Мы торопливо идём обратно через общую комнату и по коридору, останавливаясь только у двери комнаты Призрака.
Он шепчет тихим голосом, который возвращает отвратительные воспоминания о Подземелье и о том, как он пытался меня убить:
— Встреться со мной у того сарая, который мы видели возле посадочной площадки, завтра после завтрака. Возьми с собой Дэмиана.
У меня бешено колотится сердце.
— А как же Кэмерон?
Он приподнимает бровь.
— Мори, — поправляюсь я, вспомнив, что его никто никогда не называет по имени.
Рейт качает головой.
— Не говори ему. Я ему пока не доверяю.
Я хмуро смотрю на него.
— Я тебе не доверяю.
— Ты слышала то же, что и я. Мы не можем говорить об этом здесь, так что если не хочешь приходить завтра — не приходи. Я дам знать Дэмиану. Мы тебя ждать не будем.
Затем он разворачивается и тихо закрывает дверь.
Я возвращаюсь в комнату Кэмерона, пробираюсь под простыни, прижимаюсь к его спине и закрываю глаза, чувствуя его тепло. В моей голове тяжело крутится тёмная и тревожная теория, которая крадёт всё спокойствие, найденное мной сегодня ночью.
Все, кажется, шокированы, когда Эрик сообщает новость, что мы не покинем наше текущее расположение, так как «планы изменились». Ну, все, кроме меня и Призрака.
Я ловлю его незаметный взгляд, брошенный мне украдкой.
Выражение лица Кэмерона напряжённое, пока он обдумывает новую стратегию, которую предлагает Эрик.
— Наши данные говорят, что Мавестелли запускает свою предстоящую сделку всего через несколько недель. Лучше, если мы останемся на месте и соберём как можно больше информации до того момента. Наша цель — устранить короля преступного мира, самого Мавестелли.
Мой пульс учащается, но я сохраняю лицо максимально невозмутимым.
Он всё ещё мой отец. Даже если он грёбаное отродье сатаны.
Мика выступает:
— При всём уважении, это не самое безопасное место для данных на моём ноутбуке, лейтенант. Я полагала, что это остановка на одну ночь.
Её тёмные волосы сегодня выглядят более растрёпанными, будто она не могла нормально выспаться несколько дней. Но за её уставшим видом скрывается глубокий, лежащий в основе стресс и беспокойство. Её глаза воспалены, пока она раз за разом постукивает указательным пальцем по столу.
Дэмиан неловко ёрзает на стуле и бросает на меня взгляд «что, чёрт возьми, происходит». Я игнорирую его и делаю вид, что понятия не имею.
— Не беспокойся, Мика, завтра с первым рейсом ты улетишь на самолёте, твои услуги завершены, — его янтарные глаза скользят по остальным нашим головам. — Остальные пока обустроят здесь базу и удостоверятся, что место сделки не изменилось.
Томас скрестил руки на груди и смотрит на Гейджа, у которого на лбу тяжёлая морщина.
По крайней мере, все мы одинаково обеспокоены этой переменой.
Гейдж поднимает руку в полуприветствии.
— Лейтенант, разве не было бы логичнее поручить эту фазу Малуму? Это больше по их части, разве нет? У нас трое новичков, а Мори и Морфин всё ещё ранены...
Эрик ударяет ладонями по столу, заставляя всех нас вздрогнуть.
— Малум сейчас на отдельной миссии, Гейдж. Ты хочешь сказать, что знаешь о стратегии больше, чем твои старшие офицеры?
Глаза Гейджа расширяются, и он быстро качает головой.
— Нет, сэр. Конечно же, нет.
— Все свободны. Осмотритесь сегодня на базе и отдохните, — холодно говорит Эрик, выходя из комнаты.
Сегодня он кажется скованным, будто новости от Нолана взволновали его так же сильно, как и меня. Интересно, не так ли он же, как и мы, застрял в этой ситуации, вынужденный просто выполнять приказы. Даже если это означает потерять свой собственный отряд.
Весь отряд остаётся сидеть, и между нами нарастает воздух тревоги. Я наконец смотрю на Призрака, лицо которого всё такое же бледное, как прошлой ночью. Сколько бы я ему ни не доверяла, выбора по сути нет — я должна встретиться с ним и Дэмианом у сарая.
Но остаётся ещё вопрос с Ридом и той ролью, которую он играет во всём этом. Кэмерон обязан мне объяснениями.
После того как все остальные встают и медленно расходятся из комнаты, кроме меня и Кэмерона, я встаю и запираю дверь, чтобы нас не прервали. Я специально проверяю, нет ли вентиляции, которая может передать наш разговор, и с облегчением вздыхаю, не найдя её.
Волосы Кэмерона взъерошены после сна, и он на самом деле выглядит уставшим больше, чем прошлой ночью. Хотела бы я, чтобы он больше отдыхал, но, вероятно, его тяжёлые мысли не дают ему покоя. Он всё ещё смотрит на шрам у моего виска отягощённым взглядом. Жаль, что я не знала последние несколько недель, что это была не неприязнь ко мне, а к самому себе.
Я снова сажусь на стул рядом с ним. Он нерешительно смотрит на меня, прежде чем протянуть руку за моей. Его прикосновение мягкое и нежное, даже его мозоли. Взгляд Кэма пьёт меня.
Пора всё выложить начистоту.
— В первый раз моё сердце остановилось, когда Нолан втащил тебя в мою камеру. Второй — когда я позволил тому камню ударить тебя по голове. — Голос Кэма полон боли и уныния. Мне приходится сдерживаться, чтобы не потянуться и не обнять его крепко. Он делает глубокий вдох и продолжает. — Впервые я увидел Рида на миссии в Монтане два года назад. Он наблюдал за нами из окна второго этажа сарая через коровье пастбище. Его почти не было видно в тени, но я заметил, как он смотрит на нас, изучает наш отряд. Меня больше беспокоило то, что он только что видел, как я убиваю своего напарника, поэтому я пошёл за ним с намерением оставить его труп гнить в том ебаном сарае. Но когда я вошёл в постройку, нигде не смог его найти.
Мои губы сжимаются в тонкую ниточку. Я знаю тот сарай — под сеном там целый бункер. Я оставляю эту информацию при себе. Ему не нужно знать, что особняк Мавестелли был всего в десяти милях вниз по дороге. Зачем Рид был там? Как он узнал? Я прикусываю губу, пока мысли проносятся в голове.
— Когда я собрался возвращаться к отряду, зазвонил оставленный на земле телефон. Я ответил, и Рид представился мне. Он сказал, что довольно давно изучает Тёмные силы и хочет предложить сделку. — Кэмерон останавливается и проводит рукой по лицу.
— Сделку? — повторяю я.
Он кивает.
— Рид хотел получить