— М-да… С вариантами у вас, мужики, негусто, — с лёгкой усмешкой заключил Видар. — По-моему, всё будет посерьёзнее, чем банальное подсыпание возбуждающего порошка. С большой вероятностью Эмма обратилась к ведьме. И чтобы приворот сработал, зелье должны выпить оба, а ещё она должна будет произнести заклинание.
— Видар, я, конечно, дико извиняюсь, но откуда ты эту хрень про привороты знаешь? — не удержался Ким.
— Из ведьминских книг, которые приобрёл через одного знакомого, — спокойно ответил альфа.
— На фига? — уставился на него Данияр, не скрывая недоумения.
— Так… — Видар достал свой любимый нож и принялся крутить его в пальцах, — для общего развития. Возможно, эти знания сегодня и пригодятся.
— Не уверен, что девушка рискнёт подобное провернуть. — Отмахнулся от такой возможности Ростислав. — Там народу будет полно. Если она начнёт заклинания произносить, то ей быстро по макушке настучат. Такое у нас не любят.
— Эх… темнота, — покачал головой Вилар, — всё заклинание вслух необязательно произносить, достаточно одного слова, чтобы запустить процесс.
— Так, хватит строить догадки! Проблема ясна — будем импровизировать! — Ким с азартом потёр ладони. — Я беру на себя интриганку, а Данияр сам в состоянии справиться.
— А нам что делать? — пробурчал Морис, скрестив руки на груди. — Стоять, как мебель?
— Как что? Следить, чтобы мы не лоханулись, — беззаботно подмигнул ему Ким.
— Как насчёт пари? — Ростислав окинул присутствующих взглядом, и в воздухе тут же запахло азартом. Стражи оживились — они обожали такие вещи.
— На что ставить будем? — спросил Тео, уже сгорая от предвкушения.
— Да тут всего три варианта, — деловито ответил Ким и, загибая пальцы, принялся перечислять: — Классический возбудитель, ведьминский приворот… Или мы все тут зря кипиш подняли и ничего не будет.
Стражи тут же начали делать ставки, забыв в пылу азарта, что их не для этого сюда позвали. Видар решил им не мешать — пусть порадуются перед тем, как он на них бомбу скинет.
К нему бесшумно подошёл Данияр и присел на край стола.
— Ну как всё прошло с Кирой? — тихо спросил.
— Если ты о липовом договоре с детективом по поиску информации о матери и его отчёте — всё сделано, — так же тихо ответил Видар. — Я даже засветил небольшой кусочек фотографии катакомб, где нашли останки тех двух женщин. Надеюсь, отец попытается замести следы и свяжется с теми, кто причастен к тем чудовищным преступлениям.
Данияр кивнул, понимал, что брат делает всё возможное, чтобы узнать правду об их рождении и привлечь отца и его сообщников к ответу. Но без железобетонных доказательств ничего сделать пока не могли.
Видар ещё с минуту понаблюдал за творившейся вакханалией в его кабинете, а затем так ехидненько спросил:
— Мне психануть или и так успокоитесь?
В кабинете резко наступила тишина. Стражи медленно, почти синхронно повернулись к нему и потупили взор, как провинившиеся школьники.
— Извини, увлеклись немного, — первым нашёлся Ростислав, разводя руками. — Но ты должен нас понять, альфа. Рутина уже в печёнках сидит. А мы мужики молодые, горячие — нам нервишки пощекотать охота. Хоть какая-то движуха на горизонте замаячила.
— Щекотать — это к девушкам, — парировал он, и на его губах появилась всем знакомая ехидная улыбка, та самая, после которой обычно следовали неприятности. — Но раз уж вы так жаждете понервничать, не могу отказать в такой малости. — Он сделал многозначительную паузу, выдерживая напряжённое молчание, прежде чем обрушить на них новость: — На днях к нашей стае присоединятся химеры.
Реакция была мгновенной. Воздух в кабинете взорвался низким угрожающим рыком. У большинства стражей в глазах вспыхнул огонь ярости и недоверия. Лишь Ким, скрестив руки на груди, довольно улыбнулся — эта новость явно пришлась ему по душе.
Данияр же сжал кулаки, его гнев нарастал с каждой секундой. Ему не понравилась эта враждебная реакция.
— Видар, нахрена нам эти ядовитые гадюки нужны? — взорвался Ростислав с исказившимся от гнева лицом.
— Я тебе сейчас зубы выбью, если ещё раз услышу, что ты называешь химер гадюками. — Голос Данияра прозвучал тихо, но с такой ледяной яростью, что у нескольких стражей непроизвольно вытянулись спины. Его волк тоже встрепенулся и оскалил клыки.
— А чего ты за них заступаешься? — не унимался Ростислав, хотя уже слегка сбавил пыл, почуяв реальную угрозу в голосе беты.
Видар наблюдал за разгоравшейся перепалкой с лёгкой усмешкой. Он предвидел такую реакцию.
— Наверное, потому, что его Дея тоже химера, — произнёс он.
— Быть того не может… — зарычал Ростислав, отшатнувшись. — Дея — химера?
— Что, правда?! — Тео уставился на Данияра с неподдельным изумлением.
Данияр метнул в Ростислава полный ярости взгляд, и его голос зазвучал с низким предупреждающим рыком:
— Да, правда. И если у кого-то с этим проблемы… — он медленно обвёл взглядом собравшихся, — я готов лично выбить дерьмо из него.
— Мы к Дее претензий не имеем! — подал голос Морис. — Пусть она и химера, но она уже своя. А вот другие…
— Да чего вы нюни-то распустили?! — не выдержал Ким, встав на защиту химер. — Нормальные они девчонки! Видели бы вы, как они вампиров в клочья рвут. М-м-м… загляденье! Я, например, ярый фанат нашей Деи. Вы вчера видели лишь малую толику её возможностей. И остальные ничуть не слабее.
— Допустим, они и впрямь такие хорошие да пригожие, — не унимался Ростислав, — но это не отменяет того, кто они и на что способны. Альфа, зачем нам в стае такой головняк?
Стражи загалдели, мол, дело говорит.
— Так, хватит панику разводить! — Рёв Видара прокатился по кабинету, заглушая разговоры. Альфа с силой вонзил нож в стол. Повисла мёртвая тишина, все взгляды присутствующих были прикованы к рукояти монотонно покачивающего ножа. — Вы, кажется, позабыли, — голос Видара стал тише, но от исходящей от него мощи у присутствующих непроизвольно пробежал неприятный холодок по спине, — что в каждом из вас, стоящих здесь, течёт кровь химер.
— Это всего лишь предположение, — пробурчал Самбор.
— Предположение, в котором я уверен на девяносто девять процентов! — Видар вытащил нож и вновь принялся им играть. — Иначе как объяснить нашу силу, скорость и прочие отличия от остальных перевёртышей? Так что, Ростислав, перестань вести себя, как последний мудак. Этим девушкам нужна помощь, и мы её окажем…
Стражи молчали — им было неловко за своё поведение. Они все имели представление о жизни химер в неволе.
— …И ещё кое-что. Напоминаю каждому, кто подзабыл: они — жертвы. На их долю