Астрономы идут - Владимир Анатольевич Моисеев. Страница 4


О книге
больше подчиненным. Папаша почему-то считал, что образованные могут вырваться из этого чертового круга. И Андрей ухватился за эту возможность. Ему хотелось стать свободным человеком. Вот почему он так рвался в Резервацию. И бороться с этим желанием он был не в состоянии. На что он надеялся? На что рассчитывал? Честно говоря, Андрей весьма смутно представлял, как изменится его жизнь, когда отправят его в Резервацию и наставники станут учить своей тайной мудрости. Конечно, было страшновато. Если бы папаша мог доходчиво объяснить, что это такое — образование! Но, надо полагать, что он и сам не слишком хорошо в этом разбирался. Поверил занятным выдумкам доморощенных сочинителей и повторял сплетни.

Непонятно, верил ли папаша этим неправдоподобным сказкам. Это что же получается, наговорят наставники ему разных разностей, он запомнит и станет мудрым? Так, что ли?

Андрей решил поговорить о Резервации со своим самым близким другом Евгением — сыном деревенского старосты. Если уж кто и знает правду о наставниках, так это он. Отец его наверняка встречался с ними на тайных переговорах. А человек он серьезный, умеет задавать нужные вопросы ради своей выгоды. Так что если было что рассказывать, и жизнь в Резервации действительно такая замечательная, староста своему сыну все давно уже сообщил и подучил как вести себя во время отбора. Не мог староста не подготовить сына к встрече с наставниками. В этом Андрей не сомневался.

Все утро он настойчиво искал Евгения, надеясь откровенно поговорить с ним о наставниках и их планах, но так и не нашел. Сбегал в поле, где детвора неторопливо собирала ягоды, — не было его там, побывал на поляне, где обычно играли в лапту, — никого, и на площадке для обучения боевым навыкам было пусто. Только после обеда Андрей повстречал товарища, грустно бредущего в сторону грибной рощи.

— Ты где был, Евгений? Все утро я тебя искал, мне бы посоветоваться с тобой.

— Я был в роще.

— Но ты, вроде бы, только идешь туда? — удивился Андрей.

— Я там утром был. Потом зашел домой пообедать, а сейчас опять иду на заветную просеку.

— У тебя там дело?

— Нет, — Евгений хмуро посмотрел на Андрея.

— А что тогда?

— Никому не расскажешь?

— Нет, конечно.

— Ну, так слушай. Я себе на просеке друга нашел.

— Друга? Из нашей деревни? — обрадовался Андрей.

— Смешной ты, Андрей! Сказано же — на просеке!

— И что это за друг? Неужели из чужой деревни?

— Это не совсем человек…

— Гном, что ли?

Евгений засмеялся и оценивающе посмотрел на своего товарища, словно не верил, что тот в состоянии понять его. Андрей с удивлением вспомнил, что до сих пор они ни разу не говорили ни о чем серьезном и сокровенном. «Мы еще маленькие, — подумал он с тоской. — До сих пор не могли сказать друг другу ничего по-настоящему важного».

— Не знаю, поймешь ли ты меня…

— Разве я дурак? — обиделся Андрей.

Евгений смущенно улыбнулся.

— Откуда я знаю, может быть, ты засмеешь меня.

— Но мы же с тобой друзья!

— Тогда отстань!

Пару дней тому назад Андрей так бы и поступил. Но сейчас, когда у него в голове крепко засела мысль о том, что у Евгения появилась личная тайна, а следовательно, он стал взрослым, отступить он уже не мог.

— Могу поклясться, что сохраню твою тайну!

— Это уже не тайна — мой отец все знает. Но трепаться на каждом углу об этом не стоит.

— Расскажи…

— Ладно уж… На просеке я познакомился с одной очаровательной белочкой! Мы подружились.

Андрей был потрясен. Ничего подобного он не ожидал услышать.

— Она слушается меня. Мы играем. А сегодня утром она принесла мне орех. Честное слово!

— Я верю тебе, — с завистью сказал Андрей. — Но почему же ты такой грустный?

— Отец сказал, что оторвет мне уши, если я буду играть с белочкой!

— Почему это? — удивился Андрей.

— Не знаю. Сказал, чтобы я лучше играл с ребятами в лапту или сражался на дубинах. По его словам, только это умение в жизни пригодится, если в Резервацию не попаду, а дружба с белочкой — никогда.

Андрей не знал, что и сказать. У него таких разговоров с папашей не было.

— А я ему не верю, — угрюмо заявил Евгений. — Это мы еще посмотрим, кому что пригодится!

Он грустно опустил голову и медленно, но решительно побрел в сторону грибной рощи. Андрей позавидовал ему. Вот как бывает, даже неминуемая взбучка от отца не смогла остановить друга. Об этом стоило подумать.

* * *

Обычно ночью Андрей спал крепко. Сбор ягод и детские игры отнимали слишком много сил, поэтому он засыпал практически мгновенно, снов не видел, а может быть, видел, но не запоминал. Иногда по утрам перед глазами появлялись какие-то застывшие, словно бы нарисованные картинки, не более того.

Но на этот раз ему не удалось заснуть. Андрея мучило случившееся с Евгением. А то, что это было настоящее происшествие, сомневаться не приходилось. Он не знал, как следует поступать в такой ситуации. Если бы Евгений попал в беду, Андрей без раздумий бросился бы к нему на выручку. Если бы Евгению выпала удача, постарался бы отпраздновать вместе с ним. На правах близкого друга. Но случилось совсем другое. Евгений обрел то, чего у его сверстников пока еще не было — личную тайну.

Личная тайна. Личная жизнь… Что тут сделаешь? Можно только позавидовать. Чутье подсказывало Андрею, что теперь привычной жизни приходит конец. Сначала Евгений, а потом и он сам станет взрослым, у него появятся другие заботы и другие интересы. Только у взрослых есть свои интересы. Страшно, но любопытно…

Андрей перевернулся на левый бок. Теперь он уже о сне и не вспоминал. Вот почему, спрашивается, Евгений самым первым из одногодков стал взрослым? Почему не он? Ему захотелось немедленно завести лично для себя еще более потрясающее знакомство — не с белочкой, конечно… Может быть, с медвежонком? Откладывать нельзя — идти надо было прямо сейчас.

«Вот кого первого встречу из живности, с тем и подружусь»! — подумал Андрей решительно.

Он удостоверился, что родители заснули, на ощупь нашел свою одежду, быстро оделся, без промедления выскользнул из хижины и отправился на берег реки.

До сих пор Андрею не приходилось бродить по ночам без дела. К его удивлению, все вокруг было совсем не таким как днем. Каким-то чужим и зловещим. Прежде всего, оказалось, что ночью значительно холоднее, чем он ожидал. Андрей пожалел, что не догадался одеться теплее. Но возвращаться не стал. Довольно быстро он сошел с тропинки и

Перейти на страницу: