не голосом её подруги, поэтому я и не обратил внимания, но теперь, когда я перечитал её, она действительно выглядит несколько подозрительно.
— Мне стоит поблагодарить Хару, — сказала гостья команды Ти. — Я плохо читаю по-японски, так что на слух я всё воспринимаю гораздо лучше. А Хару зачитывает так чётко и ясно, что я как будто прослушала радиодраму.
Полностью согласен. Если уж Харухи за что-то берётся, у неё получается отлично.
— Благодарю, Ти, — сказала Харухи без тени стеснения. — Сколько ещё есть таких фраз, сказанных в манере няньки?
— Давайте перечислим.
Коидзуми как верный приспешник Харухи принялся выискивать подобные высказывания:
— «Вам очень идёт, Цуруя-сан» — говорящий не указан, но, судя по сюжету, говорила подруга.
…«Госпожа, госпожа, да что же это делается!»
…«Что бы сказал ваш отец, если бы он вас сейчас увидел?»
…«Если впереди ещё год, то можно подстроить любое расписание. Но вот что скажет ваш отец, когда эта история дойдёт до его ушей?»
— К этим трём высказываниям можно добавить уже упомянутые:
…«Вы будто сошли с полотна импрессиониста, госпожа.»
…«Может, вы желаете остановиться где-нибудь ещё, госпожа?»
— И наконец:
…«Тогда дальше едем согласно плану».
— Итого шесть фраз. На удивление немного. Впрочем, здесь вообще мало разговоров.
Потому что бо́льшую часть текста Цуруя-сан просто своими словами пересказывает происходящее.
— И как нам теперь разбирать, что говорила Цуруя-сан, а что нянька?
Ничуть не смущённая моим вопросом, Харухи щёлкнула пальцами.
— В этом нет необходимости! — в один глоток она прикончила уже остывший чай. — Здесь абсолютно всё сказано Цуруей-сан.
Со стуком Харухи поставила свою кружку на командирский стол.
Асахина-сан была тут как тут: подскочила с чайником и налила ещё зелёного чая. Каждый день она стремилась соответствовать образу идеальной горничной, и я уже давно воспринимал её усердные старания как должное. Когда Ти зашла к нам в первый раз, я обратил внимание, как она странно поглядывала на нашего очаровательного сэмпая, и только тогда вспомнил, что для большинства людей наличие в комнате литературного кружка горничной — явление из ряд а вон выходящее.
Хватит, сейчас не время разглядывать Асахину-сан.
Надо обдумать сказанное Харухи.
Вот только, гм-м, как это понимать?
Я ещё раз просмотрел распечатку второго эпизода.
— То есть все разговоры с того момента, как они зашли в культурный центр, были между Цуруей-сан и её подругой?
— Ага.
И нянька никак не отреагировала на то, что Цуруя-сан стала её пародировать?
— Она и не могла ничего сказать, разве нет? Её там не было.
В каком смысле?
— Точнее, её не было в культурном центре. А также в автомобиле, который их оттуда отвёз, и в поезде, на который они сели в конце.
Я еле сдержался, чтобы не сказать вслух «Что ж она нигде быть-то не хочет».
Коидзуми ткнул пальцем в распечатку второго эпизода.
— Обрати внимание на этот момент. Когда они зашли в культурный центр в первый раз, говорится: «Нам открывают, и мы проскальзываем внутрь». В этот раз под «мы» подразумеваются Цуруя-сан с подругой, то есть они прошли туда без няни.
И как ты это понял? Или, скорее, а почему? Почему нянька с ними не прошла? По второму эпизоду у меня сложилось впечатление, что её задача — присматривать за девушками и охранять их. Тогда она не рядом с ними?
— Вот ты сформулировал